Чтение онлайн

Когда лимузин с машинами сопровождения стартовал от дверей черного входа, поспешно проехав за спинами ожидающих Захария, по толпе пронесся гул недоумения. Старческий голос из толпы произнес обиженно: «Что ж он, чурается нас?». Но второй, уверенный женский голос, произнес с придыханием: «Так у него дела, а мы бы тут его задержали, отвлекли». «И то верно, – ответила старушка, вздыхая. – Ох, бедный он, несчастный. Все дела-заботы, да за нас, грешников». И запричитала, временами вставляя слова молитвы и касаясь пальцами лба.

Волкову захотелось убраться отсюда подальше.

Их подобрал идущий последним в колонне джип. Егор и два молчаливых охранника забрались в салон, который был слишком мал для троих здоровых мужиков, захлопнули за собой двери. Машина с места устремилась догонять остальной кортеж, бесцеремонно срезая по цветникам углы.

В пути в кармане у одноглазого несколько раз вибрировал телефон, долго и требовательно. Егор догадывался, кто мог так настойчиво дозваниваться, но был не в том положении, чтобы ответить – он не хотел вести рабочие разговоры в присутствии посторонних. Пусть уставившиеся в окна ребята и были личной охраной Старшего, но это вовсе не означало, что Егор доверял им.

Ехали быстро, практически игнорируя правила дорожного движения. Джипы сопровождения перекрывали перекрестки на светофорах, блокируя движение и пропуская машину охраняемого. Под возмущенные гудки неслись по встречной полосе, холодно игнорировали пешеходные переходы. Несколько раз попадались постовые дорожной службы, но они, привыкшие к подобным проездам «вип-персон» разной степени крутизны, попросту самоустранялись, отворачивались или отходили с проезжей части на тротуар.

Захарий не любил длительных поездок, требовал, чтобы маршруты выбирались максимально короткие, не особенно взирая на нюансы. Впрочем, так делало большинство тех, кто мог себе безнаказанно позволить подобный стиль езды.

Миновав поднятый шлагбаум, подъехали к подковообразному зданию Администрации. Здесь Хирург отправил две машины с охраной «в контору» – выходов в массы больше не предвиделось, незачем было таскать с собой лишний народ. При Старшем остались лишь один из телохранителей, сам Хирург и двое водителей – лимузина и внедорожника. Ну а также Волков – видимо, отрабатывать повинность.

Впрочем, Кольцов не злоупотреблял ситуацией. В здание Администрации, вместе с Захарием, пошел только он – там своей охраны хватало. Остальные остались курить на стоянке, расслабляясь после проведенного мероприятия.

Волков, наконец, смог уединиться. Отошел от машины, вытащил телефон, прохаживаясь туда-сюда по влажно блестящему асфальту.

Неотвеченных вызовов оказалось три – два с номера, с которого звонил Феликс, один – закрытый антиопределителем. Скорее всего, это был Ильин. Волков представлял себе разгневанного Романа, недовольного внезапно свалившимся поручением по уборке трупов.

Поэтому Егор набрал номер того, кто мог ответить ему спокойно и без эмоций.

– Будь зрячим, – после первого же сигнала вызова откликнулся Феликс.

На заднем плане тарахтел мотор машины, донесся вскрик Ильина: «Это он? Ну-ка дай!». Звук возни, потом все такой же преданный голос вновь сказал:

– Я слушаю тебя, брат.

– Будь зрячим, Феликс. Как у вас дела?

– Все хорошо.

«Все у нас хреново!» – рявкнул Роман.

– Феликс, скажи, пожалуйста, Роману, чтобы он проверил всех на предмет опознания, перед тем, как вы их…

Волков не закончил фразу – и так все было понятно.

– Да, скажу.

«Егор, твою мать! Я на это не подписывался!»

– Как закончите – разъезжайтесь. Мне не звоните – я вас сам отыщу когда освобожусь.

– Конечно, брат. Будь зрячим, – лаконично закончил разговор Феликс.

– Будь зрячим.

«Дай мне эту скотину!» – последнее, что услышал Егор в трубке.

Спустя несколько секунд мобильник вновь завибрировал, на дисплее высветилось «Номер неопределен». Волков хмыкнул и сбросил звонок.

Конечно, использовать Романа таким способом – не самая лучшая идея. Но Егор ровным счетом не знал кому еще поручить это задание – своих товарищей по оружию он вмешивать не хотел. Неизвестно что там за люди поджидали его у подъезда. Неизвестно чьи именно интересы преследовали. Если очередные сумасшедшие, каким-то образом выследившие религера – это одно. Но если это опять происки Калины, которая, вполне может иметь свое влияние и внутри ячейки мистириан, что тогда? Один звонок в полицию – и Волков повязан с кучей трупов на руках. А так – вроде их и не было вовсе.

Что ж до Ильина, то с ним объясняться все равно придется. Да, Роман сам не дурак, все понимает. Но нужно же показать, что птица гордая и с помойки жрать не станет.

Хотя, по воле Егора, периодически жрет. И они оба об этом знают.

Захарий с Хирургом вышли через пару часов. Старший был заметно раскрасневшийся, глаза поблескивали. В лимузин забрался молодцевато, подтянув полу мантии чуть ли не до колена, открывая миру безупречные брюки и дорогие ботинки. До Волкова донесся аромат водки.

– В «Острог», – Кольцов жестом показал оставшемуся охраннику ехать в лимузине. Сам, вместе с Волковым, сел во внедорожник.

– Планы поменялись? – поинтересовался Волков. Казалось, никого, кроме него, этот вопрос не волновал.

– Да, – буднично откликнулся Хирург. – Сейчас будет еще одна встреча.

– В ресторане?

– Да.

– А потом?

– Егор, обо всех известных мне изменениях я вас обязательно поставлю в известность.

В переводе это звучало как: «Заткнись и не лезь не в свое дело». Волков все понял, уставился на свое отражение в стекле.

Ехать пришлось через центр, где дороги уже набухали от густеющего в час-пик трафика. Без дополнительных машин сопровождения прикрывать лимузин на светофорах и со свистом проноситься по полосам общественного движения уже не получалось. Не помогала даже «крякалка», от которой шарахались лишь самые пуганые автомобилисты. Остальные, в лучших традициях классовой ненависти, просто делали вид, что не обращают внимания, а то еще и специально притормаживали перед процессией, мешая движению.

От скуки наблюдающий за всей этой дорожной суетой, Волков не мог не поразиться сотрудникам безопасности – Хирург и водитель даже ни разу не ругнулись на очередного лихача, старающегося влезть между ними и идущим позади лимузином. Они с львиным спокойствием, даже с равнодушием, взирали на творящийся вокруг хаос, принимали ситуацию как данность.

Одной из причин, по которой Егор не любил назначение в охрану, была необходимость подолгу и терпеливо ждать. Ждать пока охраняемый ведет переговоры. Ждать, пока он ест, пока спит, пока ходит в туалет. Ждать в дороге, ждать пока стоят в «пробках». В сутки активная работа телохранителя иной раз укладывалась в час-два, в поездках «на работу-с работы». Иногда, во время мероприятий, приходилось потрудиться, но все же, большую часть собственной жизни сотрудник безопасности проводит в постоянном ожидании. И тут уж либо ты привыкаешь, либо меняешь работу. В противном случае мог произойти срыв.