Чтение онлайн

Среди многочисленных достопримечательностей Тегерана музеи занимают особое место. Большинство туристов, посещающих Иран, обязательно включают их в программу своей поездки. Однако особенно интересен для иностранцев Национальный музей драгоценностей.

Музей национальных ювелирных изделий представляет собой собрание драгоценных камней поистине мирового масштаба. Ювелирные изделия, принадлежащие разным историческим периодам, своей красотой поражают взор. Каждый драгоценный камень, хранящийся в данном музее, напоминает о полной падений и взлетов истории этой земли, свидетельствует о вкусе и мастерстве иранского народа.

Коллекция ювелирных изделий, с одной стороны, рассказывает о древней культуре и истории Ирана, а с другой — о страданиях иранского народа в период правления корыстолюбивых и высокомерных иранских шахов.

Музей драгоценностей был создан в 1855 г. Открылся он в 1960 г., после того, как был передан учрежденному государством Центральному банку Ирана. Это собрание драгоценных камней и ювелирных изделий не имеет аналогов в мире. Даже самые искусные эксперты и оценщики все еще не смогли точно или хотя бы приблизительно определить цену сокровищницы. Во время исламской революции в Иране, а также навязанной Ираком Ирану войны, это собрание тщательно охранялось сотрудниками и экспертами Центрального банка Ирана.

Драгоценности, собранные путем разграбления и притеснения многострадального народа страны для удовлетворения прихотей шаха и придания блеска шахскому двору, ныне, когда в стране восторжествовала исламская революция, считаются национальным достоянием, частью государственной казны.

Точных данных о качестве и количестве иранских драгоценностей до периода правления Сефевидов не существует. Как отмечают в своих записках иностранные путешественники, в том числе Жан-Батист Тавернье, рыцарь Шардан, братья Шерли и другие, шахи династии Сефевидов на протяжении двух с лишним столетий своего правления — с 1502 по 1734 г. — занимались сбором редких драгоценностей. Ими были назначены специальные люди, перед которыми стояла задача приобретать, оценивать и сохранять уникальные драгоценные изделия, некоторые из которых имели мировую известность.

Вслед за беспорядками, вспыхнувшими в последние годы правления Сефевидов, а также после гибели Надир-шаха большая часть собрания была разграблена. Оставшаяся часть коллекции сохранилась в неизменном виде до прихода к власти Каджаридов, когда в нее были добавлены драгоценные камни, добытые в Иране, а также жемчужины из Персидского залива.

До середины XX в. большинство драгоценностей данной коллекции хранились в разных местах. Некоторые драгоценные камни были использованы при создании Тахте-Тавуса, глобуса и многих шахских корон.

Когда входишь в зал Национального музея драгоценностей, оказываешься в полутьме. Однако через несколько минут блеск тысяч редких драгоценных камней наводит на мысль о том, что нужды в искусственном освещении просто нет.

В музее обращают на себя внимание посуда и другие предметы, украшенные бриллиантами, изумрудами, рубинами, яхонтами, жемчугом и бирюзой. Золотые и серебряные кальяны, подсвечники, вазы, зеркала, коробочки для хранения драгоценностей, лошадиная сбруя и другие предметы, экспонирующиеся в музее, украшены драгоценными камнями. Там можно видеть также инкрустированное оружие. В музее представлены и усыпанные драгоценными камнями эгреты, некоторые из них относятся к периоду Сефевидов. Эгрет — это торчащее вверх перо или пучок перьев, украшающие спереди головной убор или прическу. Большинство хранящихся в музее экспонатов — работы видных иранских мастеров, но среди них есть и вещи, подаренные иранским шахам. Жемчужиной этого бесподобного собрания, которое состоит из 37 частей, является алмаз «Дарья и нур» розового цвета весом 182 карата, добытый в индийской Голконде при Великих Моголах. Розовый алмаз — самый редкий алмаз в мире.

Одно из самых выдающихся произведений искусства, которое находится в музее, — это трон Тавус, или Тахте-Тавус, созданный при правлении Фатх Али-шаха и состоящий из 12 частей. В трон вделаны 26 733 драгоценных камня. Слово «тахт» означает на фарси «трон», а Тавус — это имя жены Фатх Али-шаха Каджара, в честь которой Фатх Али-шах назвал трон Тахте-Тавус.

Глобус, который был сделан в 1874 г., является еще одним чудом музея. На него ушло 34 кг золота, а использованные в нем драгоценные камни весят 3 кг 656 г. Глобус инкрустирован 51 366 драгоценными камнями. Найти на нем страны при блеске стольких камней довольно трудно. Моря выложены изумрудами, а суша — яхонтами. Юго-Восточная Азия, Ирак и Британия — алмазами, Индия — светлым яхонтом, Центральная и Южная Африка — синими яхонтами, линия экватора и другие географические линии показаны алмазами. Глобус стоит на золотой подставке, которая украшена драгоценными камнями.

Известный рубин «Самери» весом 500 карат — самый большой в мире — является еще одной из уникальных вещей, хранящихся в музее.

(По материалам Русской службы «Голоса исламской республики Иран».)

Павлиний трон — золотой трон Великих Моголов, вывезенный из Индии персидским Надир-шахом в 1739 г. и с тех пор ставший символом иранской монархии.

Павлиний трон был изготовлен для могольского императора Шах-Джахана в 1629 г. Он олицетворял собою величие, мощь и богатство Моголов. Во все концы Индии разослал шах глашатаев на верблюдах и лошадях. Они призывали лучших, прославленных художников явиться во дворец к шаху для выполнения мозаичной работы, требующей величайшего мастерства и знаний «цветов заката и новолуния, переливов морской воды и сумерек неба».

Перед явившимися художниками Калькутты, Пенджаба и самого Дели Шах-Джехан высыпал груды драгоценных камней и предложил соорудить трон с верхушкой, неотличимой от настоящего павлиньего хвоста.

Мастера приступили к сложной, тонкой ювелирной работе. Они подбирали по тонам, полутонам и оттенкам цейлонские и кашмирские сапфиры, бенгальские и египетские изумруды, оттеняя их отборным жемчугом и алмазами. Иногда у художников возникали споры: какими самоцветами украшать подлокотники, спинку и ножки трона. После жарких дебатов умельцы приходили к заключению, что ценность Павлиньего трона должна заключаться не в стоимости камней, а в их художественном подборе. С этим мнением после глубокого раздумья согласился и шах.

По окончании работы во дворце Великого Могола был устроен пир и праздничное шествие по столице. На белого слона водрузили для показа народу сверкающий Павлиний трон, на котором восседал сам Шах-Джехан. Впереди, с боков и позади слона шли трубачи, барабанщики и свирельщики, а за ними, на разномастных лошадях, в высоких седлах ехали празднично разряженные вассальные князья, раджи и султаны. При виде такого шествия народ падал ниц и поднимал руки к небу, как бы прося у богов Тримурти благоденствия императору и его воинству.

Несомненно, Павлиний трон был шедевром ювелирного искусства.

По описаниям европейцев (например, Ж.-Б. Тавернье), это был самый роскошный трон в мире. Приближались к нему по серебряным ступеням. Ножки у трона были золотые и украшены самоцветами. За спинкой вздымались два павлиньих хвоста из золота, с алмазными и рубиновыми вкраплениями, украшенные эмалью.

В своей книге «Шесть странствий в Индию» (1676 г.) он описывает замечательный Павлиний трон во дворце в Дели: «Нижняя часть балдахина вся расшита жемчугами и алмазами. Наверху стоит павлин с развернутым хвостом из сапфиров и других камней».

Если верить могольской живописи, у могольского трона, вопреки описанию Тавернье, спинки не было. У него спинкой служила подушка (мутак). Павлины же из драгоценных камней, судя по миниатюрам, оставленным художниками Шах-Джахана, украшали только балдахин.

При разграблении Дели Надир-шах вывез в Иран не только Павлиний трон, но и драгоценный диван с павлиньей атрибутикой. Видевший трон в Персии безымянный агент сообщал русскому консулу в Исфахане Кадушкину, что при виде такого сказочного богатства было отчего сойти с ума: сам Павлиний трон весил чуть менее двух тонн чистого золота. Одних только оправленных в золото рубинов, изумрудов и бриллиантов (и среди них знаменитый «Кох-и-Нур») вывезли на 21 верблюде более пяти тонн, мелких алмазов до полутонны, а жемчуг и вовсе не стали считать.