Чтение онлайн

— Чуть не забыл про контрамарки, — объяснил он мне.

А я сам про них уже забыл.

Вернувшись домой, первым делом перекусил, а потом через второй КПП, как Гриша выразился, вышел во второй подъезд и поднялся на пятый этаж к Мартину с просьбой передать сегодня контрамарки Марату для родителей Аиши. Пусть полным горлом наедаются нашей специфики. Интересно, у них в Ливане есть аналог нашего цыганского искусства? Чтобы вот так, с поддержкой государства и своим серьёзным театром?

К семи поехал на собрание. Как, всё-таки, хорошо, когда метро в пешей доступности. Бежать за машиной в гараж нет никакого желания! Стояла бы она под окнами, это одно. А вот так терять драгоценное время…

Собирались коллеги все постепенно. Мы с Сатчаном успели о своих делах поговорить.

— Мать с отчимом в кооператив вступили, — поделился я новостями. — Квартира после запойного жильца, в ужасном состоянии. Нужно будет ремонт делать. Можно будет на их долю через твоего тестя плитку завести? Или мне Фирдауса просить пару чемоданов каждую поездку затаскивать?

— Узнаю… Ладно? — смущённо посмотрел он на меня.

Москва.

Глядя на ребят из своей бригады, Алексей Сандалов подумал, что уже привык работать с ними. Они уже без слов понимают друг друга, не делают лишних движений и работают на автомате. Алексей представил себе, как ему придётся минимум полгода следить за каждым новичком, мучиться беспокойством в те дни, когда он работает в Верховном Совете, чтобы его новые подопечные что-то не перепутали и не испортили. А зная себя, Алексей был уверен, что он будет именно мучиться и даже спать спокойно не сможет… И еще… ему будет немного стыдно, что сам он только раздает указания, но не работает. А если вдруг кто-то из новичков его прямо в этом укорит? Стыда не оберешься!

И тут ему в голову пришла мысль… Ведь Ираклий сейчас все еще в паршивом состоянии после своих тяжёлых травм. А опыта у него полно после лета и осени на стройке. Тем более, Ираклию физические нагрузки ещё не скоро станут доступны, а деньги ему наверняка будут не лишние. С дядей он поругался, теперь ему нужно рассчитывать только на себя. Наверное, по-товарищески будет правильнее ему предложить возглавить вторую бригаду. Тем более, ему-то точно никто не выскажет претензий, что он сам не работает… Он и ходит еще, как старик…

Алексей испытал явное облегчение.

Конечно! Так и надо поступить! — решил он. — Это будет справедливо по отношению к другу и вряд ли кто-то из наших станет возражать…

Святославль.

Ивану пришлось придумать расстройство желудка для начальства, чтобы отпроситься со службы, когда ему сегодня позвонил Шанцев и сообщил, что Герман Либкинд уехал с Вагановичем на целый день в Брянск…

Отлично, подумал Иван и, ничуть не скрываясь, спокойно и уверенно, открыл отмычкой замок в квартиру Вагановичей. Он готов был опять напугать случайных свидетелей, помахав перед ними удостоверением, но, к счастью, таковых не оказалось. Так что он быстро справился с замком и оказался в чужой квартире.

Осмотревшись он прошёлся по комнатам и заглянул на кухню. Взгляду не за что было зацепиться. Обычная квартира.

Придётся обыскивать всё подряд, — подумал Иван и начал с книжного шкафа. Он перетряс каждую книгу, но безрезультатно. Перебрал на полках в платяном шкафу все простыни и наволочки. Проверил карманы одежды на вешалках. Нашёл двести рублей во внутреннем кармане мужского пиджака и сберкнижку на имя жены Вагановича, на которой лежало чуть больше семисот рублей. Ничего из этого Иван трогать не стал. Не за тем он сюда пришёл!

Это всё не то! — думал он, прощупывая матрасы на кроватях.

Он обшарил всё на шкафах и стенке. Вышел на кухню и проверил все коробки и банки с сыпучими продуктами. Заглянул в воздуховоды — ничего… Разобрал бачок в туалете, пошарил под ванной и опять — мимо.

Осмотрел полы в поисках тайника, простучал стены. И тут ничего…

Он разочарованно сел в прихожей на кушетке рядом с телефоном и обратил внимание, что тот неровно стоит. Поправив его на автомате, он заметил, что под кружевной салфеткой что-то лежит, поэтому и телефонный аппарат стоит криво. Это оказалась сберкнижка на предъявителя с четырьмя тысячами рублей.

— Хочешь получше спрятать, положи на самом видном месте, — усмехнулся Иван. — Это же надо было додуматься, спрятать сберкнижку в прихожей под салфеткой! Четыре тысячи, конечно, серьезная сумма… Но не для птицы такого полета! — с досадой подумал Иван, сунув сберкнижку на место и поправив салфетку, как было. Шанцев смеяться будет, если он ему сберкнижку на такую сумму принесет…

Прошелся по квартире, внимательно просматривая все, на что мог не обратить внимания. Время шло, а толку от обыска не было никакого. Надо было уже закругляться, за окном стало стремительно темнеть, скоро без фонарика ничего не увидишь…

Иван вернулся в кухню и, опершись на холодильник, задумался, что делать дальше? На холодильнике лежали разнообразные квитанции, за свет, за квартиру… Иван поворошил их, вдруг под ними ещё одна книжка на предъявителя лежит? Но нет, конечно.

Это было бы слишком просто, — подумал Иван и вдруг обратил внимание на одну из квитанций за свет. Адрес, который был на ней указан, был не квартирный, а частного дома. Улица Ленина, а номер дома незнакомый, он не числился среди имущества Вагановичей.

— Так! — обрадовался Иван. — Это что тут у нас такое!?

Запомнив номер дома, Иван сгрёб квитанции в хаотичном порядке и придал куче примерно тот же вид, что и был. Оглядевшись, он убедился, что не оставил после себя явных признаков обыска. На мелкие незначительные детали люди обычно не обращают внимания, особенно, когда живут не одни. Как понять, что это не твоя вторая половинка что-то переложила, пока тебя дома не было? И даже после явных ограблений ещё много времени люди обнаруживают пропажи, только хватившись какой-то конкретной вещи в тот момент, когда она в кои-то веки понадобилась.

Правда, закрывать замок на два оборота, как было, Иван не стал. Ограничился одним оборотом. Это тоже никого не насторожит. Зачем рисковать, ковыряясь лишнее время в чужом замке на виду у всего подъезда?

Москва. Оздоровительный комплекс завода «Полёт».

— Ну что, товарищи, все собрались? — спросил Захаров. — Начинаем?

— Я уже здесь! — послышался из раздевалки голос Ригалёва.

— Штрафная! — крикнули ему в ответ, но, когда он вошёл с промасленным свёртком на вытянутой руке, все с любопытством умолкли в ожидании, что же он принёс.