Чтение онлайн

Добавим о неподвижности пространства, что совсем неподвижно оно лишь именно как вселенское целое, но всё ж и в локалях бывает почти неподвижным - в непосредственной близи чёрных дыр, ежели нет в том районе никаких материальных объектов, и если в поисках его движенья иметь в виду только три обычные миромеры. Потому что "в пределы" этих трёх из-за чёрной дыры почти не подпускается нового (дополнительного) пространства - со "стороны" четвёртой. Тем самым нечему – в локали того района – составлять и "течение" пространства.

Вот так. И теперь, в поконченности с первым поспешным трактомоментом Эйнштейна, ничто не мешает нам до конца разобраться со вторым. С равноправностью инерциальных систем отсчёта. Что ж, математически они, пока преобразованием движения берётся именно преобразование Лоренца, а не что-то более продвинутое, в самом деле равноправны, но физически - нет. Для человеческого восприятия, в силу способности его развивать мироявленческие иллюзии, они тоже равноправны. В том смысле, что находясь в одной, вы способны воспринимать другую в одинаковости, как первую при находимости в той другой. Например, довольно легко перестроить восприятие, находясь на задней площадке последнего вагона плавно идущего поезда: сам себе зрительно предстаёшь неподвижным, а ж/д полотно видишь вытекающим из-под твоих ног и убегающим в направлении горизонта. Налицо равноправность для тебя систем отсчёта "поезд" и "рельсы", но это равноправность деланная. Иначе сказать, иллюзорная равноправность. Движение рельсов - зрительная иллюзия, по-настоящему движется только поезд. И благодаря тому, что сам ты входишь в тогдашнюю реальность - ну, принадлежишь ей, со своим таким "перебрасывающимся" восприятием, - она способна делать на тебя поправку - как на обладателя такого восприятия (ну, попросту учитывает факт его негодности, чтоб не "покупаться" на результаты!), чем системы отсчёта "рельсы" - "поезд" получается ей держать неравноправными. Ну, в смысле, ты сам на себя можешь сделать подобную поправку, став на точку зрения такой реальности.

Другими словами, в относительной скорости всякого тела надо различать мнимую и немнимую компоненты. Когда скоростные векторы двух тел, относительную скорость которых рассматриваем, направлены в одну сторону, одно из тел имеет целиком мнимую относительную скорость, другое - целиком немнимую. Целиком мнима относительная скорость у того из них, которое с точки зрения пространства как целого имеет меньшую скорость. И прямое преобразование Лоренца обязано осуществляться от тела с целиком мнимой относительной скоростью - к телу с целиком немнимой. То есть, с точки зрения первого время у второго действительно замедляется, а размеры по линии, совпадающей с вектором относительной скорости, сокращаются. С точки же зрения второго - того же у первого быть не должно: время должно у него ускоряться, а размеры по линии вектора относительной скорости - увеличиваться. То есть - обратное преобразование Лоренца не должно быть тождественно прямому. К этому его призывает факт налички неподвижной вселенской пространственной целостности - как представителя эфира. Представителя его нам, нуждающимся в таком уплощающем представительстве - из-за своей пребываемости в физической форме бытия.

Ну а когда скоростные векторы тел направлены в противоположные стороны, относительная скорость каждого из них имеет мнимую компоненту, равную абсолютной скорости другого тела. И прямое преобразование движения, тем самым, должно тут быть преобразованием от системы отсчёта в лице тела, мнимая компонента в относительной скорости которого больше, к телу, у которого она меньше. Правда, оно тут, так сказать, лишь преимущественно прямое. Потому что обратное тоже будет прямым, только что несколько менее выраженным в данном статусе. Как это понимать? А так, что эфир в этом случае держит тела - в их относительном движении - в равном качестве. Всё в силу того, что перемещаемость каждого тела пары относительно пространства тут выступает его удаляемостью от другого тела пары. С той лишь разницей, что у одного такая удаляемость несколько более выражена, чем у другого. Это в отличие от случая одностороннего движения пары тел, в котором у одного из них такой удаляемости нет вообще. В отражение сказанного и преобразование движения от первого тела ко второму (как собственных систем отсчёта) проходит в том же качестве, что преобразование от второго к первому. С точки зрения одного - время замедляется у другого, как с точки зрения того другого оно замедляется у первого. Вот только степень замедления - разная. А именно: если относительная скорость, установившаяся меж телами, первому из них в лице себя являет б'oльшую мнимую компоненту, нежели второму, то с точки зрения первого - время у второго замедляется больше, нежели с точки зрения того второго оно замедляется у первого. И на столько больше, на сколько мнимая компонента относительной скорости одного больше мнимой компоненты той же по величине относительной скорости другого. Чем имеем, что если тела разбегаются в противоположные стороны с одинаковыми абсолютными скоростями, то отношение их мнимых скоростных компонент равно единице, и тела существуют в одинаковом временн'oм режиме. С н'aшей точки зрения на них обоих - фактически как точки зрения сразу на все наличные во Вселенной тела. Такая точка зрения вынуждена быть приуроченной к пространству как вселенскому целому, а потому она - абсолютная точка зрения.

Плюс такая ещё грань: в инерционном движении имея субсветовую абсолютную скорость, тело может отделить от себя половину, послав её по ходу того движения относительно себя разгоняться. Вопрос: сможет ли та разогнаться до поимения половинами субсветовой относительной скорости? По СТО, так для отделившейся половины это обыкновенный разгон с нуля, так что никакого вопроса просто не возникает. На наш же взгляд, вопрос стоит, причём как нетривиальный! Вообще оставляю его читателям, сам же отвечу в том духе, что вроде должна смочь. Ведь разгоняться относительно движущейся оставшейся половины - не одно и то же, что относительно неподвижной пространственной целостности. Относительно последней отделившаяся половина разгоняется плохо (поскольку и так уже хорошо разогналась - под самый предел абсолютных скоростей, что в лице скорости света), но это не мешает тому разгону быть вполне хорошим (ну, выраженным) разгоном к оставшейся половине - в силу её именно движущести, весьма выраженной, из-за которой она есть эфир возмущённого состояния, для себя аннулирующий разогнавшесть отделившейся половины к эфиру в состоянии пространства. Направленная аннуляция! Другими словами, половины в своём друг относительно друга движении являют как бы эфирную струю, определяющуюся сама в себе, независимо от остального эфира.

То есть, что всё это значит? А яркая демонстрация иллюзорности как неизбывного принципа при относительной скорости: сидя на ушедшей половине, вроде хорошо разгоняешься - видимым образом, используя для получения той видимости остающуюся половину, но на самом деле (ну, образом как раз невидимым!) - разгоняешься едва-едва, в смысле добавляемости скорости как плода разгона. Невидимая настоящесть против иллюзорности глаз? Трудно сказать! Такие уж нетривиальные штучки вытворяет эфир с нами (ну, в смысле, с самим собой, поскольку в телесном отношении все мы - как раз эфир, только что возмущённый), и с этим надо как-то примиряться.

Мыслим, кстати, и случай, противоположный разобранному. С тела, разогнавшегося от нулевой до субсветовой скорости относительно пространства, стартует другое тело – в противном разгону первого направлении. Начав разгоняться и тем приобретя относительно первого субсветовую скорость, оно оказывается с нулевой относительно пространства, как должно быть ясно без особых пояснений. И если разгон свой тот продолжит, начнёт опять иметь скорость относительно пространства – всё б'oльшую, вплоть до субсветовой. Но относительно первого тела то не будет "двойная суперсветовая" скорость, как ясно, – то есть набирая скорость относительно пространства, второе тело в лице того совсем не так выражено набирает скорость относительно первого тела: в этой относительности у него скорости и так уже чуть не "под завязку", и тем самым – просто некуда добирать, что называется.

Рассудить же наши с Эйнштейном подходы сможет следующий эксперимент. Стартовав с Земли, корабль относительно неё разгоняется до субсветовой скорости, и далее выключает двигатели. Затем с него стартует космошлюпка - в обратном направлении, то есть в направлении Земли, и достигает относительно него той же субсветовой скорости, какую он достиг относительно Земли. Ясно, что в скоростном отношении к пространству она тогда в том же положении, что и Земля. Выключив двигатели и побыв так неделю - по своим шлюпочным часам, разгоняется опять в обратном направлении - вдогонку, то есть, за кораблём, и достигает скорости, с каковою от него отваливала. То есть сравнивается с ним в скоростном отношении, далее выключая двигатели. Благодаря чему меж ней и им устанавливается некое неизменное расстояние. И сеанс радиосвязи с кораблём обнаруживает, что часы шлюпки ушли вперёд - сравнительно с его часами. Ну, должен такое обнаружить - согласно нашим воззрениям. Поскольку скорость корабля относительно неподвижного пространства была больше, нежели у шлюпки (целую неделю). Согласно же СТО - часы шлюпки должны были отстать: он'a ведь разгонялась относительно корабля, а затем возвращалась к его скоростному состоянию, оба раза испытывая ускорения. Точно как улетавший с Земли близнец - по отношению к остававшемуся на ней, а ведь именно ему - в этом классическом для себя примере - СТО вменяет прилетать моложе. Вот эксперимент и рассудит! Это в том, правда, случае, ежели Земля, в незаметности того, случайно не имеет субсветовой скорости - относительно всё того же неподвижного пространства. Тогда, чтоб всё было по написанному, корабль должен был бы стартовать по направлению вектора такой скорости Земли. А если нечаянно стартовал в противоположном, то результаты окажутся обратными: уйдут вперёд корабельные часы - по отношению к шлюпочным. Корабль ведь, обретая субсветовую скорость относительно Земли, тем незаметно оказывается на близкой к нулю абсолютной скорости, и возвращение его шлюпки к старому скоростному состоянию означало пребывание её на большей абсолютной скорости, нежели он. Но не беда, взамен реализуется другой эффект, не совпадающий с предсказаниями СТО: по возвращении на Землю корабль со шлюпкой обнаружат, что их часы ушли вперёд сравнительно с земными: у корабля больше, у шлюпки меньше (но всё-таки тоже). А по СТО, так уйти вперёд должны были часы на Земле. Если же корабль стартует по направлению вектора субсветовой скорости Земли, то и по СТО, и по нашему он со шлюпкой должны вернуться менее постаревшими, чем Земля.

Итак, две и.с.о. в имеемости относительной скорости. Согласно СТО, описанности ими друг друга взаимообратны и равноправны. Ну, то есть, выстроенность одною своей относительности к другой - полностью равноправна с такой же по виду выстроенности той другою своей относительности к первой. Согласно же теории, опирающейся на "новый эфир", взаимоописанности и.с.о., непокоящихся друг относительно друга, как раз неравноправны. Справедливость чего мы и пытались всячески продемонстрировать.

И под занавес этого блока кратко всё резюмируем - в неупотреблявшихся доселе смыслоформах, что полезно. Преобразование движения, дающее релятивистские эффекты, называется преобразованием Лоренца, а не преобразованием Эйнштейна, то есть последний лишь подсоединился: заново вывел, исходя из своих вводных, да физически страктовал полученные математические выражения. В двух моментах - поспешно. Первый момент поспешной физической трактовки - абсолютизация относительности одновременности. Второй же то, что можно назвать полной обратимостью движения и.с.о. друг относительно друга. Математически полная взаимоперерасчётность и.с.о. в преобразовании Лоренца - не имеет физического наполнения, вопреки Эйнштейну как автору физической истолкованности тех преобразований. Сказать иначе, математическая взаимозаменность инерциальных систем отсчёта, движущихся друг относительно друга, когда каждая с равным основанием может считаться покоящейся, а вторая "берёт на себя" всю "совместно изготовляемую" изменяемость расстояния между ними, - такое в ранге физического принципа есть ложность, игнорирующая существование эфира. Существование его в ипостаси целостного пространства, прежде всего.

Принцип относительности допустимо понимать лишь как одинаковость формы физических законов в инерциальных системах отсчёта, имеющих друг к другу не равную нулю относительную скорость, отчего физические эксперименты, проводимые в пределах любой из таких систем, выступают обращаемостью к одному и тому же (ну, к той единой форме физ. законов), а потому и не могут сказать, в какой из тех систем ты находишься. Вот и всё, а не в той степени расширительности, какую незаметно взял Эйнштейн: что происходящее с одной системой с точки зрения другой - есть то же самое, что происходящее с той другой с точки зрения уже первой. Нет, оно-то так, но в том-то и фишка, что точка зрения одной из систем тут неизбежно ложна, то бишь та система пребывает в иллюзивности касательно своей товарки! Одинаковость точек зрения у систем лишь на самих себя - вот что есть принцип относительности по-настоящему. А вовсе не одинаковость точек зрения на других. У каждой на каждую из прочих - на том основании, что они тоже, мол, инерциальны, как и она сама. Ну и добавить, что точка зрения системы на саму себя - это, считай, точка зрения её на физические законы, как неизменность для всех систем в ней подвизующиеся. Отчего и получается, что все и.с.о. видят в себе одно и то же.

И в конце этих разговоров о принципе относительности уместным - из-за наговоренного - начинает выглядеть расширенный принцип относительности: распространяющиеся на мат. тела законы природы - в своей форме независимы и от параметров неравномерного прямолинейного движения тел, а не только от выраженности равномерного прямолинейного, - другое дело, что когда (и если) их постигаешь из положения неравномерного, то выйти на них (как продекларированную инвариантность) на ступень труднее.