Чтение онлайн

Спинки форели на дисплее засверкали серебром. Внезапно Кана вспомнила, как давным-давно они с отцом ездили в другую префектуру порыбачить. Сначала они долго и безрезультатно забрасывали лески, но в конце концов рыба попадалась на крючок. В лучах летнего солнца чешуя ярко блестела, а сами рыбки извивались всем телом, вырываясь на свободу. «Рыбачить, конечно, весело, но, может, теперь отпустим их обратно в реку?» – как-то спросила Кана у отца.

В ответ на это он строго отчитал дочь: «Ловля рыбы – все равно что убийство. И относится это не только к рыбе – когда мы едим и мясо, и овощи, то в любом случае отбираем у них жизнь. Именно поэтому люди перед едой говорят «итадакимас» – «принимаю». Так что нехорошо будет, если мы рыбу выловим, но не съедим», – так объяснил Кане отец. Тогда она ходила в первый класс, и его нравоучительный тон не понравился Кане, что отразилось на ее лице. Внезапно отец отвесил ей звонкую пощечину.

Кана не могла сказать, что это навсегда отпечаталось в ее памяти, но иногда она все-таки вспоминала тот случай, всякий раз ощущая неприятное и горькое послевкусие где-то в животе. Кажется, именно с тех пор ее отношения с отцом испортились окончательно. Размышляя о событиях прошлого, Кана снова навела объектив на рыбу.

Когда почти все уже было съедено, Нагарэ принес небольшой глиняный горшочек:

– Весной все вокруг оживает. Я потушил вместе розовые креветки и белокопытник и смешал их с рисом. Получился солоноватый вкус, поэтому можно есть прямо так, а можно добавить пасту мисо и сделать тядзукэ [43] . Сейчас принесу еще супа.

Нагарэ выложил содержимое горшочка в небольшую миску для риса и вновь удалился на кухню.

Кана все повторяла про себя беспечно брошенное Нагарэ слово «оживает». Что-то определенно влекло ее к хозяину ресторанчика – то ли то, что он был ровесником ее отца, то ли то, что тоже был связан с интересовавшим ее ресторанным делом. Раздумывая об этом, Кана попробовала рис.

– Вкусно! – воскликнула она. Глаза ее заблестели.

Она восторженно отправляла в рот кусочек за кусочком, совсем забыв про фотографии.

Очень быстро ее тарелка опустела. Стоило ей положить добавку, как рядом появился Нагарэ, держа в руках длинный поднос с небольшой чашкой супа на нем.

– Ну как?

– Я и не ожидала, что так вкусно будет! – Накладывая рис, Кана с улыбкой повернулась к Нагарэ.

– Я рад. Лов в Юи [44] только начался, поэтому можно сказать: эти креветки – первые за год. А как говорится, если ешь то, что только поспело – будешь жить долго.

Нагарэ снял крышку с чашки супа, и оттуда поднялся пар.

– Как хорошо пахнет! – Приблизив лицо к ароматному блюду, Кана закрыла глаза и потянула носом манящий запах.

– Для этого рецепта бульон делают пустым, я добавил только нарезанный кубиками тофу. И для вкуса немного листочков перца.

– Только тофу? А аромат кажется гораздо более сложным.

– Я пожарил косточки и остатки от форели и сварил бульон на них. Все равно ее готовил, а так и выбрасывать ничего не пришлось.

– Вот оно что! Да, действительно, есть легкий запах рыбы. Значит, эти самые косточки… – Кана вновь принюхалась к пару, который поднимался из чашки.

– Форель ведь живет недолго – всего один год – так я слышал. Поэтому нам только и остается насладиться ее вкусом и дать ей упокоиться с миром. Иначе выйдет совсем грустно.

До этого момента разговорчивая Кана замолчала, словно прикусила язык.

– Когда закончите, я отведу вас в офис. – Зажав поднос под мышкой, Нагарэ скрылся на кухне.

Кана взяла чашку с супом в руки и сделала глоток. Небольшой, не больше пяти миллиметров квадратик тофу плавно скользнул на язык. В нос ударил аромат форели и перца. Кана шумно выдохнула:

– Если размышлять о жизни слишком много, можно и аппетит потерять. – Она поставила пустую чашку на стол. В горшочке оставалась еще примерно треть риса. Щеки у Каны раскраснелись то ли от выпитого алкоголя, то ли от чего-то иного. – Да, и не забыть про тядзукэ.

Вспомнив, что сказал Нагарэ, Кана торопливо положила себе еще риса, добавила белокопытник с мисо и залила чаем.

Взяв палочки, она принялась за тядзукэ, громко прихлебывая. В одно мгновение она опустошила миску, не оставив ни единой рисинки, и только потом положила палочки на стол.

– Вы готовы? – в тот же момент из кухни показался Нагарэ.

– Да, идемте, – решительно поднялась Кана.

Нагарэ открыл дверь сбоку от барной стойки и первым вошел внутрь. Кана, слегка помедлив, последовала за ним.

– Спасибо большое! – словно вспомнив, обратилась она к Нагарэ.

– Да не за что! Угощайтесь еще! – обернувшись, с улыбкой ответил тот.

– Что? – Кана вопросительно взглянула на него.

– Угощайтесь еще, говорю. Я рад, что вам все понравилось. У нас в Киото часто используют это выражение. Когда тебя благодарят за еду – так и хочется предложить добавки. В ресторанах, правда, такого обычно не услышишь, – остановился Нагарэ.

– Понятно. А я испугалась, что сейчас опять будем есть.

– Вы, кажется, упоминали, что у вас есть ребенок. Что он обычно говорит вам после еды?

– Было вкусно, мне очень понравилось. Что-то вроде этого.

– Простите мне мою наглость, но позвольте поинтересоваться – он действительно наслаждается тем, что вы готовите? – усмехнулся Нагарэ.

– Так ведь принято… Ничего больше, – смутилась Кана.

– Простите, сболтнул лишнего. – Поклонившись, Нагарэ пошел дальше.

Пожав плечами, Кана двинулась за ним.

Нагарэ постучал в дверь в конце коридора, и оттуда выглянула Коиси:

– Проходите, пожалуйста.

Закрыв за Каной дверь, Нагарэ отправился обратно на кухню.

– Вас не затруднит заполнить кое-какие документы? – Кана села напротив Коиси, и та протянула ей планшет с бумагой и ручку. Кана быстро принялась писать левой рукой.

– Вы левша?

– В детстве отец пытался меня переучить. Закончилось тем, что теперь я одинаково хорошо владею и правой, и левой рукой. – Улыбнувшись, Кана передала планшет обратно Коиси.

– Тридцать девять лет. А там и сорок не за горами.

– Не могу даже представить себе этот момент.

– Я тоже все пытаюсь с этим смириться, но пока не выходит. Итак, госпожа Такэда, что за блюдо вы разыскиваете? – Коиси положила смартфон на журнальный столик перед собой. – Отец рассказал, что вы записывали сегодняшний обед на диктофон. Я тоже решила попробовать, а то в последнее время память стала подводить. Могу, например, не записать что-то важное. Теперь же о заметках можно вообще не думать. Что ж, я вас внимательно слушаю. – С этими словами она включила диктофон.