Чтение онлайн

По Антоше нашлось столько, что, будь я шантажистом, сейчас танцевал бы от счастья. По нему было два выполненных заказа, в отношении старшего брата и сослуживца, и подвисший по мне. Кроме этих, явно порочащих светлый офицерский облик, сведений, была указана любовь к азартным играм и алкоголю. Невзаимная любовь по обоим пунктам — напивался он быстро, а в карты проигрывал еще быстрее. Его ставки на скачках тоже ни разу не приносили ему хоть мизерный доход. Как будто этого ему не хватало, чтобы потратить все деньги, Антоша напропалую изменял супруге. На настоящий момент имел двух любовниц: одну титулованную и одну из актрис императорского театра. Здесь же была приложена оценочная стоимость подарков любовницам. Нетитулованной везло больше — опись только подаренных драгоценностей потрясала воображение. Глаша бы вообще от зависти удавилась, если бы узнала, сколько мой однофамилец тратит на пассию, и переквалифицировалась из продажных горничных в продажные актрисы. Артистический талант у нее точно присутствовал.

Денег на актрису Антоша тратил не просто много, а очень много — видно, действительно выбирал по зову сердца, а не потому, что положено в его кругу. Характеристика дамы сердца тоже имелась. Она одновременно с Антошей крутила еще с тремя мужиками, обувая каждого на солидную сумму. Если она окажется дамой бережливой, то к концу карьеры выйдет из театра с целым состоянием, заработанным в том числе и на заложенном особняке княгини Вороновой. Но это их внутренние дела, о которых даже если княгиня не знает, я ей говорить не стану.

У Антоши была еще сестра, но с ней старая княгиня тоже успела разругаться. По описанию сестра Антоши была его точной копией в плане вранья и жадности, но он оказался талантливей в манипуляциях, поэтому и стал фаворитом в глазах вдовствующей княгини.

Информация на руках у меня была интересной, но пока мне не было от нее ни малейшей пользы. Разве что я получил подтверждение тому, что Антон замешан в смерти еще одного Воронова и что среди Вороновых приятных людей исчезающе мало. Что бы ни говорила княгиня, единством там и не пахло, каждый был за себя. И вливаться в это змеиное кубло не было ни малейшего желания.

Примерно то же самое оказалось у Наташи: при чтении она временами тяжело вздыхала и явно боролась с желанием изъять и уничтожить некоторые записи. У нее в семье тоже было не все благополучно. И коллекцией голов, которая оказалась настоящей, развлечения Куликова-старшего не исчерпывались. В записях, кстати, указывалось, что странности у него проявились после покушения, устроенного братом. Но тот что-то перемудрил, в результате погиб сам и забрал с собой обоих родителей. Мутная история получилась, короче говоря.

Записей было слишком много, поэтому, прервавшись на обед, после него мы решили смотреть только по тем семьям, с которыми контактируем. До ужина как раз успели глянуть записи и по Щепкиным, и по Кривцовым. На семью второго моего секунданта записей не нашлось — наверное, слишком мелкое семейство было. Хотя и Кривцов к княжеским семействам отношения не имел.

Что касается Щепкиных, то по сравнению с Вороновыми и Куликовыми они казались семейным образцом благополучия: никто ни на кого не покушался. Во всяком случае, Черному Солнцу про это известно не было.

— А что, если реликвии взорвались в тех семьях, где были покушения на родных? — внезапно спросила Наташа.

— И у твоих, и у моих родственников покушения были после взрыва реликвий.

— Мы не знаем, что там было до. Здесь только за последние десять лет. Редко встречается упоминание более ранних дат.

— Можно проверить остальные архивы по княжеским семействам. Если во всех семьях со взорванными реликвиями есть внутрисемейные убийства, то твоя теория подтвердится.

Я взялся проверять Верховцевых, а Наташа спохватилась, что скоро должны прийти гости, и убежала проверять готовность ужина и переодеваться, взяв с меня слово рассказать, если что-то обнаружу.

С Верховцевыми история вышла мутная. У погибшего в зоне было два брата, старший и младший. К настоящему времени остался один, младший, но к смерти братьев он отношения не имел. Промышлял этим делом один из их кузенов, который совершенно случайно свернул шею, упав с лошади. Причем в записях Черного Солнца вполне конкретно указывалось, что гибель среднего Верховцева в зоне не случайность, а спланированная операция, с алхимией и артефактами. Подробностей указано не было, только о ее успешности, но сдается мне, дело не обошлось и без ментального влияния. Потому что по досье конкретно этот Верховцев хоть и был заносчивым и неприятным, но не идиотом. И почему-то показалось, что к делу была привлечена и старшая княжна Куликова. Не обманом привлечена, а осознанно и за денежку. Прямо этого написано не было, но что-то такое проскочило по использованию сердечной привязанности. А в куликовском досье значилось, что старшая княжна ради денег способна на многое.

Были ли где-то более полные отчеты? Вряд ли. Потому что организация, как ни крути, из тех, кто не стал бы оставлять свидетельства именно своих преступлений, то есть схему убийства расписывать никто не стал бы. Но для себя я отметил не связываться с Марией Васильевной ни под каким соусом. Острая непереносимость родственников супруги налицо.

Больше я ничьи досье просмотреть не успел, потому что начали собираться гости. Первой Лёня привел Щепкину. Была она не менее восторженная, чем прошлый раз, а с учетом вчерашней дуэли — даже больше.

— Петр, вы не представляете, какое великое дело вы совершили, убив этого негодяя, — прижав руки к груди, экспрессивно заявила она. — Мои родные передают вам огромную благодарность.

В результате изучения архива я знал, что Бодров убил кузена Щепкиной, единственного сына сестры отца. По описанию парень был вполне приятным человеком и пользовался любовью родственников.

— Мне просто повезло, — скромно ответил я.

— И это замечательно, что удача наконец оказалась на правильной стороне. Вы мне сразу показались неординарным человеком. Да разве может быть другой брат у Леонида?

Она фонтанировала восторгом до прихода обеих пар офицеров с супругами и не перестала это делать и после, вытребовав у каждого зрителя отдельную историю моего подвига. Рассказ шел уже за столом, где появилась возможность не только поговорить, но и отдать должное готовке нашей поварихи. Или ее помощницы, которую нашел Николай Степанович.

Я слушал рассказы со стороны и понимал, что правильно использовал снег с вихрем, чтобы скрыть сам процесс. Потому что дамы, закатывая от восторга глаза, говорили о том, как было красиво, когда внутри снежного бурана вспыхивали цветные огоньки.

— Совсем как фейерверк, — щебетала Кривцова, за сутки забывшая напрочь о дружбе с Софией. — Даже красивее. По куполу проходили разноцветные разряды, и я все боялась, что он не выдержит и взорвется.

— Ксения, я тебе уже говорил, что это невозможно. Купол был полностью заряжен.

— Но выглядело красиво и пугающе одновременно.

— Строго говоря, там ничего не было видно, кроме вспышек. Красные и серебристые. У вас есть сродство к Тени, Петр?

— Есть, — не стал я отказываться. — И к Воде.