Чтение онлайн

– Капитан не англичанин - шотландец, и он сказать, что большой ошибка брать тех, кто предлагать много деньги за место на корабль.

– Что ты имеешь в виду под большой ошибкой?
– спросил Дрого. Маниу говорил, мешая английские слова с козанскими, и его было трудно понять. Да, видно, Маниу и сам толком не разобрался в действиях капитана.

– Что говорил капитан?
– попытался выяснить Дрого.

– Он сказать один человек, что не любит иностранец.

Дрого почувствовал, что замаячила надежда.

– Он еще говорил что-нибудь?

– Он сказать одна дама, очень красивый, что не брать женщин, много морока.

– Она была одна?

– Да, сэр. Никакой мужчина рядом.

Несколько минут Дрого молчал. Потом он заговорил:

– Я пойду к этому шотландцу и поговорю с ним. Надеюсь, что смогу убедить его взять принцессу и меня на борт.

– Вы говорить тот же самый язык - может быть, это помогать, - просто сказал Маниу.

– Иду немедленно, - решил Дрого.
– Присмотри за принцессой. Скажи ей, что я скоро вернусь.

Он заметил на стуле свою каракулевую шапочку, которую надевал во дворец, и нахлобучил ее на голову. В этой шапке и в грубой, ветхой одежде он выглядел слишком непрезентабельно, чтобы привлечь на улице чье-то внимание.

Заставив Маниу точно объяснить, где было пришвартовано судно, Дрого выскользнул из дома и быстро зашагал по направлению к гавани.

Он старался не бежать, опасаясь вызвать подозрения, но ноги сами несли его. Замечая идущего ему навстречу прохожего, он сбавлял шаг и притворялся подвыпившим. Следуя указаниям Маниу, он шел по самым безлюдным улицам, особенно избегая торговых, где продолжался грабеж магазинов и купеческих домов.

До гавани Дрого добирался почти полчаса. Выйдя на пристань, он вспомнил слова Маниу о том, что большинство кораблей покидает порт. Почти все причалы были пусты, осталось только несколько русских судов. И в самом конце одного из причалов еще одно, грузовое, судно. Краска на нем облупилась, и выглядело оно весьма обшарпанным. Но, к удивлению Дрого, над ним развевался английский флаг.

Медленно, опасаясь слежки, Дрого направился к нему и, подойдя ближе, увидел на причале гору бревен, которые грузили на борт. Ему показалось, что это красное дерево, которое, он знал, растет в южных районах России и, вполне вероятно, в Козане.

Грузчики были явно не английского происхождения. Среди них он заметил нескольких негров.

На палубе стоял человек в потрепанной морской фуражке, с огромной рыжей бородой, в которой поблескивала седина. Капитан, догадался Дрого. Моряк был могучего телосложения, с широкими плечами и мускулистыми руками, которые увенчивали мощные кисти. Дрого подумал, что в драке капитан мог прихлопнуть противника как муху.

Широко расставив ноги, капитан почти кричал на маленького темноволосого человека, в котором Дрого угадал грека.

– Меня не интересует, - доносилось до Дрого, - один корабль остался или пятьдесят! Я не беру вас на борт, и это мое последнее слово!

Грек продолжал заискивающе уговаривать капитана и, видимо, увеличил размер обещанного вознаграждения.

– Можете спрятать свои деньги, черт бы вас побрал! Убирайтесь с моего корабля, или я вышвырну вас вон!

Капитан повернулся на каблуках и ушел прочь. А грек с выражением отчаяния на лице начал спускаться по трапу. Когда он сошел вниз, Дрого обратился к нему по-гречески:

– Мне жаль, что я не могу вам ничем помочь. Но не будете ли вы так любезны назвать мне имя капитана, с которым только что разговаривали.

– Капитана зовут Мак-Кей, - нехотя отозвался грек.
– Но мне кажется, сударь, что соваться на этот проклятый корабль бесполезно.

Продолжая чертыхаться, он ушел, а Дрого поднялся по трапу.

К тому времени капитан Мак-Кей обрушился с бранью уже на погрузчиков дерева, требуя, чтобы они пошевеливались, иначе корабль никогда не покинет гавань. Дрого подождал, пока капитан закончит свою тираду проникновенными обещаниями той неизбежной кары, что последует в случае невыполнения его приказа. И наконец отважился подойти к грозному морскому волку.

– Приветствую вас, капитан Мак-Кей, - сказал Дрого, имитируя легкий шотландский акцент.

– Кто вы такой и что вам надо?
– свирепо отозвался капитан.

– Как шотландец шотландца прошу вас о помощи, - ответил Дрого.

– Шотландец?
– подозрительно переспросил капитан.

– Моя мать в девичестве была Мак-Кей, - ответил Дрого, - ее именем я прошу вас выслушать меня.

Наступила пауза, Дрого знал, что в душе капитана происходит борьба - то ли выставить его с корабля, как грека, то ли послушать, что он скажет. Наконец тот принял решение.

– Вы сказали, что ваша мать была Мак-Кей. Я бы хотел знать, откуда она родом.

– Мак-Кей живут по всему свету, - ответил Дрого.
– Моя мать жила в Тонге, который, как вы знаете, находится в Сазерленде, пока не вышла замуж за моего отца.

Капитан испытующе взглянул на Дрого и протянул ему руку.

– Я сам из Тонга, - сказал он почти дружелюбно.
– Рад приветствовать своего соотечественника в этой богом проклятой стране.

– А я рад, что встретил вас, - отозвался Дрого.

– Какую помощь вы ждете от меня?
– спросил капитан. Дружелюбие в его голосе снова начало заметно убывать.

– Мы где-нибудь можем поговорить с глазу на глаз?
– спросил Дрого.
– У здешних инсургентов длинные уши!

Всем своим видом демонстрируя явное недовольство, капитан зашагал вдоль палубы. Дрого последовал за ним. Когда Мак-Кей остановился, он осторожно огляделся по сторонам и сказал:

– Я уверен, что могу положиться на вас. Дело заключается в том, что я должен немедленно вернуться в Англию или добраться до страны, где есть английское посольство. Это очень важно.

Дрого говорил твердо и властно, будучи уверенным, что на капитана это произведет соответствующее впечатление. Затем, заметив, как капитан разглядывает его непрезентабельное одеяние, он, приглушив голос, пояснил:

– Это маскарад. Русские начали преследовать меня давно, задолго до моего прибытия в Козан.

Дрого знал, что, доверившись капитану, он сильно рискует. Ведь тот может не только не проявить гостеприимства, но и нанести ему непоправимый вред.

Капитан смерил Дрого суровым взглядом.