Ретроспектива
Шрифт:
– Приятель, отстань, – сказал кому-то Эндрю, – я к ней первый подошёл. И сегодня я не в настроении делиться.
– Ещё одно слово, и я подправлю тебе физиономию, – раздался голос Теодора.
Мира попыталась развернуться на источник звука, но её шатнуло в пьяном синкопе.
– Твоя, что ли? – вновь Эндрю. – Тогда чего лезешь не в своё дело, красавчик?
Наконец-то, Мира сумела поднять голову. Взглядом, что Теодор смотрел на Эндрю, можно было резать стекло. Такой ярости Мира ещё не встречала.
– Что в её напитке? Она бы не выключилась от пары глотков алкоголя.
– Тебе какое дело? Ладно, пёс с тобой, её хватит на двоих, можешь присоединиться.
Глухой звук, а затем стон. Из-за заторможенности Мира пропустила момент, когда Теодор ударил Эндрю. Она увидела лишь, как тот схватился за нос. Сквозь его пальцы засочилась кровь. У Миры перехватило дыхание, когда Эндрю замахнулся в ответ. Сдавленный звук нового удара. Теперь кровь струилась по губам Теодора.
Люди с ближайших столиков слетелась на возгорающуюся у барной стойки драку.
– Охрана!
Мира зажмурилась. Казалось, ей крикнули это в самое ухо. Она сжала спинку стула, чтобы хоть немного заземлиться.
Теодор схватил за волосы Эндрю, высоко поднимая ему лицо. Другой рукой сжал его горло. Кто мог знать, что в этих изящных узких ладонях столько силы.
– Я тебе скажу, какое мне дело: я презираю таких, как ты, – прошипел он и отпихнул от себя Эндрю в тот самый момент, когда подоспели трое охранников.
– На выход, петухи! Живо!
Последнее, что слышала Мира, как освобождённый Эндрю кашлял, жадно хватая ртом воздух. От напряжения в ногах она уже дрожала. Но ей снова не дали рухнуть на пол.
– Детка, я так перепугалась! Столько звонков. Что стряслось?
Сдавшись, Мира навалилась всем весом на тело Грейс.
– Чёрт, ты на ногах еле стоишь. Идём скорее отсюда.
Мира с трудом переставляла непослушные стофунтовые стопы. Дорога на улицу занимала вечность.
– Прошу, ещё немного, ещё несколько шагов, – молила Грейс. – Ты чего вообще тут забыла? Тебе нельзя находиться одной в подробных местах.
Наконец, лица коснулась холодная стена свежего воздуха. Мира вдохнула полной грудью и спровоцировала новый приступ головокружения. Закачавшись, она поняла, что снова падает. Но у самой земли её подхватили крепкие руки.
Мира очнулась спустя миг. Теодор придерживал её голову и поясницу. Бережно, точно она ребёнок. Мира дёрнулась, упёрлась руками ему в грудь, толкая её.
– Отпусти меня. Отпусти.
– Эй, ты слышишь?! Отпусти её, – возмутилась Грейс, помогая ей встать.
Мира тут же почувствовала под ногами землю. Но Теодор продолжал держать её за плечи.
– Ты как? – Грейс убрала с её лба прилипшие волосы.
– Нормально. Просто свежий воздух с ног сбил.
– Порядок? Устоишь?
Мира устало тряхнула головой.
– Я же сказала.
– Как ты там оказалась?
– К тебе пришла.
– Что произошло?
– Этот тип ей что-то подсыпал в напиток, – вмешался Теодор.
– С которым ты подрался? Идиот Эндрю такими выходками давно славится.
– Почему это никто не пресёк до сих пор?
– Дружит он, с кем надо. Мира, ты стоишь?
Свежий воздух, который поначалу чуть не вышиб из неё дух, теперь понемногу приводил в чувства.
– Кстати, у тебя губа вся в крови, – сказала Грейс.
– Пустяки, – Теодор даже не попытался вытереть лицо. – Главное, что этому уроду досталось больше. Что будем делать?
– Детка, ты много выпила?
– Нет. Совсем нет.
– Эта хрень уже подействовала. Можно попробовать взбодриться. А можно просто поспать.
– А ещё можно поехать в больницу! – съязвил Теодор. – Что, если этот недоумок переборщил?
– Мы бы заметили. Я знаю, о чём говорю.
Теодор явно был не согласен, но не чувствовал себя вправе настаивать.
– Схожу в машину за водой, – бросил он и двинулся в сторону стоянки.
Мира обняла себя. Порывы ветра после жара клуба пронизывали до костей.
– Это он? – Грейс поняла быстрее, чем задала вопрос. – Тот самый, у кого ты пропадаешь?
– Да.
Вернувшись, Теодор протянул Мире бутылку. Вода оказалась точно живым эликсиром, не такой отравляющей как в стенах клуба. Мира вернула бутылку, только когда опустошила её почти полностью. Поёжившись, она потёрла свои плечи.
– Замёрзла?
– Не нужно, – остановила Мира, не дав Теодору снять с себя пальто. – Моя куртка осталась внутри.
– Забери, – обратился Теодор к Грейс. – Мне туда теперь дорога навсегда закрыта. Я побуду с ней.
– И сумку, – крикнула вслед Грейс Мира.
– И сумку, – повторил Теодор.
Они остались вдвоём. Тусклый фонарь окрашивал территорию в оранжевый цвет. Теодор стоял в тени, его силуэт едва различается. Ладони в карманах, воротник поднят. Мира вздрогнула от очередного порыва ветра, сложила руки на груди. Волосы были сырыми. На висках остывал пот.
«Не хочу, чтобы ты сейчас что-то говорил», – пронеслось у Миры в голове. Но Теодор и не говорил. Он всё же снял с себя пальто и накинул Мире на плечи. Знакомый запах надавил на неё настойчивой, но мягкой стеной. Что-то очень бархатное, знакомое. Не классическое, но и не вульгарное. Теодор немного подержал Миру в кольце рук. Она отвернулась, и он всё понял и отступил.
– Как ты меня нашёл?
– Я поехал за тобой. Подоспел бы раньше, но потерял тебя в этом районе. Потом сообразил, где ты можешь находиться. А затем меня долго не пропускали.
– Почему ты поехал за мной?
– Не хотел оставлять тебя одну.
Его лицо резко изменилось.
– Ты была на взводе и могла попасть в неприятности. И я не ошибся, ты их нашла. Какой чёрт понёс тебя туда одну? Почему ты не дождалась подругу? Тебе объяснить, для чего нужны телефоны?
– Выключи командный тон. Кто ты, чтобы указывать, что мне делать?
Теодор растерянно сделал шаг назад.
– Я не командую, – сказал он неуверенно.
Мира не успела ответить, потому что вернулась Грейс с её вещами.
– Что решили?
– Я хочу домой.
– Ты же на тачке? – спросила Грейс Теодора. – Едем?
Теодор не отводил от Миры глаз. Для него больше ничего не было вокруг. Она не смотрела в ответ, только чувствовала, как в ней почти прожигали взглядом дыру.
– Отвезём Миру? – спросила Грейс снова.
– Конечно, – Теодор вышел из своего транса. – Идёмте.