Чтение онлайн

– Переверните его!

Пока караул возился со странным человеком, Ушия думал о чем-то своем. Старейшина думал так:

– Он не из воды и не с земли, это понятно. Торговцы бы меня предупредили, они охраняют вход в деревню как зеницу ока, чтобы никто не мог их самих ограбить. Он так изодран, как будто бы его несла огромная птица, он разбит, как будто упал с высоты. Я могу его объявить врагом. Но зачем мне это? Я могу его принять, но зачем мне это? Я могу его оставить не принимая. Быть может, меня назовут после этого Ушия из рода Мир Великодушный или Добрый…

Это было шансом прославить свой род. В веках оставить напоминание о себе.

В имени Ушия и так было четыре буквы, но ему этого было недостаточно. Старейшине оно было дано его отцом, а это значит, не куплено, а подарено, то есть даром досталось обладателю. У него было высокое положение в обществе, но это положение перешло ему по наследству, еще до того, как Ушия начал говорить, а значит просто решено кем-то, Ушия не сам добился этого положения. А ему хотелось достичь уважения не путем наследования, а путем личных заслуг. И вот, как ни странно, зимним утром, когда у него много дел и нужно поставить клеймо всем жителям крайней пристани, случилось что-то особенное. О, как долго просил этого Ушия у небес!

И вот незваный гость перевернут. Все жители деревни ропщут в ожидании вердикта Ушия, но сам-то он его уже знает. По лицу рыжего человека струится красная жидкость, и на него падает снег, сразу же тая и каплями скатываясь вниз.

– Люди! – воскликнул Ушия. – Перед вами тот, кто не должен быть здесь. Перед вами тот, кто не должен жить. Но он здесь и он жив!

Как в подтверждение своей жизни рыжий человек издал стон. Ушия посмотрел вниз на него и заговорил смелее. Не река Сома и не земля дала нам этого человека, а небеса! Разве можем мы отвергнуть дар небес?!

Толпа начала проговаривать, что-то невнятное. Ушия видел, что жители деревни, «закованные» в правила, небыстро делают выводы, и подталкивал их именно к тому решению, которое было нужно ему.

– Жители моей деревни, неужели вы сможете быть глухими к воле небес?! Как еще могло нам послать небо то, что оно хотело послать?! Именно так выглядит дар небес! Упавший и разбитый! Разве это не правильно!?

Толпа зашевелилась, послышались одобрительные возгласы. Ушия понял, дело идет к нужному завершению.

– Разве мы бросим на произвол того, кого даровали нам свыше?

И тут все жители закричали в один голос:

– Не-е-е-т! Конечно, не-е-ет!

Этого было достаточно, чтобы сохранить пришельцу жизнь, но этого было мало для Ушия из рода Мир. Он не хотел нести ответственность за это решение.

– Вы считаете, что этого человека нужно оставить у нас?

– Да! – завопила толпа.

– А где же, по-вашему, он будет жить?

И снова воцарилось молчание. Ушия ходил, раздумывая, пока и сам не зная, где же он пристроит пришельца. И тут рыжий мужчина что-то проговорил. И всем стало понятно, что этот язык никто не знает в деревне. Ушия засиял. У него родился план. Старейшина громко крикнул:

– Торговцы! Торговцы! Подойдите ко мне! – И толпа начала расступаться, выпуская из себя людей, проживающих около берегов.

Ушия повторил слова, произнесенные пришельцем, значения которых сам не понял, в надежде услышать, что торговцы знают этот язык. Но они сказали, что в первый раз слышат его.

– Но мой отец, – заговорил Идар из рода Шин, мужчина сорока зим, – скорее всего, знает этот язык.

Всем было известно, что род Шин давно ведет торговлю с различными селениями из-за камней. Их женщины знают по несколько языков и наравне с мужчинами ведут дела. Их дети учат язык земельных народов не по слухам в деревне, а именно на земле. Их туда отправляют родители постигать тонкости торговых наук.

– Хорошо, – сказал недовольно Ушия, в его планы, конечно, не входило повышать значимость торговцев в глазах односельчан, но для общего блага, а точнее, для личного блага, это было допустимо.

– Но мой отец стар, – добавил Идар из рода Шин. – Все знают, что я семнадцатый ребенок в его семье, и отцу не подняться со своей перины. Он не сможет прийти на пристань. Тем более в такой холод.

Это был именно тот ответ, какому мог обрадоваться Ушия.

– Конечно, – сказал он понимающе. И обводя взглядом всю толпу прокричал:

– Жители моей доброй и великодушной деревни, давайте не будем губить то, что не создавали, давайте будем милосердны и терпеливы! Примем же этого рыжего человека у себя до тех пор, пока отец рода Шин не переведет то, что говорит нам пришелец! Его устами говорит небо! Давайте же послушаем!

И все люди, собравшиеся на пристани, как один, кричали, одобряя решение Ушия. Но старейшина рода Мир был гораздо мудрее и, прощаясь с толпой, сказал:

– Спасибо мой народ. Я рад, что живу среди тех, кто так добр. Спасибо каждому, кто решил быть сегодня добрее, чем всегда. Спасибо вам за то, что позволили мне остаться добрым по отношению к этому бедняге. Небеса вас видят. Вы творцы нашего общего будущего, спасибо вам, мои мудрые соседи.

С этим словами Ушия ушел в толпу, чуть сгорбленный и невероятно счастливый. Собственное величие, хитрость и мудрость давали пищу его гордыне.

После ухода Ушия на пристани остались одни вопросы. Караул не знал, что делать дальше. Люди еще не понимали, помогать пришельцу или нет, торговцы не понимали, зачем этого рыжего бродягу им нужно тащить к отцу, которого никто из семьи лишний раз не беспокоит, а тут чужой человек из непонятного рода-племени.

И тут пришло время прославиться Року Хэму. «Как много людей», – думал он, – «нужно проявить себя. Когда еще такая возможность случится»!

Он вышел в центр поближе к лежащему и еле дышащему человеку и сказал:

– Ушия из рода Мир как всегда прав! Мы не можем бросить того, кто пришел к нам. Это закон! Закон, которого еще нет, но я хочу, чтоб он был! Нет такого закона делиться рыбой, но я делюсь с вами, нет такого закона быть честными, но торговцы честны с нами, нет такого закона каждый день приходить к пристани с рыбой, но мы это делаем! И нет такого закона помогать, но мы поможем!

Толпа ликовала. Возбужденные зеваки выкрикивали: «Ура!», и были готовы помочь. Рок Хэм понял, что он удачно сказал. И поднял вверх правую руку, в которой он держал гарпун, прихваченный с собой на всякий случай, для безопасности.

А торговец из рода Шин нервно скривился. Только он знал цену этим словам. Никогда Рок не делился рыбой, если этого не видит хотя бы пять-семь человек. Ведь он это делал не для сытости того, с кем делился, а для того, чтобы его поступок увидели. Никогда он не был честен с торговцами, на дне мешка всегда можно было найти задохнувшуюся рыбину, и тем более, торговцы и менялы никогда не были честны с ним. Это было сказано, скорее, для смягчения торговцев и улучшения их репутации в глазах соседей. И, конечно же, нет такого закона приходить к пристани с рыбой, но что ты будешь делать, если не будешь рыбачить? Умрешь с голоду? И если тебе удача сует в руки рыбу, не выкинешь же ты ее за борт лодки. Ведь всё то, что ты ловишь, ты меняешь на хлеб и удовольствия. Он не мог всего этого возразить вслух. Идар понимал, что после столь пламенных речей этого рыжего и бородатого дылду нужно тащить к отцу на лодку, а всё это только из-за того, что пришелец говорит не на языке поселения Гай. «Да где вообще гарантии, что отец знает этот язык. Ведь сколько раз он сам вел торговлю, не зная языка. Но с Роком нужно считаться. Он главный поставщик рыбы и любимец публики, а толпа уже неуправляема».