Чтение онлайн

– Через несколько минут ты почувствуешь на себе эффект инта, - крикнул он Ретифу.
– Если брать гатераканский организм, то с помощью инта можно улучшить на десять процентов его восприимчивость и рефлексы. Возможно, он окажет не такое яркое воздействие на тебя, как на чужеземца, но маленькое преимущество, я думаю, ты все-таки получишь. И запомни мое предложение: используй свое хитрое оружие для мести сам знаешь кому.

И что-то насвистывая себе под нос, он убежал вдоль по коридору.

– Ах подонок, каков подонок!!!
– в ярости рыкнул Харрумф и обратил широко раскрытые глаза на землянина.
– Инт - это самый мощный алкалоид! Я уже почувствовал необычное оживление в своем орррганизме. Что же будет с тобой, негатераканец?! Как ты себя чувствуешь, приятель?

– Лучше и быть не может, благодарю за заботу, - отозвался Ретиф и извлек из своего кармана связку ключей.
– Кстати, не скажете ли, какие дверки можно будет открыть этими корявыми отмычками?

Заинтересовавшись ключами, Харрумф внимательнейшим образом осмотрел их и вчитался в знаки, нацарапанные на их поверхности.

– Вот это, похоже, ключ от машины... Пррричем очень дорррогой модели. Хитрррая штука, я видел такие прррежде.
– Он вгляделся в другой ключ.
– А этот... С помощью него, сдается мне, можно будет войти в частную игррровую комнату, которррая известная здесь как Казино Постоянно Ожидаемых Чудес. Находится на тррри уррровня выше нашей клетки. Этот...
– Он взял в руки третий.
– Его владелец является членом Клуба Игррр и Забав. Это тайное бррратство, где все забавы кррутятся вокррруг рррепродуктивной способности гатеррраканцев. Как-то они там умеют возбуждать это дело... Они ррразмещаются на верррхнем уррровне, в крррыле "К".
– Он переключил внимание на четвертый ключ.
– Этот отпирррает шкаф в комнате отдыха для спонсоррров. Она находится прямо под запасными ложами.
– Он издал какой-то восторженный шипящий звук. Обладатель этого ключа принадлежит к высшему классу. А могу я спррросить... он с любопытством взглянул на Ретифа.
– Где это ты ррраздобыл ключи?

– О, я нашел их в кармане одного костюма, - просто ответил Ретиф.

– Замечательно! Не буду спрррашивать, на ком висел этот костюм!
– Харрумф вернул ключи землянину и кивнул в сторону коридора.
– Я слышу позвякиванье снаряжения, - сказал он смирившимся тоном.
– Готовься, приятель. Как говорится, пррредставление начинается!

Возле камеры показалась команда охранников, состоявшая из десяти гатераканцев. Офицер охраны арены смело отпер дверь и вывел участников предстоящего шоу в глухой мрачный коридор. Ретиф с любопытством разглядывал многочисленные нашивки и бляшки на груди офицера. Их подвели к рядовому гатераканцу, который вручил каждому восьмифутовую жердь.

– Одно утешение, - проворчал Харрумф.
– Все это недолго пррродлится. Как ни кррути, а долго бегать от беррременной ящеррицы нам не удастся.

– А бегать и не пытайтесь, - сказал Ретиф. Стойте на месте и смотрите ей прямо в глаза.

Харрумф как-то весь подобрался, отряхнул свое платье, поскреб пальцами запачканные ленты нашивок на запястьях и отбросил от себя выданную ему палку.

– Ты прав, парень, - сказал он и окатил ледяным имперским взглядом охранника, который хотел было подтолкнуть его вперед.
– А теперь мы с тобой покажем черни, как умирают герррои!

Они вышли из-под арки и увидели бледное солнце, висевшее над ареной, которая была залита водой. Поверхность исходила рябью и искрилась. Плечом к плечу Ретиф и приговоренный гатераканский офицер смело подались вперед. Когда они вышли на открытое место и их увидели изъерзавшиеся от нетерпения зрители, по трибунам прокатился многоголосый рокот и послышался топот сотен конечностей.

– Ха! Смотри, как они визжат!
– раздраженно воскликнул Харрумф.
– Но мы ррразочарруем их! Они не увидят вожделенного зрррелища, потому что мы будем стоять неподвижно и после перррвой же атаки зверюги все будет кончено!

– С нами моральный дух, - сказал Ретиф, поглядывая на бесновавшихся зрителей.
– Пойдемте-ка поближе к ложе адмирала.

– Мне все ррравно, где прррощаться с жизнью, - согласился гатераканец. И, по-моему, нам лучше поспешить - я вижу уже, как поднимается барррьерр! А зверей не надо дважды пррриглашать к обеду!

Они почти добежали до того места, куда показал Ретиф, как вдруг им в спину ударил жуткий рев. Ретиф обернулся и понял, что звук донесся из тени, что была за уже поднятой решеткой, отделявшей арену от желоба, по которому бежали звери из своего вольера. Не прошло и минуты, как из этой тени показалось длинноногое, с ощетинившейся оранжевой гривой и высокими острыми лопатками существо, напоминающее гигантскую гиену. Как-то неуклюже и вприпрыжку оно побежало вдоль барьера. На полпути к ложе, где в азарте подались вперед дрессировщики, существо затормозило и, запрокинув вверх морду, стало нюхать воздух. Затем оно резко прыгнуло в сторону Ретифа и его товарища по несчастью.

– Я был прррав!
– дрожащим голосом пробормотал Харрумф.
– Эта зверюга на редкость отвррратительна!

Пока он говорил эти слова, хищник быстро, по-кошачьи приближался к ним. Его длинные желтые клыки были обнажены.

– Осторожнее, Харрумф, - перекрывая гул толпы, крикнул Ретиф.
– И не теряй надежды до тех пор, пока не будешь смотреть на все это представление из желудка этой твари!

С этими словами он опустил руку в карман, достал один из газовых шариков, украденных у Руккто, и раздавил его на расстоянии пяти дюймов от своего лица.

2

В первые несколько секунд, пока мятный туман рвался Ретифу в ноздри, ничего не изменилось. Зверь перешел на настоящий галоп, и после каждого его скачка в небо взметались брызги воды. Затем вдруг эта неистовая атака замедлилась. Брызги разлетались уже как-то странно, плавно, тягуче. Стали различимы отдельные искрящиеся капли. В них причудливыми, радужными тонами от зеленого до медно-красного - отражалось небо. Над головой облачный покров стал сначала тоньше, прозрачней, а потом исчез совсем. Одновременно возникли сотни звезд и засветились радужными оттенками. Длинный прыжок атакующего зверя перешел как-то вдруг в мягкое скольжение по воздуху, которое все замедлялось и замедлялось, пока наконец не замерло совершенно. Его страшный рев стал резко понижаться в тембре и наконец растворился в тишине.

Ретиф выпустил из руки свою жердь. Она осталась стоять, ничем не поддерживаемая. На расстоянии двадцати футов в воздухе висел, не продвигаясь ни вперед, ни назад, ни в стороны, отвратительный зверь. Его передние лапы с девятидюймовыми когтями были выброшены вперед в мертвом прыжке, огромные зеленые глазищи были полузакрыты. Рядом с Ретифом, замерший словно статуя, стоял Харрумф и глядел остекленевшими глазами на немую сцену на арене.

– Стой здесь, никуда не уходи, - усмехнулся Ретиф.

Слова разнеслись по арене как-то неровно, дрожаще и в басовом тембре. Воздух был тяжел и плотен на языке, как сироп. Ретиф прошел мимо гатераканца, с трудом преодолевая трения атмосферы. Он будто шел в густом-густом тумане или в воде. Плотность и трение воздуха были настолько велики, что тело Ретифа, преодолевая его сопротивление, стало нагреваться, и ему стало жарко. Ноги же, наоборот, не имели твердой опоры - вода уплотнилась и стала, как лед.

Ретиф добрался до охраняемой двери, которая располагалась прямо под ложей высокопоставленных лиц. Часовые по обеим ее сторонам были недвижны и походили на чурбанов, вырубленных из тяжелой древесины и отполированных. Ретиф коснулся замысловатого замка и потянул его на себя. Сначала замок не поддавался, но через несколько минут по твердому пластику, в который он был вмонтирован, побежали многочисленные трещины. Ретиф отпустил ручку, которая нагрелась от его руки, и отступил на шаг назад, глядя на то, как металлический механизм стал мяться, изгибаться во все стороны, как наконец все устройство вылезло из своих креплений в двери вместе с рваными кусками пластика. Замок и множество мелких щепок медленно набрали высоту по той линии, куда тянул Ретиф, и проплыли мимо него в воздухе в сторону центра арены.