Чтение онлайн

– Но я ещё не прочитал письмо Николая. Он действительно обещал вам отдать это кольцо? Может быть, позвонить ему?

– Да, обещал. Вы можете попробовать позвонить Николай, но боюсь, он Вам не ответит. Он вернуться обратно на раскопки. Очень-очень быть занят. Это колечко есть очень нужно мне для исследований по Асс..Ассе...

– Ассирии.

– Да, исследований по Ассирии. К сожалению, плохо говорить на Ваш язык. Вы давать мне это колечко, а я давать Вам расписку научного центра в Гамбург. Сейчас я Вам её написать.

– Расписку? Зачем же расписку?
– удивился профессор.
– Вы же говорите, что Николай отдал Вам это кольцо для исследований, и я Вам охотно верю. Зачем такие формальности?

– Я всё-таки написать Вам расписку. Чтобы Вы не думали, что я есть какой-нибудь мошенник. Вот!
– немецкий археолог достал из кожаного портфеля ещё одну белую ручку с Микки-Маусом, лист бумаги и начал писать. Окончив, он поставил крупную подпись и передал документ профессору.

– Хорошо. Вот ваше кольцо.

– Данке шон, профессор! Ученые всех стран есть друзья!
– Штурммахер положил кольцо в карман, убрал ручку в портфель и стал спешно собираться. Он ещё больше засуетился, когда увидел через окно, что к дому подъехала малиновая хонда.

– Скажите, пожалуйста, как мне лучше пройти от Вас к метро? Я ещё хотеть посмотреть сегодня Красную Платц и Мафзолей.

Профессор стал объяснять немцу, но тот вдруг перебил его:

– Извините, пожалуйста, я видеть, в Вашем хаус два выхода, не могу ли я выходить через другую дверь, мне кажется, через неё я сразу попадать в переулок, ближе к метро.

– Конечно, как скажете, - профессор поспешил проводить гостя к задней двери, подумав, что тому срочно нужно бежать по делам. Он даже не заметил, что иностранец успел скомкать украдкой письмо, лежащее на столе, и бросить его в камин.

– Данке шон, профессор! Вы даже не знать, как вы мне помогать. Ауф видерзейн!

– До свидания, всего хорошего!

Не успел профессор закрыть за иностранцем дверь черного хода, как в парадную дверь позвонили.

Когда профессор открыл её, на пороге стоял лысый крепкий мужчина в кожаной куртке.

– Здравствуйте! Капитан полиции Дмитрий Белкин. Вы профессор Сокольнический?

– Да, здравствуйте! Чем могу быть полезен?

– Вы мне нужны как свидетель для расследования дела.

– О чём Вы говорите? Что Вы расследуете?
– не понял Сокольнический.

– Убийство, профессор.

В течение многих тысячелетий, в глубине ада скучал от безделья древний демон Бэл. Древние евреи звали его Баал, шумеры Баел, вавилоняне Баил. Он носил титул короля Востока, предводителя 66 легионов злых духов.

Черные глаза демона переполняла тоска, четыре рога упирались в скалистый потолок над троном, где он сидел, четыре руки давно уже отвыкли от деятельности. Бэл только и делал, что вздыхал, так же, как и три тысячи лет назад, со времен падения Вавилонской башни. Скучно ему было: только жрец или маг-алхимик мог вызвать его снова на Землю, но все халдейские жрецы спились после падения их державы и истлели костями, а маги-алхимики либо погибли на кострах, либо настолько измельчали, что не смели призывать его к себе в слуги, самого восточного короля. И ещё: чтобы вернуться, нужно было человеческое тело, и не просто тело, а именно пустое, без души, и не какого-нибудь бродяги, а крупного деятеля, потому что негоже царской особе жить в плоти земного лавочника.

Вот потому и кручинился он. Лишь верный слуга, демон Гамигин, в образе белого пони с огненными глазами был его товарищем в течение тысячелетий. И в шахматы они сражались, и в карты, и в шашки, но играть неинтересно, когда противник читает твои мысли и просчитывает миллионы комбинаций за секунду. На втором или третьем ходе Гамигин обычно сдавался, потому что ясно видел своим предсказывающим зрением десять ферзей или дамок через тридцать-сорок ходов, разрывающих в клочья его позиции. Что толку было в такой игре?

Однажды, Гамигин достал где-то огромный плоский человеческий ящик и подключил его к каким-то проводам, но после того как его хозяин посмотрел несколько шоу и новостных выпусков и стал плеваться черной, вязкой слюной, ящик быстро исчез в одной из огненных пропастей.

Но вот как-то раз Гамигин, которому дозволялось гулять по поверхности, принёс своему начальнику важное известие:

– Повелитель, люди нашли его! Они нашли наше кольцо! Они скоро применят его и тогда...

– Тогда...- и Бэл задышал от радости огнём и захлопал в ладоши всеми четырьмя руками.

– Только...
– робко начал Гамигин и тут же осёкся.

– Только что? Что ещё может омрачить мою радость?

– Вы прекрасно знаете, повелитель, - смущенно продолжал Гамигин, - Нам может помешать тот, кто станет великим героем и осмелится бросить вызов Его Высочеству, так называемый Избранный, человек со шрамом в форме парящего орла, как говорят древние тексты.

– Что ж, я сражусь с ним и убью его!
– воскликнул Бэл.
– Клянусь самим собой! Был Избранный, а станет Изрубленный! Ха-ха-ха!

В это же время в Москве, у себя дома в Южном Бутово, младший менеджер компании 'ГосОИЛ' Антон Пункин перещелкивал каналы, орудуя пультом так же ловко, как его древние предки управлялись с мечом и мотыгой. Наконец, он утомился этим бессмысленным занятием: телезрительствовать как следует он всё равно не мог, потому что все мысли его были в следующем дне, когда должен был закончиться благословенный законом четырнадцатидневный период увольнения с работы. Он наконец-то заберёт свою трудовую и станет свободным, как ветер, как сломавшийся квадрокоптер, как...впрочем, мечты, мечты...И за что его только рассчитали! Ведь он даже заслужил приз, лучший менеджер прошлого квартала! Антон вспомнил металлическую статуэтку - порхающую женскую фигуру со слабыми половыми признаками, стоящую одной ногой на цирковом шаре. На основании - бронзовая надпись: 'Лучшему менеджеру 2017 года'.

Хотя он, в принципе, знал, почему его уволили. Это, видимо, постарался его начальник отдела. Не сошлись они характерами, зато столкнулись машинами на парковке и повздорили. И когда сверху от генерального пришла разнарядка - сократить все подразделения на десять процентов, каждый мелкий вождь подразделения выбрал себе жертву. Конечно, же в их отделе это оказался Антон. Вместе с заявлением об увольнении, он написал и другое - на двухнедельный отпуск.

Последнее время Антон интернетствовал: рассылал резюме по разным компаниям и собирал урожай отрицательных ответов. Ещё занимался он от скуки двумя вещами: пьянством и телевидением. Вот и сейчас сидел он с открытой бутылкой пива 'Балбалтика' и слушал в пол уха мистический канал.