Чтение онлайн

Кстати, через пару недель, Тимке позволили тоже выступить на соревнованиях. По словам тренера, за такой период он не успел растерять своих навыков, и чуть с ним позанимавшись и можно сделать из него лучшего бойца его возраста. Я-то итак знаю, что мой брат лучший. Но на соревнованиях обещала быть. Их назначили на 6 часов вечера.

За день до турнира, Тимур, как и в прошлый раз, нервничал, а я опять его отвлекала. Соревнования организовали в зале, который находился в часе езды. Тимур поедет с тренером и ребятами, а я приеду на такси после Универа.

Как назло, у нас намечалась модульная контрольная, поэтому я не могла прогулять пятую пару, и теперь очень сильно опаздывала, учитывая, что ехать-то ещё час. Надеясь, что на метро можно добраться без пробок, я спустилась по ступенькам рядом с красной табличкой в виде большой буквы "М". Я опоздала на полтора часа, и как я и думала, многие ребята уже выступили. Ищу глазами какого-нибудь знакомого ребёнка, чтоб у него поинтересоваться, где остальные, но не замечаю. Все увлечённо смотрят что происходит на ринге. Мне приходится подпрыгнуть пару раз, чтоб убедиться, что в клетке не мой брат. Свободных мест нет, и я как половина зала, вынуждена стоять. И тут я замечаю своего брата, который с кем-то разговаривает. Кричу ему, но из-за шума он не слышит. Начинаю махать руками, и наконец, он меня замечает и с криком " Я ПОБЕДИИИИЛ" бежит в мою сторону. Я бегу ему на встречу и мы крепко обнимаемся. Я сажусь перед ним на корточки, и говорю:

– Прости, я приехала как смогла.

– Да, ничего - радостно говорит он, - ты же всё равно пришла, а я выиграл.

– Ты просто супер, малыш. Вряд ли здесь есть хоть кто-то талантливее тебя, - смеюсь я, и оглядываю зал ещё раз и замечаю человека, с которым разговаривал мой брат. Теперь он стоит ко мне лицом. Это Ислам. И он смотрит в нашу сторону...На меня...Улыбка сходит с моего лица, а сердце пускается вскачь. Я секунду удерживаю взгляд, а потом снова говорю, обращаясь к брату:

– Поехали домой. Устроим мини-пикник в квартире. Где твоя куртка и шапка?

– Они в раздевалке, пойдём вместе, а-то мы потеряем друг друга в этой толпе, - говорит он, и к моему ужасу, тянет по направлению к Исламу. Господи, почему эта раздевалка не могла быть в другой стороне? Стараюсь, чтоб на лице не читалось никаких эмоций и держа брата за руку, иду следом. Толпа будто специально толкает нас друг к другу. Проходя мимо, я почти касаюсь его плеча, и чувствую, как он захватил прядь моих волос, которые пропустились сквозь его пальцы, когда я пошла дальше.

– Соня, - слышу я тихий голос, но не оборачиваюсь.

Дойдя до раздевалки, мой брат заявляет, что ему надо в туалет.

– Только быстрее, - говорю я, держа в руках его куртку, и остаюсь ждать за дверью.

И тут я слышу звук шагов, и даже догадываюсь, кто это.

– Нам нужно поговорить.

– Нам не о чем разговаривать, - отрезаю я, - доразговаривались уже. Ты получил что хотел, теперь проваливай из моей жизни.

– Я не хотел, чтобы всё получилось так, я был пьян и зол, и не контролировал себя...

– Мне всё равно, - перебиваю я его, - мне уже давно всё равно, каким ты был, и каким стал сейчас.

– Тебе придётся уволится со своей работы, - говорит он, неожиданно меняя тему.

Тут я не выдерживаю и усмехаюсь;

– Что ты сказал? Ты указываешь мне, что делать? Серьёзно?
– а потом стираю с лица улыбку и цежу сквозь зубы, - Пошёл на хрен. Ты потерял своё право голоса в нашей жизни...Тимур, ты скоро?
– кричу я уже своему брату, и тут он выходит, одевает куртку с шапкой, я беру его за руку и мы уходим. Оставляя Ислама наедине со своим чувством вины...если оно конечно же, искреннее.

Глава 27.

В декабре вся Москва загорелась новогодними огнями. В воздухе витал запах праздника и чуда. На работе началась подготовка к корпоративам и на отдых времени почти не оставалось. Однажды, сидя в кладовой и немного отдыхая от постоянной суматохи, я услышала, что кто-то идёт. Это была Марина, одна из официанток.

– Приветик, - устало говорит она.

– Привет. Тоже сбежала отдохнуть?

– Вообще-то, я за тобой. Тебя там один посетитель ждёт. Отказался от обслуживания других девушек, говорит, что ждёт тебя. Такой красавчик...
– мечтательно закатывает глаза.

– Что за глупости?
– недоумеваю я, - У нас посетители не выбирают обслуживающий персонал.

– Не знаю, он сказал, чтоб позвали именно тебя.

Мне становится любопытно, кто это. Тут есть и завсегдатаи этого клуба. Они так часто здесь бывают, что уже помнят всех по именам. Некоторые пытались познакомиться, но я мягко давала понять, что меня это не интересует. Наверное, кто-то из таких ребят перепил и теперь пытается привлечь к себе внимание. Поднимаюсь вместе с Мариной наверх и она указывает мне столик, за которым сидел наш клиент. Останавливаюсь как вкопанная, прямо на меня смотрит Ислам.

Только не он...Что ему ещё нужно?
– в панике думаю я. А потом даю себе мысленную пощечину...Мы в людном месте, он ничего мне не сделает. Собираю волю в кулак и с фальшивой улыбкой, с которой ходят все официантки, направляюсь к его столику. Он сидит с каменным выражением лица и лишь слегка прищуренные глаза, выдают его настроение.

– Здравствуйте, - начинаю я, делая вид, что это самый обыкновенный клиент, - тут такое дело, что в нашем клубе, не принято выбирать. Вас обслужит Марина.

– Я пришёл поговорить с тобой, - делая ударение на последнем слове, говорит он.

– Слушай, - стирая с лица улыбку, - ты реально не догоняешь с первого раза или прикидываешься? Я не буду с тобой разговаривать.

– Тебе придётся, - говорит он, - Если не хочешь, чтоб твою подругу уволили за невыполнение обязанностей.

Надеюсь, на моём лице отчётливо читается презрение.

– Я работаю, - говорю я чеканя каждое слово.

– У тебя перерыв.

Откуда он знает?

Он встаёт и идёт в сторону закрытых VIP-кабинок. Я плетусь следом. Музыка здесь не такая громкая, но и света здесь чуть меньше. Это специальная задумка, ни для кого не секрет, зачем здесь уединяются парочки, о чём и свидетельствуют доносящиеся из за закрытых дверей, звуки. Мы проходим в самую дальнюю кабинку, и он прикрывает за нами дверь. В кабинке стоит высокий стол и с одной стороны диванчик, места едва хватит на пятерых человек. Я стою, и вся моя решительность испаряется. Опуская глаза в пол, изучая свои туфли. Он тоже молчит, но я чувствую его взгляд на себе. Он делает шаг ко мне, и тут я не выдерживаю: