Чтение онлайн

— Да нет, правда, занимается.

— А как Фирдаус к этому относится?

— Нормально. Я её сам на машине привожу, до квартиры провожаю. С рук на руки сдаю…

— Даже так? То есть, он не против?

— Ну, мне, во всяком случае, ничего не говорит.

— Надо же… Тебе нужен совет по твоим отношениям с Аишей?

— Нужен… Если только опять не будешь отговаривать с ней встречаться.

— Да я не отговаривал, я предупреждал о подводных камнях. Ты же когда с самолета в десанте прыгал, кто-то, наверное, перед прыжком, говорил вам, что мол, осторожнее, ветер сильный, или влево не летите, там скалы? Так я чисто в этой роли и выступал. Ладно, вот тебе совет. Если ты хочешь повысить свои шансы на союз с Аишей, тебе надо показать её родственникам, что ты готов на какие-то серьёзные шаги…

— Какие? — тут же заинтересовался Марат.

— Ну, к примеру, на то, что их точно впечатлит… Начни арабский учить… Серьезнее некуда.

— Арабский язык? — озадаченно посмотрел на меня шурин и я пихнул его локтем, потому что мы чуть не проехали въезд в гаражи. — А как его учить?

— Да есть же курсы. У меня сестра занимается, её Фирдаус устроил, по-моему, они при посольстве Ливана. Кроме того, у тебя носитель языка рядом. Проси Аишу учить тебя словам, а потом и разговаривать с тобой на арабском, когда достаточно слов выучишь. В дополнение к курсам постоянная практика может очень хороший результат дать. Ну и дополнительная тема для общения с девушкой никогда не помешает.

— Я понял, — оживился Марат. — Спасибо, так и сделаю.

Интересно, будет ли он мне все еще благодарен, когда начнет изучать арабский? Не самый простой язык, мягко говоря. Но я понятия не имею, как у него дело пойдет. По-разному бывает. Мотивация, бывает, способна горы свернуть!

Вдвоём мы быстро загрузили мою машину. В деревне есть кому помочь разгрузить.

— Слушай, может тебе, когда на свадьбу поедете, и с нее возвращаться будете, помочь на моем «Вартбурге»? А то если ты за рулем, так и выпить не сможешь. А на свадьбе бабули — это нехорошо, — спросил меня Марат.

Я задумался. Приятное предложение, даже не ожидал. Но… Пить все равно не буду. Не доверю я Марату везти моих сыновей и Галию с его небольшим стажем. У меня-то стаж огромный, хоть он и не знает, и к машине я уже своей новой вполне привык.

— Спасибо, брат! — похлопал я его по плечу. — Давай так — мы просчитаем все, кто, кого и куда везет, и если нужна будет помощь, то я к тебе завтра вечером подскочу в общежитие.

— Хорошо! Где моя комната — знаешь.

Мы попрощались и разъехались в разные стороны.

В деревне меня не ждали, но очень обрадовались. Трофим с Егорычем разгрузили стиралку, а вешалку я сам лично принёс и торжественно поставил в свободный угол под восхищенные возгласы бабушек.

— Паш, останешься? — спросила бабушка.

— Только пирожков поесть, — улыбнулся я.

За чаем рассказал, что сегодня мне вручили ордер на соседнюю квартиру и согласованную перепланировку.

— Теперь Грише и Родьке не надо будет на улицу выходить, чтобы к вам попасть. На одной лестничной клетке квартиры, — радовался Егорыч.

— Нет, нам двери в разные подъезды ни к чему, мы в шпионов играть не планируем! — рассмеялся я. — Я уже перепланировку прикинул, там шкаф поставлю с раздвижными дверьми.

— Что за такие раздвижные двери? — удивился Егорыч.

— Да как в поезде дверь в купе на колёсиках, так такие же двери в шкафу сделаю. Удобно!

Но я, конечно, все же не буду лишать себя возможности пользоваться второй дверью. Намертво забивать ее не буду. Да, шкаф там будет, но с возможностью легко снять заднюю стенку и выйти через дверь на площадку. Кто его знает, как оно все в жизни повернется, возможность за несколько минут воспользоваться другим подъездом все же может пригодиться. Да хоть даже в случае пожара…

Долго засиживаться не стал.

— Во сколько у вас роспись? — спросил я, собираясь домой.

— В одиннадцать всем уже надо быть в сельсовете, — ответил Трофим.

— Приезжайте пораньше, — попросила бабушка, заворачивая пирожки в два отдельных свёртка. — Вам и Грише с Родькой.

— Понял, — кивнул я. — А потом какие планы?

— Потом у нас в клубе сабантуй будет, — ответила Никифоровна, — с концертом и танцами.

— Эх, молодцы! — улыбнулся я. — Ну, тогда до субботы, — попрощался я и обнял всех на прощанье.

Как же у них уютно, спокойно, прямо, уезжать не хочется.

В пятницу с утра предложил жене посмотреть временную квартиру, оценить, что там есть, а что нужно брать с собой во время переезда. Ирина Леонидовна охотно согласилась пожить в высотке на Котельнической, тем более, я пообещал ей надбавить сорок рублей к оплате за работу вне родного дома. Они с Загитом отпустили нас с Галиёй на разведку. Жена настояла на том, чтобы не ехать на машине — сказала, что хочется побольше пешком походить.

Только вышли из дому, как она меня спросила:

— А зачем ты вызвался вместе с Ксюшей в ресторан пойти на встречу с этим Сосо?

— Ну, она же твоя подруга, решил, что надо присмотреть за тем, чтобы ее обижать не начали. Впрочем, если хочешь, можешь вместо меня пойти сегодня…

— Нет! Там столько всего вкусного будет, что мне нельзя, а я не удержусь, и опять у малых будет животики крутить! — поспешно сказала Галия.

Ну вот — если правильно все подать, то никто уже и не пыхтит, с какой это бабой я в ресторан собрался… Я показал жене, что мне плевать на этот поход, а она сама не хочет идти, побаивается, что не сможет защитить Ксюшу так хорошо в переговорах, как я умею, и подведет подругу. И так уже считает, что подвела, случайно познакомив с Рамазом.

Доехали до метро «Таганская», а там минут пятнадцать пришлось идти пешком. Корпус «А», это, как раз тот, что со шпилем. Консьерж, явно, из отставников, потребовал сообщить, куда мы направляемся. Показал ему удостоверение и ключи, попросил запомнить и мою жену, сказав, что мы теперь тут поживем несколько недель. Все его удовлетворило, но проводил он нас цепким взглядом. Прошли с женой в красивый парадный холл, знакомый по фильму «Москва слезам не верит». Все четыре лифта оказались обычными, маленькими, как у нас дома.

— Неожиданно, — озадаченно проговорил я. — Как же они мебель на тридцатый этаж таскают?

Предложенная нам квартира на двадцатом этаже оказалась двухкомнатной. Очень большие комнаты, одна так вообще метров двадцать пять квадратных. Отделка, по советским меркам, дорогая, но, с точки зрения двадцать первого века, на троечку. Потолки высокие, похоже, что метра три с половиной. Кухня маленькая по меркам будущих лет для элитного жилья, восемь метров, но сейчас это очень хорошо считается. Туалет и ванная просторные, вполне и по меркам будущего. Паркет уже рассохся, у нас дома и то приличнее выглядит. Люк мусоропровода оказался заварен.