Чтение онлайн

Женя хотела сегодня встретиться со своей подругой, однокурсницей и свидетельницей, но той не оказалось дома, а Риткина бабушка сказала ей, что та встречается сегодня с мальчиком в парке Горького.

С каким ещё мальчиком? — в растерянности думала Женя, положив трубку. — Откуда у Ритки мальчик вдруг нарисовался?

Устав теряться в догадках, Женя набрала другую их однокурсницу, Леру.

— Привет, Лерусик, — поздоровалась с подругой Женя. — Не знаешь, случайно, что за мальчик у Ритки появился?

— Как же не знаю, — озорно хохотнула та. — Странно только, что ты не знаешь! Сама же его и прислала! Это друг твоего Кости, насчёт выкупа невесты приехал поговорить.

— Как? — потрясённо переспросила Женя.

— Вот так! Он её как увидел, так сразу и вцепился, — продолжала веселиться Лера и хотела ещё что-то сказать, но у Жени голова закружилась и в ушах зазвенело от ужаса. Она извинилась, сказала, что надо бежать и свернула разговор.

Как же так?! Что теперь делать? У этого гада Пашки жена беременна, а он в Ритку вцепился. Что же теперь будет?! Надо же её предупредить… Или не надо? Но как тогда с его женой встречаться? Как в глаза ей смотреть? А вдруг и Костя такой же? Говорят же, вроде, что похожее тянется к похожему? И он тоже гулять будет? И какую-нибудь заразу ей принесет?

Женя так разнервничалась и распаниковалась, что разревелась и стукнула кулаком о подоконник с досадой и отчаянием.

Вернулись домой с женой не очень поздно и остаток воскресного вечера провели вдвоём. Галия собиралась на море. Предвкушая скорую поездку, выложила на кровать всю одежду, что хотела бы взять с собой, а рядом на полу расставила и обувь. Глядя на все это имущество, предложил ей складывать всё сразу в чемоданы и смотреть, помещается или не помещается.

У бабушки же с Трофимом ещё будет, как минимум, чемодан, у Родьки чемодан. Два чемодана наших, правда, они на колёсах. Можно дать их везти Родьке и Трофиму. А я потащу бабушкин и Родькин. Мне мышцы качать полезно…

У Галии в чемоданы уместилась только часть вещей. Предложил ей пересмотреть, всё ли обязательно с собой везти, но если всё же нужно, то пообещал привезти ещё рюкзак из деревни.

Москва. Квартира прокурора Томилина.

Марина Геннадьевна заметила, что у дочери вид болезненный и, присмотревшись внимательнее, она поняла, что она недавно плакала.

— Женя, что случилось? — требовательно спросила мать.

— Ничего, — спрятала та глаза.

— С Костей поругались?

— Нет.

— Так, иди сюда, рассказывай, девочка моя.

— Костин свидетель за моей Риткой приударил. А он женат! И у него жена беременная.

— Ничего себе, — растерянно плюхнулась на табурет Марина Геннадьевна.

— Да! И что мне теперь делать?! — опять начала всхлипывать Женя.

— Ничего, — резко ответила мать. — Доченька, это не твое дело. Кто, где, с кем… Они все взрослые люди, сами разберутся.

— Но, разве, так можно? — удивилась Женя.

— Можно и нужно, — тяжело вздохнув, ответила ей мать. — А вмешаешься, ещё и виноватой останешься. За своим мужем надо смотреть, а чужие — не твоя забота.

— Но как можно об этом молчать? — сопротивлялась Женя.

— Доченька, если Рита придёт к тебе и спросит: что за парень этот Костин друг? Вот, тогда ты всё и расскажешь, как будто не знаешь ничего об их отношениях.

— А может, Лерке сказать, чтобы она Ритке передала?

— Это уже какие-то сплетни получатся, — с сомнением ответила Марина Геннадьевна.

— Но что тогда делать?

— Ждать. Всё, так или иначе, само решится. Если Рита умная девушка, она не станет кидаться в омут с головой.

— А если кинется?

— Доченька, если кинется, то и тебя слушать не станет. Только подругу потеряешь.

Женя шмыгнув носом, согласно кивнула головой.

Святославль. Квартира Якубовых.

Марат пришёл домой с вокзала рано с утра. Благо идти недалеко. Родители ещё спали, но проснулись, когда он в дом вошёл. Сразу вышли из своей спальни, обступили обрадованно.

— Докладывай, — шутливо потребовал отец, обнимая сына.

— Здорово все прошло! Мои два призовых места взяли! — улыбаясь, заявил Марат и пошёл в ванную приводить себя в порядок перед работой.

— А у сестры как дела? — обеспокоенно спросила мать, стоя под дверью.

— Тоже всё отлично!

— Как ей мои подарки? Глянулись?

— Вроде нормально, довольна. Так она же сама тебе сразу и звонила!

Мать оставила его в покое и пошла готовить завтрак.

Вскоре они все вместе сидели за столом, и Марат начал оживлённо пересказывать впечатления Галии от кремлёвской поликлиники, куда её Паша прикрепил.

— Как он умудрился-то? — спросил пораженный отец.

— Не поверишь, он в Кремль на работу устроился, — улыбаясь, ответил Марат. — У него такое удостоверение солидное, вы бы видели! Такой муж сестрёнке достался! Это что-то с чем-то. Помяните мое слово: скоро по телевизору его увидим!

Загит удивился еще сильнее, и тут же покосился насмешливо на жену. Мол, ну и что там плела твоя гадалка, что Пашка Галие не подходит? Та тоже удивилась, но сейчас, конечно, сделала вид, что ничего особенного и не произошло.

— Он Галию куда-то на работу устроил, — продолжал докладывать Марат, — в ГСК впихнул, будет гараж строить. На машине его проехался, ну классная! С виду «Победа», а на самом деле новенькая иномарка дизельная, представляешь? — посмотрел Марат на отца. — Я решил тоже в Москву перебираться, — заявил он вдруг. — Никогда таких возможностей в нашем городке не будет, что есть в Москве. Вон как Пашка развернулся! А и года не прошло, как уехал.

Москва. Камвольная фабрика на реке Яуза.

— Ну, сколько вас в наличии? — оглядывал выстроившихся студентов главный инженер Воздвиженский. — Четырнадцать парней и восемь девчат. Отлично. Сегодня мы с вами будем разбирать на кирпичи вот эти два строения. Разбирать будем аккуратно, отбивая по швам, а не по кирпичам. Понятно?

— Понятно! — отозвался разноголосый хор.

— Вот и отлично! Разбирай инструмент!

Студенты с гиканьем бросились к ящикам с кирками и молотками.

— Девчата! Зачем вам молотки? — тут же закричал Воздвиженский. — Вы отколотые кирпичи в стопки складывайте! Да много не хватайте за раз, а то надорветесь! Не больше четырех кирпичей!