Чтение онлайн

Сайрес пытался сопротивляться и Тьме и своему назначение, потому что понимал, что не было большей глупости, чем назначать его главой кустодиамов. Куда проще было оставить столь важную задачу опытному Витиуму, который и сейчас нормально со всем справлялся, знал все правила и понимал, чего от него ждут. С таким предложением он даже обращался к Амалиэлю и Витиуму, но старец сунул ему под нос Кодекс Кустодиамов, предписывающий назначать главой только верум беллаторов, в воин не в самых лестных выражениях объяснил, что руководить беллаторами вместо него он еще согласен, и так будет правильнее, но вот руководить Заставой – увольте.

Вот так Сайрес, который в свои двадцать один и жизни-то толком не видел, получил общие ее очертания на ближайшие лет сто, а заодно и должность главы бонумов, Заставы и кустодиамов. Вполне вероятно, что со временем, он смог бы свыкнутся с утратой семьи, ведь Колодец Истины забрал большую часть боли, и с Тьмой бы совладал, смирился бы с тем, что ближайшие сто лет он стоит на страже мира и в итоге нашел бы опору внутри себя, а не только снаружи, в лице Витиума и Селены. Все это бы обязательно произошло, если бы у Сайреса было достаточно времени на принятие новой жизни, новых реалий и нового себя. Но времени на принятие совсем не было (хотя его лучшая подруга им теперь вроде как управляла), а обучение его проходило в экстренном режиме на пороге войны. И существовала вероятность (и не хилая такая), что Дарк устранит и Витиума с Амалиэлем, потому оба спешно загружали информацию в мозг Сайреса не просто пачками, а целыми вагонами, которые он даже не успевал «переваривать» и нормально понимать. И потому в голове его царила настоящая мешанина, а обязанности главы кустодиамов смешивались с расписанием дня беллаторов, выдержками из закона по предоставлению вампирам донорской крови и особенностями питания шубников в осенне-зимний период.

Подобная мешанина творилась и в голове Селена. Они с Сайресом стали двумя спасательными кругами беллаторов, на которых возлагали надежду на сохранение мира, вот только эти «круги» не знали, как помочь даже самим себе. Селена все еще училась управлять новыми силами, а Сайрес пытался вместить в занятую Тьмой голову кучу знаний, обуздать жажду убийств и не слететь с катушек, а в перерывах привыкнуть к тому, что он теперь кустодиам и беллаторы отдают ему честь. Все это Сайресу давалось не просто. У Селены хотя бы был Вар, который поддерживал ее и не давал провалиться в пропасть паники, у Сайреса же не было никого. Жена погибла, а Лиза, с которой его так старательно пыталась свести Селена, ее место так и не заняла (а потом тоже погибла). Сайрес начал задумываться о том, что окружающим его женщинам свойственно умирать и отворачивался от улыбающихся ему девушек вовсе не потому, что у него не было времени на свидания (хотя его и правда не было). Хотя Селена старательно пыталась познакомить его со всеми подряд, потому что «ты должен думать не только о том, что потерял, но и о том, что можешь получить, а любовь вообще лучшее лекарство от всех бед». Но Сайрес, как бы сильно того не хотелось Селене, боялся начинать новые отношения, особенно сейчас. Боялся «проклятия» близких к нему женщин. Боялся Тьмы, которая разрушит его отношения или вообще заставит причинить боль близким. Да и вообще того, боялся того, что он теперь кустодиам и понятия не имеет, как у них обстоят дела с девушками и можно ли водить «шуры-муры» будущему главе. А еще боялся того, что разучился ухаживать. Вот такой вот бесстрашный верум в реальной жизни оказался трус.

Одна милая девушка-предиктор улыбалась Сайресу куда шире и теплее, чем остальным кустодиамам, но он так и не решался не то, что позвать ее на свидание, даже улыбнуться в ответ или заговорить. Куда там! Видя пока только издали эту милую брюнетку, которая казалась ему смутно знакомой, он срочно менял направление, заходил в первую попавшуюся дверь и уже попадал в парочку конфузов, когда заперся в женскую раздевалку беллаторов или узнал, чем в обед занимаются технари (как теперь стереть это из памяти?!). Лучше б ему не видеть ни первого, ни второго, но увидеть пришлось лишь потому, что побоялся увидеть проявляющую к нему симпатию девушку. Она же события не торопила и все улыбалась при встрече. Может быть, она была стеснительной или верила в то, что первый шаг должен делать мужчина, а может в своих предсказаниях видела, что Сайрес так себе кавалер или что еще похуже, именно поэтому всегда смотрела на него с улыбочкой.

Но одна дама все же нашла путь к Сайресу. Не столько в его сердце, сколько в его голову, и ежедневно заглядывала к нему на чай. В один из таких визитов заглянул еще и Витиум, который быстро заметил перемены, произошедшие с новым верумом.

– Это ведь уже не Тьма, да? – уточнил он, найдя своего подопечного в углу сжавшимся и обхватившим колени трясущимися руками.

– С-с-с-с-старая з-з-з-знакомая. – стуча зубами прошептал Сайрес. – З-з-знает куда д-д-давить.

Витиум внимательно оглядел ученика и лицо его изменилось.

– И это верум?! Твою ж мать, Сайрес, да ты еще больший сопляк и доходяга, чем Амалиэль. Теперь понятно, почему ты в последние дни начал книжечки почитывать, да бриться перестал. Бороду отращиваешь, чтобы тихонечко в библиотеку свалить?! – воин пнул парня ногой в бок.

Ответом Витиуму был печальных вздох, потому что наставник попал в цель. У Сайреса и правда пробегала подобная мысль, но место среди пыльных фолиантов было занято, а ему стены библиотеки не даровали мнимую безопасность, коей успокаивал себя Амалиэль. Сайреса достали бы и там, он же был единственным верумом и на него все рассчитывали. Библиотека манила его не так сильно, как смерть и полная свобода от свалившихся на него непрошенных обязательств, поэтому если уж и сбегать, то никак не в библиотеку, а куда подальше от Заставы и кустодиамов, туда, где его точно не достанут. За Завесу.

Витиуму не надо было быть предиктором, чтобы узнать тайные желания парня. Но у него имелись свои мысли на этот счет, и он ими тут же поделился:

– Как же вы, слюнтяи, меня задолбали! Один нормально Заставой руководить не мог и дал себе сердце вырвать, лишь бы свалить на покой, второй от библиотечной пыли прется и ходит с таким умным видом, словно мир спасает, хотя тупо просирает дарованный шанс, а третий вдруг вспомнил, что в прошлой жизни у него панические атаки были и решил их себе на помощь призвать в надежде, что выйдет отделаться от своего Предназначения.

Сайрес пристыженно молчал и воин продолжил разнос.

– Смотрите, я трусливая девчонка, меня в верумы нельзя, а уж в руководители и подавно. И вообще, я домой хочу, к мамочке на ручки. – Витиум отлично изобразил напуганную девочку, а потом снова стал серьезным: – Надо будет уточнить, не справляет ли хранитель Пропозитума в волшебный водоворот малую нужду, а то Колодец Истины стал нам в главы каких-то ссыкунов назначать.

Сайресу прилетел очередной пинок под ребра.

– Предупрежу сразу, барышня ты кисейная, ни хрена у тебя не выйдет! Ты станешь не только шикарным верумом, но и лучшим главой, которого когда-либо видели эти стены. А знаешь почему?

– П-п-почему? – Сайрес поднял опущенную голову и заглянув в пылающие яростью глаза нависшего над ним Витиума.

– А потому что у меня тоже есть Предназначение! И оно в том, чтобы превращать кустодиамов в идеальных воинов. Даже таких хлюпиков как ты! – беллатор занес ногу для очередного удара, но Сайрес наконец его опередил и от удара увернулся.

Витиум довольно кивнул и продолжил поучать, чуть смягчив тон:

– Ты думаешь, что мне страх не ведом? Или он не захаживал к Гадриэлю, лучшему из нас? О, нет, моя милая девочка, страх сопровождает нас каждый день. Мы с ним вскакиваем на рассвете и ложимся за полночь, но мы, и только мы, решаем, как его использовать. Дашь ему волю, и он разрушит тебя, превратит в свою марионетку, прячущуюся по углам и шарахающуюся от теней или хуже того, глотающую таблетки, чтобы заглушить тревоги. А если обуздаешь его, то превратишь в топливо, ежедневно толкающее на свершения ради того, чтобы та черная жизнь, что нарисовали тебе страхи, никогда не настала.

– Я не милая девочка. – пробубнил в ответ ученик.

– Все верно, ты не милая девочка! Девочки куда круче тебя, они и детей рожают, и в космос летают, и таких как ты терпят. И их очень даже зря слабым полом зовут, слабости в них нет, они любого мужика уделают. Но рядом с нормальным мужиком женщине сильной быть не надо, рядом с достойным мужчиной сила женщины раскрывается в ее слабости. А тебе до такого вот нормального мужика тебе еще расти и расти. Так что ты барышня, которой нужен защитник. И ты останешься ей до тех пор, пока до тебя не дойдет, что все проблемы живут только в твоей дурной го-ло-ве. – каждый слог воин сопровождал похлопыванием по макушке нерадивого ученика.

Нерадивый ученик даже не пытался прикрыть голову, а терпел нравоучения, сопровождающиеся пинками и ударами.

– Ты выписал своим страхам вид на жительство и поселил в лучших апартаментах, а потом еще и подкармливать начал вместо того, чтобы депортировать и пожизненно запретить въезд. Так что ты, Сайрес, – девочка в розовым платьишке и нюня, которая снова хочет к мамкиной титьке прильнуть. Но я тебе не мамаша, она мертва, так же, как и твой папаша, а еще женушка и нерожденный сынок. И все они, напомню, мертвы благодаря Дарку, которому не составит труда окончательно упокоить и такого хлюпика как ты. Хлюпика, который должен армию возглавлять, а вместо этого слезки льет на полу в ванной как девчонка из ванильной песенки. Но я не мамаша, милочка, я твой командир, так что отрывай свой костлявый зад от пола, умывай свою зареванную и сопливую рожу, заплетай косички и топай на тренировку. Может ты и считаешь, что решишь все проблемы по примеру Мишани просто сдохнув, такой фокус у тебя не прокатит. Я тебя и с того света достану и на тренировку притащу! И пока не докажешь мне, что меч Михаила в твоих руках засветился не потому, что на него солнышко попало, из тренировочного зала не выйдешь!