Чтение онлайн

Фанат Рэвин: «Рэвин, в твоих интересах не игнорировать мою просьбу. Нам нужно встретиться, в самое ближайшее время. Я найду тебя, если понадобится. Исполнение моей просьбы изменит всю твою жизнь. Пожалуйста, ответь мне и сообщи, когда мы сможем встретиться, чтобы обсудить написание картины для меня».

Спиной вжимаюсь в кресло, и меня пробирает дрожь. Я пока не готова уезжать.

Последние два дня я пряталась… обдумывая стратегию побега. На этот раз никто не будет знать, где я. Я успела написать несколько полотен для аукциона, но после него… я уеду отсюда.

Мой телефон звонит, когда я достаю бутылку вина из холодильника. Паника пронзает меня изнутри, пока я не понимаю, что это Энди.

– Чем ты там занимаешься, отшельница? Я выхожу, давай переодевайся в одежду для бега и встречаемся в «Пожарной части».

Его голос звучит чересчур бодро и не соответствует моему настроению.

Пытаюсь придать себе видимость невозмутимости.

– Одежду для бега? А что, нам нужно пробежаться по каким-то делам?

– Теперь ты у нас юмористка? Ха-ха. Ты обещала, что будешь бегать со мной, так что пора исправляться.

Он не может увидеть, как я прищуриваюсь, но я все равно это делаю.

– Забавно, а я вот не помню никакого обещания.

– Брось. Я не буду тебя слишком нагружать. И вообще, я соскучился.

К несчастью, я тоже скучаю по нему.

– Энди, я не бегаю… даже трусцой. Может, вместо этого позанимаемся зумбой?

– Ну уж нет, красотка. Ты хотела привести себя в форму, так что одевайся и тащи сюда свою задницу. Жду тебя через пятнадцать минут.

Смотрю на бутылку вина в своей руке. Бег или вино? Выбор очевиден, но я уступаю.

– Ладно, скоро буду.

Жалею, что ответила на звонок, еще до того, как завязала шнурки.

– О чем я только думала, Хизер?

По ощущениям воздух на коже теплый и сухой. Я запыхалась еще на спуске с холма к озеру. Энди уже ждет на улице, когда я подхожу к «Пожарной части». Его губы растянуты в широкую улыбку, обнажая идеальные белые зубы и демонстрируя глубокие ямочки.

– Кто бы мог подумать, она на самом деле явилась, - смеется он.
– Я уж было решил, что ты придумаешь какую-нибудь отстойную отмазку, вроде того, что ты подвернула лодыжку.

«И почему я сама до этого не додумалась?»

Я закатываю глаза.

– Хоть ты и тиран, но ты не пугаешь меня. Я просто решила попробовать.

И это не ложь, по сравнению с Нэйтом, Энди- словно щенок золотистого ретривера.

– Хорошо, тогда давай сделаем это.

Он похлопывает меня по руке, прежде чем перейти улицу к тротуару, огибающему озеро.

Я следую за ним, потирая бицепс под его оценивающим взглядом. Он останавливается у металлической скамейки в парке и поджимает ногу, чтобы размяться. Я понятия не имею, что делать, поэтому просто следую его примеру.

Смотрю на него, пока делаю наклоны в сторону.

– Как часто ты этим занимаешься?

– Я стараюсь бегать еженощно, после того как заканчиваю работу.

– Ночью? Что, прям глубокой ночью? Разве это не опасно?

Он усмехается.

– Возможно, но страх быть сбитым пьяным водителем или же быть убитым творит чудеса с моим кардио.

– Это не смешно!- ругаю я его.

– Извини…ты готова?

– Нет, но давай уже сделаем это, пока я не передумала, - отвечаю, будучи готовой к тотальному унижению.

Энди начинает не спеша, но его темп нарастает по мере того, как мой замедляется. Пот выступает у меня на лбу и стекает по спине. Ровно через одну минуту и тринадцать секунд я начинаю задыхаться. Легкие горят. Ноги подкашиваются под тяжестью моего тела. Я почти уверена, что кости в теле рассохлись. Сгибаюсь и упираюсь ладонями в бедра, чтобы не потерять сознание.

Энди оборачивается, когда замечает, что я отстала, и бежит обратно ко мне. Он останавливается передо мной, продолжая бег на месте. А мне хочется стереть с его лица лукавую ухмылку.

– Ты правда занимаешься этим каждый день?- пыхчу я.

– Стараюсь, - смеется он.

Качаю головой, но от этого все начинает кружиться.

– Больше десяти минут в день? Зачем вообще кому-либо подвергать себя этой пытке?

Выражение его лица меняется.

– Чтобы стать сильнее, нужно бросить себе вызов и пройти через боль. Давай соберись, в шести кварталах отсюда есть небольшой магазинчик. Мы остановимся там и сделаем перерыв. Сделай это, маленькая птичка.

Кислород наполняет мои легкие, и я распрямляюсь.

– Еще шесть кварталов?

– Еще шесть, - подтверждает он с улыбкой.

Тяжело выдыхаю.

– Ладно.

Энди снова срывается с места, но в этот раз его темп более медленный. Каждый квартал кажется мне огромным расстоянием, поскольку я испытываю ощущение, будто лезвие ножа вонзается мне прямо под ребра. Опустошенные легкие жалобно хрипят, но я фиксирую свое внимание на вывеске «Круг К» впереди. Я справлюсь.

Еще два квартала остаются позади, и что-то во мне меняется. Мои ноги становятся единым целым с землей, отбивая ритм, совпадающий с моим пульсом. Весь мой страх…вся моя тьма…остается за спиной, подобно густому черному туману. Я оставляю темную тучу своей жизни за плечами.

Вот на что это похоже - преодолевать боль. Мне знакомо это чувство. Понимаю это ощущение покоя. Когда я пыталась отвлечься от боли во время избиений, мой разум концентрировался на дыхании. Пока я продолжала дышать, я знала, что жива и смогу бороться еще хоть один день. Сейчас все происходит точно так же. Мой разум опустошен, и я сосредоточиваюсь на каждом вдохе, так, словно он может быть последним. Я больше не цепляюсь за боль. Энди прав, это действительно освобождает.

Прежде чем я успеваю подумать, сколько еще нам осталось, мы оказываемся у нужного магазина. Энди сворачивает на парковку, а я остаюсь на тротуаре, минуя оба входа. Его брови сходятся над загорелым носом, когда он присоединяется ко мне. Он не говорит ни слова, когда проходит мимо, но оглядывается и улыбается.

Я не знаю, как далеко мы еще побежим, прежде чем пересечем парк на берегу озера и вернемся обратно в город, но наверняка достаточно далеко, чтобы я была готова остановиться у еще одного магазина, как в этот раз. Энди идет внутрь, пока я пытаюсь восстановить запасы кислорода, которые потеряла по пути. Он протягивает мне бутылку воды, когда возвращается.

Пытаюсь выглядеть крутой, откручивая крышку, но, в конце концов, отдаю бутылку обратно ему.

– Я не могу ее открыть.

Он смеется.