Чтение онлайн

– Анна, – ни один мускул на спокойном лице Иоганна не дрогнул, он будто бы даже улыбался, ожидая именно такой реакции, – нельзя отказаться от своей сути. Она переходит с тобой из воплощения в воплощение, я – лишь проводник, который может помочь тебе раскрыть ее. Но, так или иначе, она будет проявляться. – Он снова протянул ко мне руку, но я отпрянула.

– Не трогай меня! Убирайся со своими сказками, психопат!

– Что ж, – мягко отозвался Иоганн, – я уйду, оставлю тебе время подумать. Когда я понадоблюсь, подумай обо мне, и я сам тебя найду.

Он махнул черным плащом, и я уже готова была поверить, что сейчас он обернется летучей мышью или растворится в воздухе, но он всего лишь быстро и сбивчиво зашагал в обратном направлении, оставив меня одну посреди улицы в осенних сумерках.

Солнце уже почти спряталось, и, как это бывает осенью, температура резко устремилась вниз, заставляя забыть о нежных лучах, еще пять минут назад ласкавших лицо. На соседних домах плясали розоватые отсветы, прощаясь до завтра, изредка последними штрихами подсвечивая локоны рыжих, разбросанных по плечам волос. Я как вкопанная замерла на тротуаре, не в силах сдвинуться с места. Пойти домой я не могла и не хотела – мое перевозбужденное состояние сразу вызовет уйму вопросов; догнать Иоганна значило бы согласиться с его нелепыми идеями. И я отправилась бесцельно бродить.

Когда мне было совсем невмоготу, я часто уходила к реке: она манила и успокаивала, словно унося печали вместе с течением, и домой я возвращалась обновленной и с запасом сил, чтобы пережить еще один день. Вот и сегодня я отправилась на песчаный берег.

Волны от проносящихся мимо катеров разбивались о прибрежные деревья, обхватывая их мощными бурлящими потоками, завихряясь и играя пеной. К этому моменту солнце уже окончательно отправилось на покой за горизонт, и пляж полностью опустел: парочки со своими сумками для пикника и молодые семьи с детьми, роющими песок, поспешно собирались, чтобы спрятаться в бетонные коробки, к теплу и свету. Я осталась один на один со своими мыслями и свежим вечерним бризом.

Что за глупости? Ну какая ведьма? Какая магия? Да, мне снятся кошмары, и он как-то умудрился об этом узнать. Да, Антон вчера пару раз исполнил мои внутренние пожелания. Все дело в наблюдательности: я заметила арматуру, торчащую из асфальта, не успела это выразить словами, а вот осознать, что он сейчас споткнется – успела. Все предельно просто и логично. Я же инженер, в конце концов, я все могу объяснить с точки зрения логики. Какая еще магия!

Я так глубоко зарылась в свои мысли, что совершенно не заметила, как за моей спиной возникла компания из троих парней. На вид им было не больше восемнадцати, а если бы не отпитые бутылки пива в руках, я бы дала им еще меньше. Они толпились метрах в двух, кидая на меня заинтересованные взгляды и хихикая, словно решая, кто же ко мне подойдет. Совместным решением, сопровождаемым неприкрытым гоготом, вперед вытолкнули, пожалуй, единственного застенчивого и нерешительного из всей троицы паренька.

В пол-оборота я следила за происходящим, не решаясь двинуться с места: по песку, да еще в гору я далеко не убегу, оставалось только ждать и уповать на судьбу и собственное умение забалтывать людей. Пока, правда, этот навык пригождался мне только на экзаменах. Кажется, настало время потренироваться в более экстремальной ситуации.

Парнишка казался меньше меня ростом, растерянный и взлохмаченный, он походил на воробья, отбившегося от стаи. Только его новая стая из двух самоуверенных хулиганов улюлюкала вслед, заставляя действовать. «Воробей» на ходу допил пиво и, кинув бутылку на песок, неуверенной поступью двинулся ко мне.

– Привет, – совсем по-детски произнес он еще ломающимся голосом. Ему точно не было восемнадцати.

– Привет, – через плечо кинула я, сделав вид, что созерцаю воду и совершенно не замечаю происходящее позади.

Парень поравнялся со мной и тоже уставился на стихшую реку. Его банда затаилась и вся обратилась в слух, ожидая действий их подопечного и моей реакции.

– Это твои друзья? – Я первая вступила в разговор и кивнула назад, жалея мальчишку и в то же время стремясь поскорее выкрутиться из передряги. Угораздило же меня последней остаться на этом чертовом пляже! А могла бы уже дома сидеть. Пусть и под пристальным придирчивым взглядом, зато в тепле и безопасности! И все из-за этого психа Иоганна – наговорил всякого бреда, а я теперь обдумывай, копайся в себе…

– Да, – паренек шумно сглотнул, – не хочешь с нами провести вечер?

– Прости, но я замужем, – простодушно отозвалась я. – Твои друзья выглядят достаточно милыми. Только, боюсь, муж не одобрит такую компанию.

– Ну да… Понимаю. Извини! – Облегченно вздохнув, он уже развернулся к своей команде сообщить, что ничего не вышло, но наткнулся на острые непонимающие взгляды. Если сейчас он сдастся, они уже никогда не примут воробышка в свою стаю: не быть ему крутым, не видать сомнительного уважения и авторитета среди таких же потерявшихся в жизни ребят.

– Так не пойдет! – К нам направлялся изрядно подвыпивший бугай, явно намеревавшийся отдохнуть этим вечером по полной, и упустить добычу только из-за того, что она замужем, не входило в его планы.

– Добрый вечер, – процедила я сквозь зубы, стараясь сохранить спокойствие, несмотря на рвущееся из груди сердце и трясущиеся ноги.

– Добрый вечер! – заржал он во весь голос, пытаясь изобразить мои интонации.

– Не похоже, – отрезала я с ухмылкой, сама не понимая, как решилась на дерзость.

– Слышь, ты! Будет она мне еще тут! – Бугай, пропуская половину слов, которые придали бы его речи смысл, подошел ко мне вплотную, и воробышек отпрянул, боясь попасть под удар товарища.

– Думаю, вам стоит понятнее выражаться. – Слова сами вылетали наружу, минуя голову и инстинкты, словно не я ими управляла, а они мной.

– Ты че несешь? Сама нарвалась! – Воздух со свистом разрезал нож, извлеченный из кармана бугая. И предназначался он, по-видимому, мне.

Мне всегда казалось, что в моменты крайней опасности перед глазами должна проноситься жизнь со всеми ее взлетами и падениями, именами родных и любимых, давая волю подсознанию, а тело вынуждено, наоборот, цепенеть. В моей же голове в мельчайших деталях прорисовался план, как увернуться от смерти на лезвии ножа и куда бежать, чтобы меня не догнали, хоть это и казалось мне безрассудством. Но прежде я совершила то, чего даже моя голова не могла вообразить, это произошло само, спонтанно, повинуясь чему-то первобытному, зарытому в самую глубину моей сути.

– Стой! – властно выкрикнула я, глядя прямо в глаза бугаю, и тот замер, ошалело хлопая глазами – рука с занесенным ножом зависла в воздухе. – Отдай мне нож! – Рука против воли ее хозяина протянула мне поблескивающий в свете включившихся фонарей продолговатый предмет. – А теперь уходите. Оба, – беглый взгляд на сообщника. – А парнишку, – я взглянула на сжавшегося и дрожавшего за моей спиной воробышка, – оставьте в покое. Живо!

И вот на моих глазах два хорошо напившихся хулигана, явно рассчитывавших на легкую добычу в лице одинокой девушки, вытянулись в струнку и, увязая в зыбком грунте, бросились наутек, взрывая ботинками фонтаны песка.

И только когда они скрылись из вида, меня накрыл животный страх. Каждая клеточка тела дрожала, резонируя с рвущейся на части душой. Я только что каким-то немыслимым образом обратила в бегство тех, чьей жертвой я должна была стать. Но как? Как я это сделала?

Моему немому вопросу вторил тонкий ломающийся голосок за моей спиной:

– Как это у тебя получилось?

– Не знаю, – дрожащим голосом призналась я.

– Можно, я пойду? – Паренек теперь явно боялся меня.

– Можно. Только не догоняй их.