Религия Денег
Шрифт:
Подобно тому как христианский фундаментализм и феодальные правители сдерживали культурное и техническое развитие Запада в Тёмные и Средние века, сохранение мусульманами феодальных форм правления в XX веке замедлило и продолжает замедлять их развитие. Но мы также не должны забывать, что Запад сам постоянно укреплял эти марионеточные феодальные правительства с момента распада Оттоманской империи восемьдесят лет назад, и даже до этого.
До тех пор, пока Восток не имеет равного доступа к технологиям и к торговле, его богатство неизбежно будет перетекать на Запад. Уход мусульман в глубокую оборону своей фундаменталистской веры, попытка расширения через обращение других людей в ислам — это последний бастион для защиты мусульманской культуры.
К середине XIX столетия развал Оттоманской империи стал неизбежным, и европейские власти стали готовиться к захвату добычи. Франция хотела влияния в Иерусалиме, Египте, Алжире и, позднее, в Тунисе. Строительство Францией Суэцкого канала (1859-1869) привело к конфликту с Британией, которая планировала самостоятельно контролировать как водные, так и сухопутные пути в Азию.
Не стесняясь в средствах для установления своего превосходства на Ближнем Востоке, Франция и Англия объединились для того, чтобы держать под своим контролем Россию (Крымская война, 1854-1856). Но десять лет спустя, когда Англия была занята завоеванием Индии, Россия выгнала турков почти из всей Европы. Многие из этих русских приобретений были потеряны, когда Англия отозвала часть войск из Индии и, объединившись с Францией, отобрала их у России.
В конце XIX века Турция была унижена военными поражениями, и точно так же, как зависимые страны в наши дни, была вынуждена обратиться за помощью к тем, у кого был капитал (Франция, Англия, Германия, Австрия) за займами для развития своей инфраструктуры. «Европейские капиталы были готовы поставить Оттоманской империи те транспортные и коммуникационные сети и системы, которые ей были необходимы. Но конечно, они хотели владеть ими, желательно на основе эксклюзивных концессий» [5]. Результаты, как они описаны Жаком Беноистом-Мешином (Jaques Benoist-Mechin), стоит процитировать целиком:
Каждый заём был выдан на условиях гарантий и безопасности. Каждая страна имела [в Турции] свои банки, свои монополии и своих контроллёров. Банки, железные дороги, горнорудные и лесопильные компании, газ и вода, все были построены иностранцами, принадлежали иностранцам и управлялись иностранцами. Франция добилась, чтобы ей была передана табачная монополия (в 1883 году), доки в Бейруте и Константинополе (1890), Смирне (1892) и Салониках (1896). В 1890 году последовали права на эксплуатацию природных ресурсов в Герклионе и Селенике, а также управление железной дорогой Джаффа-Иерусалим; в 1891 году — права на железную дорогу Дамаск-Хомс и Мудания-Бурса, в 1892 году — на Салоники-Константинополь, в 1893 году — на Смирна-Касаба [654] . У англичан была львиная доля в «Оттоманском банке». Благодаря посредничеству армянина Калоуста Гулбенкиана, они получили исключительные права на Моссул в 1905 году. Русские получили разнообразные привилегии, права на все таможенные пошлины в Константинополе и в Черноморских портах. Германцы получили права на доки порта в Хайдер-Паше (1899), акции железных дорог, муниципальную транспортную монополию и доки в Александретте (1905). Через сочетание различных операций иностранцы высосали из страны всё богатство. Та часть национального дохода, которая не шла напрямую в сундуки Султана, утекала в лондонские, парижские, венские и берлинские банки… Европейский капитализм в этот момент достиг зенита и сосал кровь своей жертвы. «Была прекрасно организована система изъятия у людей продуктов их труда. Ничего не осталось в покинутых городах, в вырубленных под корень лесах, в полях, выжженных засухой, ничего не осталось для самих людей, у которых не было ни врачей, ни учителей» [6].
[654] Прим. переводчика — приватизация российских железных дорог запланирована на 2005 год.
Иностранцы теперь даже управляли финансами государства:
Внушительные банкиры и иностранные сановники в своих роскошных дворцах на Босфоре были могущественнее Султана и Великого Визиря… Но единственное, что у них было общего, это убеждение, что «у империи и её миллионов подданных был единственный смысл существования: принести столько прибыли, чтобы хватило на регулярную выплату процентов по долгам каждые шесть месяцев неисчислимым держателям оттоманских долговых сертификатов, количество которых росло с головокружительной скоростью». [7]
В дополнение к большим внутренним затратам на устарелую феодальную структуру управления, иностранная военная сила заставила Оттоманскую империю подписать соглашения о неравной торговле, которые поглотили ещё больше средств. «Всё в Турции, что было чистым, крепким и красивым, было завезено из-за границы» [8]. Оставалось дождаться Первой мировой войны, которая окончательно растворила некогда великую империю.
Провинции Алжира и Туниса первыми откололись от Оттоманской империи (в 1830 и 1881 годах). Египет, номинально оставаясь турецким, и страстно желаемый Францией, был фактически подчинён Британии в 1881 году. В 1911 году Италия вторглась в Ливию. Балканские страны Болгария, Греция, Черногория и Сербия начали освободительную войну с Турцией на её западе, и Турции пришлось заключить мир на востоке и потерять контроль над Африкой, чтобы бросить все силы на защиту своих западных провинций.
Италия занялась Ливией, в то время как обделённая Германия стала искать шанс поквитаться с Францией, Англией и Россией, став союзником Турции. Германцы построили железную дорогу Берлин-Багдад и начали тренировать турецкую армию. В 1912 году война на Балканах стоила Оттоманской империи почти всей территории к западу от Босфора. Но многое было возвращено, когда в 1913 году балканские страны не смогли договориться и начали воевать между собой. [9]
В конечном счёте тайные усилия Англии и Франции по дестабилизации Австро-Венгерской империи, основного торгового партнёра Германии, привели к началу Первой мировой войны. Турция чувствовала, что «если союзники выиграют войну, они вызовут расчленение Оттоманской империи, а если выиграет Германия, такое расчленение не будет допущено». [10] Цитируя Карла Поланью (Karl Polanyi), к войне привело разрушение баланса сил. До альянса с осаждённой Оттоманской империей, Германия
пыталась укрепить свою позицию путём жёсткого и крепкого союза с Австро-Венгрией и Италией… В 1904 году Британия стремительно договорилась с Францией по разделу Марокко и Египта, пару лет спустя пришла к компромиссу с Россией по Персии, чья слабая федерация властей была окончательно заменена двумя враждебными мощными группировками; баланс сил как система не мог не прийти к своему концу… Примерно в то же время стали остро проявляться симптомы разложения существующих форм мировой экономики — колониального соперничества и конкуренции за экзотические рынки. [11]
Британские дипломаты опасались, что «драка за куски Оттоманской империи может привести к большой войне между европейскими державами». [12] Первая мировая война началась [655] . Кристофер Лэйн (Christopher Layne) проводит анализ:
Опираясь на панславянскую внешнюю политику царской России, Сербия предпринимала попытки разжечь недовольство среди беспокойных южных славян Австро-Венгрии с целью отделения их от Австро-Венгрии и объединения с Сербией в большое южное славянское государство — в конечном счёте в Югославию. Австро-Венгрия понимала, что если эта цель будет достигнута, может распасться империя Габсбургов (что и произошло на самом деле). В Вене сербы стали восприниматься как угроза существования империи. 2 июля 1914 года министр иностранных дел Австро-Венгрии граф Берхольд сказал императору Францу Иосифу, что для того, чтобы Австро-Венгрии сохраниться как великой державе, ей не остаётся иного способа, кроме войны с Сербией. В июле 1914 года Австро-Венгрия верила, что она может спастись, только победив внешние силы, которые использовали её внутренние трудности… Правители Австро-Венгрии, взвесив обе возможности, решили что «риск мира сейчас выше риска войны». [13]
[655] Прим. переводчика — конечно, драка за куски Оттоманской империи была важной, но далеко не единственной причиной Первой мировой войны.
Турция воевала на стороне Тройственного союза (Германии, Австро-Венгрии и Италии). В 1916 году было заключено секретное соглашение, по которому после поражения Тройственного союза Ближний Восток разделялся среди победителей. Британия «добавляла почти миллион квадратных миль к Британской империи» [656] :
Безоговорочное обещание права наций на самоопределение, выраженное Лениным, а также президентом США Вильсоном в его «Четырнадцати пунктах» в январе 1918 года, сделало невозможным для Британии и Франции наложить прямое колониальное правление на арабские страны, как они договорились в 1916 году [657] . Поэтому они вышли с предложением, чтобы те же самые земли были переданы им Лигой Наций как «мандаты» под предлогом того, что таким образом территории якобы будут подготовлены к будущему самоуправлению. Ирак, Палестина, Трансиордания попали под британский мандат, Ливан и Сирия — под французский… Египетская монархия была установлена только для того, чтобы содействовать британскому управлению, она была свергнута египетской армией в 1952 году… С того времени Сирия, Иордания, Ливан и Ирак были вынуждены жестко бороться за установление своей независимости. Между тем, арабоговорящие страны Северной Африки остались колониями: Алжир, Марокко и Тунис под Францией, Ливия под Италией. Они смогли освободиться только после Второй мировой войны. Маленький Кувейт также остался под колониальным управлением в виде британского протектората. [14]
[656] Фромкин, «Мир, чтобы покончить со всяким миром» (Fromkin, “A Peace to End All Peace”), стр.26, 401. Современная Турция — это единственная часть бывшей Оттоманской империи, которой было разрешено формально сохранить независимость. В 1919 году «две греческие дивизии высадились в Смирне на Эгейском побережье Турции, итальянские войска на юге в Адалии для исполнения плана расчленения Оттоманской империи». Мустафа Кемаль возобновил сражения, и в двухлетней кровавой войне изгнал оккупантов из Турции (Эдмонд Тэйлор, «Падение династий» [Edmond Taylor, “The Fall of the Dynasties”, New York, Dorset Press, 1989], стр.387-391). Обнищавшая страна, номинально союзная сегодня Западу, это — всё что осталось от когда-то могущественной восточной империи.
[657] Прим. переводчика. Чтобы у читателя не оставалось сомнений в миротворческих намерениях Вильсона, приведём хронологию его правления.
В 1914 году американские колониальные войска совершили агрессию в Мексику; в 1915 году — в Гаити; в 1916 году — в Доминиканскую республику и в том же году опять в Мексику; в 1917 году — на Кубу; в 1918 году — в Панаму. Всё это время американцы не покидали и уже оккупированную Никарагуа.
В 1918 году американцы высадились в Мурманске, в Архангельске и во Владивостоке. Кстати, упоминание об агрессии США в Россию в 1918-1920 годах полностью изъято из всех основных американских учебников истории.
Реальной целью политики Вильсона был, естественно, передел колоний от Европы в пользу Америки под красивыми лозунгами самоопределения.
Отец исламского модернизма Джалал аль-Дин аль-Афгани (1838-1897) путешествовал по мусульманскому миру и предупреждал о том, что Британия, Франция и Россия тайно сговариваются с местными правителями, чтобы грабить простых людей путём полюбовных соглашений на эксплуатацию природных и коммерческих ресурсов. Его предсказания оправдались. После Первой мировой войны границы и главы практически всех арабских стран назначались Британией и Францией [658] . В Иорданию назначили монарха, который даже не был местным жителем, он был из Саудовской Аравии. После развала Оттоманской империи, 27 Апреля 1920 года на конференции в Сан-Ремо
[658] Италия передумала, а новая Советская Россия принципиально отказалась от всяких нарушений суверенитета. СССР отказался и от контроля над проливами Босфор и Дарданеллы, которые дали бы ему выход в тёплые морские порты, и, как позднее утверждали на Западе, за которые он якобы готов развязать войну.