Чтение онлайн

Решив, что все равно увидит Рихтера, но только не сейчас, девушка развернулась, чтобы отправиться в квартиру, где они жили с мамой. Но снова остановилась, потому что из библиотеки шли Ирэна и Принц. Да, да, оба еще учатся в Академии.

– Принц, - не веря своим глазам, пролепетала Мира.

С прошлого учебного года, после того, как он стал выпускником, они не общались, потому что послания с Сириуса идут очень долго, и для этого нужно специальное разрешение, коего у девушки и ее друга не было.

– Привет, Мирослава, - улыбнулся юноша.

И Ирэна тоже улыбнулась.

Мире стало по-настоящему страшно за свою психику. Так, если бы Принц больше внимания обращал на Ирэну, она бы не опустились до того, чтобы пытаться убить (да, да, именно убить, а не просто подставить или навредить) Мирославу! И между ними – Принцем и Ирэной - была не любовь, а скорее дружба, это чувствовалось. Принц бы не подпустил к себе ее так близко, у него были матримониальные обязательства на родной планете.

– Славка, думала, что ты на лекции по артефакторике, - дружелюбно сказала Ирэна.

– Меня отпустили раньше, - уверенно соврала Мира.

– Ты сейчас на занятия к Медведю? – уточнил Принц.

Закономерный вопрос. Андрей посоветовал надеть в Мир Наоборот форму для занятия боевой магией, потому что другая Мира могла носить студенческую форму другого кроя (модель формы студенты выбирали сами, только цвета объединяли всех – фиолетовый и белый).

– Нет, то есть да. Не прямо сейчас, но решила раньше переодеться, - снова соврала она.

– Идем тогда с нами обедать! – позвал юноша, тепло так позвал, как было раньше.

 Еще одно неприятное «мы». Точнее не неприятное, а чрезвычайно неожиданное.

– Я хотела домой пойти, - пробормотала она, оба студента кивнули в ответ, не удивившись. Значит, другая Мира часто так делала. Нужно было идти домой, но мучил один вопрос. – А Ледовое побоище этой весной как вам? Понравилось?

Ведь именно там ее поцеловал Рихтер, а потом все у них завертелось-закрутилось, до сих пор своему счастью не верится.

– Мирослава, ты что-то путаешь, - улыбнулся Принц и поправил небольшой перстень на пальце.

Это артефакт, догадалась Мира, от него фонило. Так вот благодаря чему он может находиться среди людей, не становясь как оголённый нерв! Принц был сильным эмпатом. А заколдовала артефакт Ирэна? Если у Миры не было потребности снять блоки, которые появились у нее в детстве и которые мешали течению магии в ней, то и помощи у Принца она не просила, а значит, и озарение по поводу спасительного плетения для него ей не приходило.

Тем временем Принц продолжил.

– Васюта решил поколдовать со знаменами, милорд это обнаружил и отменил игры. Заменили лыжными эстафетами.

Вот так раз!

Тут ее телефон тренькнул.

«И купи молока, иначе кофе будете пить черный, как ночи на экваторе», писала мама.

– Да, с прошлым годом перепутала, - бросила Мира. – Мне пора.

Это не Мир Наоборот, а Мир-сошел-с-ума. Хотя чему она удивляется? Андрей предупреждал, что общим для двух миров будет только полотно, а мазки событий могут и будут накладываться по-другому.

Вернула телефон в сумку другой Миры, проверила, когда та освободится после занятий. Времени до вечера.

До своей старой квартиры добежала за пять минут. Потому что именно бежала, как от стаи собак, а не шла шагом, как подобает девушке ее возраста.

Ключей у нее не было, - в сумке не нашла, наверняка, они были в кармане у другой Миры, - поэтому зашла в подъезд с соседями, а в квартиру позвонила.

– Ключи забыла, пташка? – при виде ее улыбнулся отец и быстро зашел обратно. На кухне что-то пыхтело-шкворчало.

Та же квартира, где они жили с мамой, только ремонт новее, да и в целом веселее выглядит.

И самое невероятное в этом всем был ее отец, который ловко орудовал лопаткой, стоя за кухонной плитой. Он жарил котлеты.

– Еще пара минут, и будет готово, - обернулся он к ней.

Да, у Миры были его глаза, такие ни с кем не спутаешь – серо-голубые с зелеными крапинками. Он выглядел старше, чем она помнила его в детстве или видела на последних фото.

– Папа, - почти прошептала она.

– Что, ребенок? – улыбнулся он.

Но веселость его постепенно стала пропадать, потому что он понимал, кто сидит перед ним.

– Он, другой я, предупреждал, что ты однажды можешь появиться.

– Другой ты оставил пакет тебе?

– Да. И я тебе это отдам. Но не сейчас.

– Почему?

– Сначала ты расскажешь, как твои дела, Мира.

– Почему ты спрашиваешь?

– Потому что твой взгляд старше, чем у моей дочери, другой тебя.
– И отец подошел к ней, сел рядом и обнял. – Значит, твоя жизнь была не так радужна, как у нее.

И Мира расплакалась.

– Тихо, тихо, птичка. Мы с мамой любим тебя, - приговаривал он, обнимая ее. Не меня, хотела ответить Мира, он отец ее опередил. – Ты наша дочь, не важно, в каком мире ты находишься сейчас. Расскажи мне все.

И она рассказала, как не так давно рассказывала Маняше. Времени у них было много – до позднего вечера, когда должна была прийти с учебы другая Мира. Судя по ее расписанию, раньше она не освободится.

– А моя птичка, - тепло улыбнулся отец, - только недавно испытала чувство первой настоящей любви.

– Кто он?

– Она пока не говорит. Скрытничает, - подмигнул он. – Если уж ты пришла на обед, то давай мы тебя накормим. А ты умойся.

Она так и сделала, не отказала себе в любопытстве и зашла в комнату другой Миры. Все здесь походило на нее саму: светлая цветовая гамма, письменный стол у окна, мягкий плед на кровати. Подошла к тумбочке в изголовье и стала листать небольшой блокнот.

Интересная находка вышла – весь последний лист был исписан именами: «Андрей Вильгельмович Рихтер» несколько строк, потом только «Андрей Рихтер», потом и вовсе «Андрей» на разный манер и завершало список «Мирослава Рихтер». Хотя последнее было стерто резинкой, прочесть все равно было можно.