Чтение онлайн

В студии по изготовлению кукол среди пластиковых ручек и стеклянных глаз всех цветов лежал младенец. Мертвый. Скорее всего, ребенка не украли – он родился здесь. Ненужное дитя непонятно кого и непонятно от кого. Его мать наверняка забыла о нем после того, как он проскользнул у нее между ног. Женщины, собравшиеся здесь, не матери. Мужчины, которые их используют, не отцы.

В секте «Явление», созданной Олегом Каргаевым, все было сведено к примитиву. Тебе можно все, что ты хочешь, и на этот раз – никаких «кроме». Не нужно сомневаться, вспоминать о непонятно кем придуманных правилах и принципах, ограничивать себя. Здесь правит бал примитивное, то самое Оно, которое освобождает от забот и хлопот. Все у тебя под рукой, ешь и пей, спи с кем угодно, не трезвей и не задумывайся о том, что ты творишь.

Новые Содом и Гоморра – с той лишь разницей, что Содом и Гоморра больше не под запретом. Они в тренде, они – хэштег, они – мода и руководство к действию. Если ты позволяешь себе такую свободу, значит, ты – на гребне волны, настало твое время, позабудь о нравоучениях стариков. От закона тебя защитит новый покровитель, ведь справедливость имеет гораздо меньшую цену, чем деньги. А от душевных терзаний тебя спасут твои новые боги. Они сказали, что ты не умрешь никогда и праздник будет длиться вечно.

Многие крупные секты так работают, и у каждой свой мотив. Где-то стремятся получить деньги, забирая у этих молодчиков все до цента, а потом зарывая их бесчувственные тела на отдаленном пустыре. Где-то набирают армию покорных солдат, которые отвыкли думать и готовы сделать что угодно за новую дозу, за еду и удобную кровать для двоих – а может, и для группы побольше.

Но Олегу Каргаеву не это было нужно, его задача оказалась еще проще. Он растил тупой скот, куски мяса, которым рано или поздно предстояло оказаться на жертвенном алтаре. Это роль, на которую не нужно проводить строгий отбор. Если у тебя мозгов немного, а нравственность тебя только тяготит – добро пожаловать!

По подсчетам Андры, сейчас в студиях собралось не меньше тридцати человек. Скорее всего, это не все, но большинство – вряд ли такую публику охотно пускают в другие места или даже домой.

Она отличалась от них – здоровой кожей, ясным взглядом, чистой одеждой. Она пришла сюда в простом свободном платье и белых ботинках на плоской подошве. Теперь ей приходилось осторожно обходить лужи всех оттенков, наполнявшие коридоры удушающим зловонием. Андре было немного непривычно не чувствовать вес браслетов на руках и кулонов на шее, однако сейчас от этого становилось легче двигаться.

Она искала тех, кто еще способен говорить и слушать. Задача оказалась сложнее, чем она предполагала.

Наконец ей повезло: в одном из залов обнаружилось движение. Согласно покосившейся вывеске, там обучали танцам, однако это было мало похоже на обучение. Под ревущую музыку судорожно дергались с десяток молодых людей: мужчины с серьгами в ушах, юноши в черной коже, девушки с дредами и ярко-красными губами, существа неопределенного пола в свободных хламидах. В воздухе пахло пивом и марихуаной, но все же пока здесь находились самые адекватные люди в этом здании.

Андра прошла через зал. Многие пытались до нее дотронуться и очень удивлялись, когда у них ничего не получалось. Сами себе они казались сейчас ловкими и быстрыми, им и в голову не приходило, насколько примитивны и предсказуемы их движения. Андра добралась до пустой сцены, где был установлен пульт управления музыкой. Диджея здесь не было – он наверняка затерялся среди уединившихся в углах парочек. Да и зачем он? Собравшимся было достаточно, чтобы из колонок ревело что-нибудь ритмичное, остальное – ненужные детали.

Оказавшись на возвышении, Андра еще раз осмотрела зал и презрительно поморщилась. Танцующие в полумраке люди напоминали ей неуклюжих белесых червей, извивающихся в сердцевине гнилого яблока. Можно ли их вообще назвать людьми или этот этап для них уже пройден?

Пришла пора начинать. Андра небрежным движением ноги столкнула пульт со сцены; музыка в колонках взвизгнула, как раненое животное, а потом стало очень тихо.

Люди замерли, будто тишина прошла сквозь них, как электричество, некоторые даже повалились с ног и залились пьяным хохотом. Но остальные уже смотрели на Андру, раздраженно и зло. Они понятия не имели, кто она такая, однако не боялись ее.

Они уже ничего не боялись.

Вперед вышел мужчина в черной коже – судя по морщинам на лице, не младше тридцати, хотя субтильное телосложение делало его вечным подростком.

– Какого хера? – поинтересовался он.

– Вы знаете, кто я?

– Чья-то мамаша? – загоготал мужчина. То, что Андра в этот момент выглядела моложе него, было неважно. Вряд ли он четко видел, взгляд у него постоянно перемещался. Андра не знала, какой наркотик вызывает такой эффект, и не хотела знать.

Она думала о том, что Олег напрасно не приставил к своему скоту охрану. Но он не думал, что это нужно охранять.

– Я хочу, чтобы вы ушли, – объявила она. – Не просто из этого дома, из этой секты. Вы губите себя, это дорога к гибели, в которой не будет никакого смысла. Вряд ли, конечно, у кого-то из вас есть шанс прожить достойную жизнь, но я предлагаю вам хотя бы попытаться.

Кто-то просто засмеялся, кто-то принялся возмущаться:

– Да кто ее вообще пустил?

– Уберите со сцены эту телку!

– Где музыка, мать вашу?

– Вы хоть во что-то верите? – печально поинтересовалась Андра. – Это было важно для вас, когда вы пришли сюда?

– Мы верим в богов! – гордо заявила девица с плохо прокрашенными зелеными волосами. – Истинных богов, которые были здесь всегда!

– Слушай, если ты морализаторша очередная, шла бы ты отсюда, пока жопа цела, – хмыкнул паренек лет восемнадцати, не убирая руку из-под юбки зеленоволосой.

– А чего ей уходить? – хищно прищурился мужчина в черном. – Если уйдет, так и останется навсегда замкнутой целкой.

– Я бы рекомендовала вам бежать отсюда, пока есть время, – сказала Андра. – А времени, кстати, все меньше.

Она и правда не желала им зла, она хотела бы, чтобы они спаслись. Но что она могла сделать, если они не желали спасаться?

Они понимали, что за стенами этого здания их жизнь не будет уже такой интересной. Им придется учиться, работать, думать о завтрашнем дне, считаться с мнением старших – по возрасту и по положению, нести ответственность за свои слова и поступки. Зачем, если поверить в каких-то богов проще? Распробовав такую жизнь на вкус, они поверят во что угодно и в кого угодно, лишь бы это сулило выгоду.