Чтение онлайн

22

Корсет — тоже оружие

(Ната)

Прежде чем покинуть свою крепость, бросила взгляд в окно гостиной.

У дверей коттеджа беспардонно красовалась дорогущая машина Альпина. Вчера, окутанная густыми вечерними сумерками она казалась малахитовой. Нынче сияла на солнце чистым цветом, напоминающим оттенок морской гляди, пронзенной рассветными лучами.

Большая, вместительная машина удивляла изяществом, даже изысканностью форм. Гордо выйдя из дома, в вызывающем одеянии — корсете поверх свободной шелковой блузы и узких кожаных брюках-стрейч, ненадолго замерла. Надо ж Ледлею оценить великолепие! Сработало! Альпин высунулся из окна машины настолько, что прохожие могли видеть его широкий кожаный ремень, подхватывающий белоснежную шелковую рубаху с кружевным воротом и рукавами. С минуту глаза его жадно бродили по моему телу. Ледяной не сразу взял себя в руки, изобразив на лице благодушную улыбку. Ну хоть не зря ломала себя, напяливая этот ужас! В жизни больше так не выряжусь!

Красноречивый взгляд Гэссы — соседки-чиновницы из городской мэрии, заставил сжать кулаки. Жаль, дуэли отменили, а кулачные драки с участием служителей правопорядка почти всегда расцениваются как незаконное применение силы.

Грациозной походкой спустившись с крыльца своего коттеджа, Гэсса остановилась, элегантно приподняв ножку, будто разглядывая тонюсенькую шпильку черных лодочек. Неторопливо оправила узкий серый пояс на юбке-карандаше, одернула изумительно сидящий на худощавой фигуре пиджак. Рассчитанным движением руки убрала за ухо прядь платиновых волос, забранных в небольшой хвостик. Позировала Альпину, а заодно краем глаза оценивала мое падение.

Несколько мужчин-соседей буквально прилипли к окнам домов, силясь получше меня разглядеть. Так и подмывало крикнуть: «Господа! Пользуйтесь моментом. Невиданное зрелище! Ната в роли вамп-вумен. Только за хлыстом сгоняю… Но тогда уж не обессудьте. Как говорится: „Женщина всегда стремиться быть такой, какой ее хотят видеть“…»

Тем временем молчаливое представление Гэссы подошло к апогею. Тридцатипятилетняя, судя по нашим данным, девица изумленно захлопала накрашенными ресницами, чуть тронула щеку ладонью — при более ощутимом касании штукатурка наверняка шмякнулась бы на пыльную дорогу и пролепетала:

— Ната! Да ты сменила имидж? А кто этот привлекательный ледяной?

Непроизвольно приподняв ногу и коснувшись значка, спрятанного в кармашек высоких кожаных сапог, вместе с компактной версией пистолета, намеревалась ответить нечто подобающее случаю. Вроде: «Не говори слишком громко, косметика с лица осыпется. Пожалей дворника, он тональник час будет отмывать, не говоря уже о водостойкой туши».

Если бы не вмешательство Альпина, жители ближайших особнячков стали бы счастливыми свидетелями истинно женской склоки. То-то удивились бы — какие слова знают благовоспитанные питомцы градоначальства.

— Доброго дня, уважаемая незнакомка, — выясняется, чертов Ледлей одним тоном может охладить не хуже ушата льда. Удостоив Гэссу мимолетным взглядом, ледяной уставился на меня так, что уши начали гореть и продолжил свой блистательный монолог, — А теперь, когда формальные приличия соблюдены, я хотел ограничить общение той, за которой заехал.

Вот так дал! Опустить человека ниже плинтуса, не произнеся ни единого грубого слова! Сразу видно воспитание галантных веков, когда даже оскорбляли языком Шекспира и Байрона.

Я думала Гэсса стечет на ровно выложенную подъездную дорогу своего коттеджа. Чиновница побледнела как полотно и молча засеменила к своему алому спортивному авто с тончайшим цветочным орнаментом на дверцах.

Увы, остроумия Альпина хватило ненадолго. Взгляд его упал на то самое место, которое корсет выставлял в лучшем свете. Немертвый умолк, газанул, подъезжая ко мне поближе, еле-еле избежав столкновения с богатым внедорожником районного прокурора, отжавшего самый большой коттедж на нашей аллее.

Черт! Моя полуобнаженная грудь явно сильно снизила прежде великолепную координацию Ледлея. Надеюсь это разовое явление! В противном случае придется ехать по лесу. Деревья хоть в суд не подадут.

— У меня выходной. И раз уже вынуждена все-таки выйти на работу, оделась буднично, — как бы невзначай заметила я, опускаясь на сидение рядом с ледяным. Сверкнув выскочившими клыками и стряхивая несуществующую пылинку с кожаных штанов, Альпин выдал:

— Так вот как одеваются в вашем подразделении в будни, — типа норовил поддеть.

На себя бы поглядел! В нашем веке так только на Хэллоуин рядятся.

— Слышала, готова экспертиза, — не удостаивая замечание ледяного ответом, проговорила я.

— Да, но микро-анализы на руки не выдают. Данные вскрытия и предварительного изучения одежды забрал еще утром. Едем в участок за остальным?

— Аха, — я лениво протянула ладошку, как бы давая понять, что готова посмотреть на итоги работы судебных медиков.

Альпин вытащил из ящика стандартную оранжевую папку и вложил в мою кисть.

Позволив ледяному вести машину, поглядывая на меня поверх корсета, сама погрузилась в чтение.

Вскрытие ничего не проясняло. Вообще ничего! Но результаты ошеломляли. Ощущала себя так, будто придя на лекцию по электричеству, про суть явления не узнала ничего. Зато увидела кучу молний, плазменные сгустки, диковинных существ, живущих внутри них и прочую чертовщину. То есть поглазеть стоило, но к цели не приблизилась ни на миллиметр.

Вскрытие делал брат Беллера — Энгус. Когда наше подразделение только сформировали, встал вопрос — как оценивать прижизненное и посмертное состояние необычных подопечных. Сверхи не спешили делиться с людьми тайнами собственной физиологии и психологии. Естественно, кое-какие факты бросили — точно кость собаке. Выручили все те же генты. Эти знают об остальных племенах все, ну или почти все. В общем, многие наши судмедэкспрерты их расы. Однако в спорных вопросах, касающихся гентов тоже, к ним присоединяются люди и волки. Оборотни помогают не только как лаборанты, сверхнюх, особая чувствительность к разным веществам делают их незаменимыми при экспресс-тестах.

Вот почему Энгусу ассистировал Верн — вервульф из одной местной стаи. Между прочим, кандидат медицинских наук!

Посмертное исследование показало, что Праллар умер… от внутреннего кровотечения. Вернее умирал… В течение двух суток. Благодаря какому-то редчайшему гентскому эликсиру у принца случился микроинсульт. Энгус описал снадобье как очень сложный и уже почти не применяемый раствор. Прежде нравы его народа мало отличались от обычаев французского двора времен Медичи. Аристократы травили друг друга почем зря, убивая, вводя в кому, лишая разума, личности. Только в отличие от давно смешавшейся с другими расой лягушкоедов, применяли еще и магию. В древности эликсир, следы которого нашли в теле Праллара, использовали для лишения рассудка или частичного затирания памяти. Но при изготовлении зелья с ворожбой что-то напортачили, и оно вызвало у жертвы разрывы сосудов — в мозгу, в животе, в глазах. Благодаря некоторым компонентам отравы убитый не только ничего не почувствовал, но и ощущал себя будто сильно напился. Путанные мысли, галлюционации — меньшее, что должен был испытывать Праллар.

Самое любопытное — гента вообще архи сложно убить. Если бы любой, ну очень мощный сверх, да хоть сам Моррох, долбанул его по голове, в лучшем случае вырубил бы на пару часов. У этой расы живучесть невероятная. Повреждения заживают мгновенно. Могут в этом с ледяными на скорость посоревноваться. Не будь в крови Праллара злополучного эликсира, инсульт исцелился бы без помощи медиков. Но благодаря особым ингредиентам и энергии раствора, регенерация почти остановилась, а кровь не сворачивалась. И вот этот счастливчик в завершении своих злоключений напоролся на кана, если верить обонянию Ледлеев — в лаборатории скажут точнее. Вероятно, людоед показался генту угрозой — кто знает, что творилось в его затуманенном сознании. Скорее всего, пострадавший напал на кана, а тот, защищаясь, сломал отравленному несколько ребер и костей, как следует, долбанув о дерево. Тут-то Праллара проняло. Кровоизлияние отключило мозг. Вероятно, людоед приписал заслугу себе и потому сбежал с места происшествия.