Реванш униженной графини
Шрифт:
Но графа такими претензиями не испугать старый упрямец, раз решил, значит, так и сделает. Завтра же выберет и выкупит себе новую девку на деньги барона.
— Джул, не мели чепуху, моя жена — покойная графиня Августа, а ты дрянь и пустое место, не издевалась бы над моей дочерью, то она бы не сбежала.
— Гад! Мразь! Я тебе отомщу! — пробубнила Джул себе под нос, кинула в поилку для коней факел, и тот зловеще зашипел, конь отшатнулся, но снова припал к воде, с жадностью утоляя жажду.
— Эй, Лукас! Распряги коней! Завтра рано утром мы отправляемся в столицу, карету приготовь! Запряги четвёрку вороных. И надень новый камзол, не позорь меня! За новой госпожой поедем!
Леон прорычал на слугу и медленно, прихрамывая, пошёл в замок, пора съесть кусок жареного мяса и выпить вина. А там и спать. Не успел подняться на высокое крыльцо, как раздался выстрел, потом второй.
Джулия выбежала и громко завопила:
— Королевский егерь убил графа! Помогите! Спасите! Запрягай, Лукас! Мы повезём тело в столицу, пусть короли увидят преступление сами!
— А может, утром? — Лукас спрятал за пазуху пистолеты и перешагнул через тело умирающего Леона. У конюха ужасно ноет ожог на плече, «метка» Джулии, и по темноте в горах скорее с обрыва слетишь, чем доедешь.
— Да и то, правда! Пусть тут лежит, сдохни, гад! А то решил поменять меня, на новую шлюху! Если бы не мой ум, так прозябал бы ты, придурок старый, в пустом замке!
Леон что-то простонал. Но его бросили во дворе, как ненужную вещь.
Джулия приказала нагреть воды, насколько хватило её понятий о красоте и чистоте отмыла себя, зачесала волосы назад. Выбрала старое траурное платье, завтра в таком наряде кажется уместным предстать перед королевой, упасть в ноги и молить о наказании для развратной Элизабет, которая ради любовника посмела не только сбежать от мужа, но и подговорила егеря убить родного отца.
— Вот и посмотрим, кто из нас графиня, а кто сучка подзаборная!
Глядя на себя в зеркало, прошептала довольная женщина. Вылила на себя четверть флакона старых духов и легла спать.
— Госпожа! Госпожа! — ещё темно, но Лукас трясёт «графиню» за плечо, пытаясь разбудить.
— Да что такое! Только уснула! Уже пора?
— Пора-то пора, вот только графа нигде нет! Трое верных слуг пошли искать его.
— Ты что говоришь? Даже убить нормально не в состоянии, промахнулся, косорукий идиот? Найти и добить, а мы собираемся в столицу, как и собирались! И барона буди! Он муж Элизабет, вот пусть требует жену назад.
Джулия вспомнила самое важное! Она же не проверила шкатулку графа в спальне. Деньги барона за молодую жену и украшения, какие ещё не успели продать. Надо скорее всё перепрятать. Как была босая в длинной серой сорочке, побежала в спальню убитого мужа, кинулась к тайнику за картиной. Но там пусто!
— Вот твари, все твари! Ворота закрыть! Всех обыскать! У кого найду деньги — убью на месте!
— Слушаюсь…
Хотел было Лукас исполнить приказ, но неожиданно увидел на полу каплю крови.
— Госпожа, это сам граф! Он, скорее всего, в столицу поехал. Если поспешим, то догоним, заберём деньги, а его добьём!
— И то верно. Карету мне быстро! Барона буди, пусть требует назад свою жену и наследницу, иначе нас выгонят из замка. Кто первый упадёт в ноги королевы, того и правда! И это буду Я!
Трудный выбор Джулии.
1 хитрая
2
3 она не так глупа, как кажется)
Глава 5
ПрЫнц на черном коне?
Рикардо осторожно вошёл в мою спальню до рассвета и очень тихо позвал:
— Госпожа, проснитесь, нам пора ехать. Вот тут нашлась тёплая одежда, правда старая, но сейчас очень холодно. Может одеяло взять?
Он быстро положил на стул моё платье и какой-то камзол, шаль, муфту и тут же отвернулся. Молча встаю, умываться долго, а в комнате холодно, дрожащими руками натягиваю на ноги чулки, сырые ботинки, завязываю шнурки. Платье тоже не успело просохнуть, но делать нечего, надеваю на себя всё, что есть, шаль на голову, потом крест-накрест на груди и узлом на спине, как в старые времена кутали деток. А огромный камзол сверху, так теплее. Всё пахнет сыростью и плесенью, ужасное ощущение, словно я раздела покойника, морщусь, потому что начинает подташнивать. Надеюсь, что на улице этот мерзкий запах выветрится.
— Я готова, — шепчу сиплым голосом. Главное, не разболеться, не думала, что начну мечтать о том периоде, когда после ковида не чувствовала запахи, ох.
— Вот выпейте глоток крепкой травяной настойки, чтобы согреться, будем проходить мимо кухни, возьмём пирог и по дороге съедим. Нам нужно спешить.
— А разве есть какой-то срок? — мы вчера ничего о сроках не говорили, но, может, я что-то забыла.
— Да, есть. Я чувствую, что скоро в горах начнётся снег, и дорога станет опасной.
Он уже ведёт меня по тёмным коридорам замка, мы заглянули на кухню, и Рикардо завернул пирог в полотенце, быстро сложил в сумку, и мы снова бежим. Надеюсь, что это не кража, представляю статью, за какую нас накажут: «В королевском охотничьем замке стащили пирог и наследили грязной обувью! Виновны!»
Но это всё ерунда, ведь я радуюсь, что у меня в сознании перестали загораться флешбэки «чужих» воспоминаний. Замираю на миг, кажется, что на миг, но Рикардо неожиданно хватает меня, поднимет и несёт.
— Вы как уснули, госпожа!
— Нет, я просто вспоминаю, мне кажется, что я вчера, как заново родилась! — немного привираю ему, ведь на самом деле только что поняла, что вспомнила всё так, словно очень быстро просмотрела огромный сериал «Жизнь Элизабет», но наблюдала со стороны. Несладко девочке жилось, тут и босиком бы убежала, это же каким быдлом надо быть, чтобы натравить на дочь собак, заставлять её трудится наравне со слугами мужиками.
Достаю руку из муфты и вижу мозоли, ссадины. В моей настоящей жизни я выгляжу как королева.
Слёзы жалости к Элизабет, и к себе, ведь если короли откажут мне в помощи, то придётся возвращаться в замок. А это ужасная перспектива.
Пока я витала в облаках воспоминаний и жалости к себе, Рикардо посадил меня на коня и накинул на ноги овечью шкуру, сам сел сзади, крепко обнял одной рукой и конь сразу пошёл довольно быстро.
— Держите кусок пирога, там сыр внутри.
— Спасибо! — и я снова пропадаю в прошлом Элизабет. Не очень хорошо ориентируюсь в отрезках времени, что вижу, не могу понять, это было вчера или давно? Но понимаю, что нужно было что-то вспомнить, очень важное. И это не про дурацкую свадьбу с алкашом бароном, которая, к слову, так и не началась, потому что падре напился ранним утром, ни про мачеху и отца-садиста. Не-е-ет! Что же это?