Чтение онлайн

– А с ним можно поговорить?

– Если только недолго!

После этого, санитар проводил нас к девятой палате и был рядом на протяжении всего нашего разговора с Григорием.

– Гриша здравствуй, - сказал Лева, и добавил: - Ну как ты ?

Покинутый богом и изнывающий в одиночестве, он повернулся. Его глаза запали внутрь черепа так, что напоминали два черных пятна смотрящие сквозь меня. Его губы, словно губы жаждущего, были сухими и потрескались, то-ли от принимаемых лекарств, то-ли от недостатка жидкости в организме.

– Теперь, вас спасет только вера!
– прошипел он.

– Гриша, скажи где цера, - начал Лева.
– Ты смог ее перевести?

– Я вижу плохие сны, - сказал негромко Гриша и заплакал, как только-что проснувшийся ребенок.
– Я что-то потерял в одеяле. Нужно это найти. Помогите мне!
– Он стал рыться в одеяле в надежде найти потерянную им вещь, которой просто не могло быть. Ведь пациентов этого отделения старались ограничивать во всем, дабы избежать непредсказуемых последствий. Помня о словах заведующей, я осмотрелся по сторонам и дал понять Леве, что нам пора.

– Это не может быть одержимостью?
– поинтересовался я тогда у Дины Валерьевны.

– Ну знаете! О подобного рода версиях я не задумывалась.

– У нас сейчас тоже скептически смотрят на это, - заметил Лева.
– В монастыре категорически отнеслись к «отчитке» потому, что нынешний архиерей не дает на эту процедуру своего согласия.

– Что такое «отчитка»?
– спросила врач.

– Обряд изгнания бесов.

– Подобного рода одержимость, в медицинской практике рассматривается больше как частный случай психического расстройства. Оно даже имеет свое название, но ему свойственны такие симптомы, как раздвоение личности, эпилепсия, синдром Туретта. У Григория ничего подобного не наблюдается.

– Это и пугает, - заметил Лева.

 Уже по прибытию в монастырь Лева поговорил с настоятелем храма, и получил разрешение на осмотр личных вещей Григория и его кельи. Мы же с Ростом решили вернуться в капище, чтобы хоть как-то помочь прояснить сложившуюся ситуацию.

– С чего начнем?
– поинтересовался Ростик.

– Черт его знает. Как думаешь, мог он сюда вернуться и спрятать церу здесь?

– А смысл? Ее можно и на территории спрятать так, что никто не найдет.

– А вдруг он все-таки сумел ее перевести и обнаружил там такое, отчего мог лишиться рассудка. Такое может быть?

– Может, но маловероятно.

– Я его видел. Он, не чуть-чуть не в себе, он полностью лишился разума, - сказал я, и дотронулся двумя пальцами до правого виска своей головы.

– И поэтому ты связал его одержимость с этой дощечкой?

– Это дощечка пропала, а он после ее находки угодил в клинику для душевнобольных. Странные совпадения, не правда ли?

– Что ж, пожалуй я с тобой соглашусь, церу действительно нужно найти. А дальше будет видно, - согласился Рост.

 Не успел он закончить, а я уже достал из сумки, две солдатские лопаты и с помыслами далекими от Бога, принялся разгребать золу в одной из четырех ям. Немного погодя, Ростик позвал меня к себе, на другую сторону капища и я подумал, что он что-то нашел. И угадал. Этой находкой оказался кусок телячьей кожи, где на старославянском было написано: «… бе таль балия аже восхитити ........ ........ або ….. мыто .. изуметися ….... .. гоньзнути ...».

Тогда мы еще не знали, что значат эти слова, поэтому отнеслись к этому куску кожи, просто как к важной находке. И не более того.

– Ты понимаешь что тут написано?
– спросил я у Роста.

– Точно знаю, что это старославянский, я часто видел похожие буквы в монастырских книгах. Дома найдем переводчика.

– Надеюсь это поможет.

– Значит ты все-таки думаешь, что во всем виновата цера?

– Да! Думаю так, - ответил я.
– Вот только где она может быть? Мы тут уже ископали добрую половину, а ее так и не нашли.

В эту минуту моя лопата с глухим звуком наткнулась на что-то твердое. Я не обратил на это внимания, ведь в этом месте было много каменной соли перемешанной с неизвестным мне черным минералом. Я подумал, что в очередной раз наткнулся на камень. Но, на этот раз я ошибся. Это оказалась искомая цера. Григорий завернул ее в широкий и длинный омофор. Омофор - это длинная и широкая лента с крестами. Принадлежность облачения епископа, символизирующая спасение человека особой божественной силой.

 Словом, как только я нашел церу завернутую в великий омофор, я не на шутку насторожился. Я смотрел на нее и думал, как эта маленькая дощечка, могла привести к таким жутким последствиям. Я видел как на нее смотрит Рост, он тоже понимал, что это не к добру. От этих мыслей мне стало не по себе, лучше, если бы некоторые вещи всегда оставались в забвении. Люди частенько думают, что могут все предугадать, но что случилось дальше, предугадать было невозможно.

– Может разведем костер?
– предложил я.

В ответ на это, Рост вручил мне бутылку минеральной воды и не дав опомниться, отвернулся и направился к выходу. Я почувствовал что устал. У меня совсем не было желания кричать ему во след, узнавая куда он направляется. Я скорее хотел свернуться колачиком и отдохнуть. Меня почему-то начало раздражать его присутствие. Плюс ко всему, внутри капища стало заметно холодней.

 Внезапно, меня захлестнули воспоминания, уже через минуту сменившиеся навязчивыми идеями и страхом. Оглядевшись по сторонам, я понял, что остался совершенно один. Тут же мною овладело чувство бешеной злобы, а животный страх сменился чувством голода. Голод был такой сильный, что будь сейчас Рост рядом со мной, я бы не раздумывая набросился и растерзал его как дикое животное, лишь бы уталить этот абсолютный голод. Поверьте мне! Таким голодным я не был никогда в жизни. Голова закружилась, ноги подкосились и я упал. Хорошо, что земляной пол был мягким, а то разбил бы свой драгоценный лоб. Не знаю, сколько я так пролежал, и как долго продлилось мое забытье, должно быть Ростик за мной вернулся, ведь в себя я пришел уже в кельи.

– Ну ты даешь!
– возмущался Рост.
– Я хоть и занимался спортом, но твои восемьдесят килограмм, не дались мне легко.

– А что случилось?

– Да откуда я знаю, что с тобой случилось, - продолжал он возмущаться.
– Я вышел в туалет, прошу заметить, что сделал я это гораздо легче, чем вернулся. Откровенно говоря, мне совсем не хотелось возвращаться, я не могу объяснить почему, но это так. На обратном пути, так не кстати закружилась голова, что я чуть не сорвался вниз. Хорошо успел ухватиться за древесный корень, а то, тоже лежал бы на дне оврага.

– Да ладно!

– Вот тебе и ладно. Захожу, а ты лежишь на земле. Глаза открыты, на меня смотришь и бормочешь что-то невнятное. Попытался привести в чувство, не получилось. Испугался до смерти. Кстати! как ты себя чувствуешь?

– Неплохо!

– Знаешь, кажется ты оказался прав насчет церы.

– Я чего-то не знаю?

– Мы перевели текст на коже. Там написано: «...он был заложником колдуна, который похитил …... …... либо …... плата .. лишиться ума …... .. спасайтесь бегством ...»