Чтение онлайн

Кто знает, если бы Екатерине-Марии де Лоррен в своё время встретился такой человек, как Бюсси д'Амбуаз, что бы в итоге выбрала она? Порой ей смертельно хотелось поменяться местами с Региной, которую любили беззаветно и безоглядно такие мужчины, как Филипп де Лорж и Бюсси, и которая сама умела ЛЮБИТЬ. Всемогущей герцогине де Монпасье этого таланта дано не было. Наградив её стойким характером и блестящим умом, бог обделил её здоровьем, красотой тела и великим талантом быть женщиной. И даже когда обычное человеческое счастье само шло к ней в руки, взмахивая длинными ресницами и застенчиво улыбаясь, она не смогла его оценить, не сумела насладиться им сполна.

Ей оставалось только продолжать свою борьбу за корону и жить интересами семьи и Лиги. И защищать единственного человека, которого она согласно была любить просто так, лишь за то, что она была — Регину. Упрямую, взбалмошную, неуправляемую девчонку, вдребезги разбившую сердце её любимцу Шарлю Майенну, наотрез отказавшуюся поддерживать Католическую Лигу, дружившую с Генрихом Наваррским и Анном де Жуайезом. Всё это Екатерина-Мария легко и с радостью прощала ей. И даже её бредовую, дикую любовь к родному брату она восприняла, как нечто само собой разумеющееся. В конце концов, кровосмешение не было такой уж невероятной вещью для распущенного королевского двора. Беда Регины была не в том, что она отдалась своей страсти, а в том, что она действительно полюбила своего брата всей душой. И словно в насмешку, брат и сестра Клермоны были действительно блестящей парой.

Но больше всех неприятностей Екатерине-Марии доставляли её собственные братья. Она и об отъезде Регины узнала от Шарля. Тот примчался к ней в полдень, как всегда, во взвинченном состоянии. Из всех Гизов он был самым эмоциональным, первым загорался новой идеей, но достаточно долго подогревать и удерживать его интерес было весьма непростым делом.

Шарль вихрем ворвался в дом сестры, сметая со своего пути дворецкого. То, что молоденькой горничной не досталось привычного шлепка пониже спины, сразу же насторожило Екатерину-Марию, знавшую младшего Гиза как свои пять пальцев. Едва увидев герцогиню, Шарль рванул к ней на раздутых парусах, обвиняющее тыча пальцем и крича на весь дом:

— Ты это знала?! Ты знала всё с самого начала, не так ли?

Екатерина-Мария, делая вид, что целиком поглощена созерцанием новой шпалеры, невозмутимо ответила:

— Я тоже рада тебя видеть. К завтраку ты опоздал, к сожалению, но пообедать в твоей компании я не откажусь.

— Сестра, хватит притворства уже. Я разве многого требую от тебя? Просто скажи мне правду!

Катрин перевела взгляд на Майенна и ахнула про себя: на нём лица не было, а бирюзовые глаза горели такой страстной мольбой, что она не нашла в себе сил продолжать игру.

— Что именно ты хочешь знать? — вздохнула она, сдаваясь под таким напором.

— Где Регина?

Брови Екатерины-Марии удивленно взлетели вверх:

— Что значит где? Должна быть дома. После полудня мы вместе хотели сходить сделать заказ у Мадлены.

Всем своим видом Майенн выражал абсолютное недоверие к её словам.

— Ты хочешь сказать, — негодующе зашипел он, — что не знаешь, куда уехала твоя единственная подруга? И это не очередная ваша интрига, которую вы затеяли в припадке авантюризма?

— Что ты мелешь? Куда могла уехать Регина, если ещё вчера она никуда не собиралась? С чего ты вообще решил, что её нет в Париже?

— Мне сказала её кормилица. Регина вместе с Бюсси рано утром уехали из города в сопровождении трёх пажей графа. Служанок Регина не брала, но свои вещи собрала почти все. Её секретер пуст. Никакой записки никому передавать не просила. Франсуаза что-то не договаривала, прятала глаза и постоянно охала да вздыхала, довела меня до белого каления. Регина, кажется, опять попала в неприятную историю.

Брат и сестра переглянулись и Шарль громко чертыхнулся: такое ошеломлённое лицо Екатерина-Мария не смогла бы изобразить при всём своём желании, если бы действительно не была поражена.

— Как — уехали? Она с ума сошла? Боже мой, Шарль, это конец… — она без сил опустилась на ковёр и теперь смотрела на Майенна снизу вверх совершенно растерянными глазами.

— Катрин, объясни мне, что происходит? От кого она бежала? Что вы опять с ней натворили? Или… — голос его упал до шёпота, — опять король? Он преследует её снова?

Екатерина-Мария глухо застонала и со всей дури стукнула ладонью по полу:

— Чёрт бы её побрал! Как мы теперь будем выпутываться изо всей этой истории!

— Да что происходит, скажешь ты мне наконец! — заорал Майенн, теряя терпение.

— Всё! Всё происходит! Всё, что только могло случиться с этим семейством Клермон-Амбуаз, уже случилось. Мятежники у них в роду были, самозваные короли — были, сумасшедшие — были, фавориты и фаворитки — само собой разумеется. Теперь ещё и инцест добавился в их семейную летопись. Да, братец! И не надо смотреть на меня такими глазами. Пока вы с де Лоржем дежурили у её окон и занимали очередь в её постель, Красавчик Бюсси свёл её с ума. Да только слепой не замечал, что она без памяти влюблена в собственного брата! Между ними такие искры сыпались, что Париж чудом не сгорел! А вы с Филиппом её поделить не могли… два безумца. Ни ты, ни он, ни Этьен ей, по большому счёту, и не нужны были.

— Регина — любовница Бюсси?! — вскрикнул Майенн и ухватился за шпалеру.

— Если бы всё было так просто, — покачала головой герцогиня. — Она его ЛЮБИТ. Она им больна. И он, кажется, тоже.

Майенн медленно опустился на пол рядом с сестрой:

— Что теперь делать?

— Ты о чём?

— Король, Бираг, церковь. Инквизиция. Казнь. Регину надо спасать!

— Не думаю, что она хочет спастись. Кроме любви Бюсси, её ничего уже не интересует. Ей наплевать на себя, на тебя, на меня, на короля и вообще на всё. Они с Луи закроются в каком-нибудь замке и, бог даст, со временем о них забудут.

— А что делать мне?

— Искать этого кретина Этьена Виара! — громыхнул на весь дом раскатистый, хорошо поставленный голос кардинала Лотарингского.

Решительным шагом он направился к рассевшейся на полу парочке и навис над ними сумрачной грозовой тучей:

— Что вы оба делаете на полу? Пока вы тут рассиживаетесь, я один должен за всех думать и действовать. Никакой ответственности от вас не дождёшься, никакой помощи. Кто из вас упустил Виара? Вы двое или графиня де Ренель?

— Час от часу не легче, — пробормотала Екатерина-Мария, уже чувствуя приближение грозы, — и этот пропал.

— Может, вы всё-таки встанете?

— Да давай лучше ты к нам присоединяйся, — предложил Майенн старшему брату, словно забыв, что тот никогда не отличался чувством юмора, — не так уж часто можно увидеть кардиналов сидящими на полу.

— И не увидишь, — отрезал тот. — Я сказал, поднимайся и изволь объяснить ваше с Катрин загадочное поведение.

Шарль нехотя встал с пола и помог подняться герцогине. Отряхивая подол, Екатерина-Мария медленно, как будто слова с трудом ворочались на языке и не желали падать с губ, сказала: