Чтение онлайн

Столь многоплановый характер концепции джихада позволяет использовать его идеи (или лозунг) для решения политических, экономических, культурных задач. В эпоху подъема национально-освободительных движений идеи джихада использовались для мобилизации масс на борьбу против колониальной и полуколониальной зависимости народов мусульманских стран. Участие в строительстве знаменитой Ассуанской плотины на Ниле во времена президента Насера также было признано как участие в джихаде.

В современных условиях отношение к джихаду у разных групп исламских религиозно-политических деятелей различно. Умеренное крыло исламского движения, следует за предшественниками, которые опираясь на суждение пророка Мухаммада, сказавшего однажды, согласно преданию, «мы вернулись с малого джихада, чтобы приступить к джихаду великому», полагали, что война с неверными – это малый джихад, а духовное самосовершенствование есть джихад великий. Они рассматривают его как проявление активности и рвения в борьбе за просвещение народа, подъем его культуры, за укрепление экономического и оборонного могущества мусульманских стран.

Мусульманские деятели, стоящие на правоэкстремистских позициях, предельно жестко трактуют учение о джихаде. Так, в соответствии с концепцией Саида Кутба, одного из идеологов движения «Братьев-мусульман», это учение прошло четыре стадии. На первой стадии, когда пророк Мухаммад жил в Мекке мусульмане должны были удерживаться от священной войны с неверными. После переселения Мухаммада из Мекки в Медину (в 622 году) началась вторая стадия, когда такая война стала дозволенной для мусульман. На третьей стадии сражение мусульман против тех, кто отвергает ислам, становится обязанностью правоверных. На четвертой стадии война против неверных, независимо от того выступают они против ислама или нет, является священным долгом всех мусульман. Четвертая стадия, по его мнению будет продолжаться до дня Страшного суда. Все, кто не стал истинным мусульманином или будучи не мусульманином не признал господство ислама и его власти, являются врагами ислама, с которыми и должна вестись священная война до полной и окончательной победы ислама во всем мире.

Видимо, начать следует с понятий. Имеется очень много определений обоих терминов, включенных в название параграфа. В литературе встречается слишком расширительное толкование понятия «исламский мир». Некоторые авторы даже всю Россию провозглашают частью исламского мира. [57] В данном пособии будем исходить из того, что к исламскому миру относятся мусульманские страны, мусульманские общины в немусульманских странах, национальные, региональные и международные исламские организации (межгосударственные и неправительственные) типа Организации Исламская конференция (ОИК) и Всемирной исламской лиги (ВИЛ) или Всемирного исламского конгресса (ВИК).

Что же касается глобализации, то о ее сущности очень хорошо сказано в резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 13 ноября 2000 года «Год диалога между цивилизациями под эгидой Организации Объединенных Наций»: «Глобализация характеризуется укреплением взаимосвязи между людьми и расширением взаимодействия между культурами и цивилизациями, – говорится в этом документе, – … глобализация является не только экономическим, финансовым и технологическим процессом, который может принести большую пользу, но и представляет собой глубоко гуманитарную проблему, побуждающую нас признать взаимозависимость человечества и его огромное культурное многообразие».

Развернувшийся на планете процесс глобализации имеет не только положительную сторону. Он противоречив и несет определенные опасности. Главная из них заключается в том, что многими ее позитивными результатами пользуются лишь наиболее экономически развитые страны, а негативные последствия достаются странам далеким от преуспевания, чья зависимость от первых в результате глобализации еще более возрастает, мешая созданию достойных условий существования их народов, что стимулирует недовольство, стремление любыми путями изменить ситуацию. Другая опасность – это опасность унифицирующей вестернизации, способной нанести серьезный ущерб национальным культурам незападных стран.

Негативные аспекты глобализации в последнее время стали критиковать многие ученые Запада. Они указывают на чрезмерный размах спекулятивных переливов капитала, растущую неустойчивость экономических процессов, рост нелегальных операций, быстрое перенесение отрицательных явлений из страны в страну, катастрофическое увеличение задолженности периферийных стран и т. д. Даже журнал «Бизнес уик» вынужден был признать: «Головокружительные дни глобализации прошли. Если некогда считалось, что простое распространение рынка уничтожит бедность, распустит диктатуры и объединит разные культуры, то сегодня одно упоминание глобализации вызывает озлобление, разногласия и упреки… Отчаяние вытесняет эйфорию, оборона сменяет триумф. Две волны протеста свидетельствуют о растущих сомнениях в способности глобализации творить добро». [58]

Глобализация отмечена мощным воздействием Запада на остальное социокультурное пространство. Отношение к этому вызову в различных регионах различно. По мнению некоторых ученых одни страны (Япония, Китай, Индия) многое перенимают у Запада, но стремятся сохранить свою цивилизационную «самость», другие (Мексика, Аргентина) предпринимают попытки «американизировать» комплекс своих базовых культурных ценностей, а исламский мир, – по их мнению реагирует на воздействие глобализации взрывами религиозного фундаментализма. [59] Следуя устаревшим стереотипам другие авторы, утверждают, что исламский мир финансирует международный терроризм, что в течение месяца после 11 сентября 2001 года Бен Ладен стал вождем миллиарда мусульман.

На вызовы глобализации в исламском мире (как, впрочем, и в других «мирах»), по существу есть два принципиальных ответа. Они во многом противоположны. Один исходит из традиционных, многократно повторенных подходов: вернуться к первоначальному исламу и его социальным институтам, изолироваться от остального мира и противостоять ему чуть ли ни во всем, отвергать глобализацию и бороться с ней. Другой подход: принять глобализацию как данность, как объективный процесс, постараться вместе с другими заинтересованными силами добиваться перехода глобализации на другую модель, более справедливую и контролируемую международным сообществом.

Анализ ситуации в исламском мире показывает, что будущее за теми, кто исходит из второго подхода. Эволюционные процессы, свидетельствуют о том, что на смену тем, в элите исламского мира, кто разделяет первый подход, приходят люди дальновидные, понимающие, что такой подход – это очередное издание «хантингтоновской концепции столкновения цивилизаций», реализация которой может нанести непоправимый ущерб в первую очередь народам исламского мира, но не только им. Они отдают отчет в том, что на новые вызовы нельзя давать архаичные ответы и ищут методы действий, соответствующие требованиям современной эпохи.

Многие западные исследователи оптимистично оценивают процессы, протекающие в исламском мире. Так, известный французский учёный Жиль Кепель приходит к следующему выводу: «Сегодня… мусульманские общества видят свое будущее в открытости внешнему миру и установлении демократии, альтернативы которой не существует». [60]