Чтение онлайн

Тихонько просачиваемся в общий зал. Тут тоже почти пусто. Одна компания сидит за столиком в углу, обнявшись и горланя какую-то песню. В центре зала, окруженный столиками, танцпол. На нем под Бони М извивается пара фигур неопределенного пола. Прически - взрыв на макаронный фабрике, в блестящих штанах в обтяжку... Ну, и мода.

Выгружаем аппаратуру на столик, включаем видеомагнитофон с заряженной кассетой, камеру направляем на танцпол.

– Держи - я протягиваю Лехе солнцезащитные очки, что купил утром - Помни, ты постоянно должен быть спиной к камере. Сначала поговори, поразмахивай руками. Они тебя не поймут, но будут слушать. Только потом толкай и бей. Или делай вид, что бьешь.

Леха снимает пальто, под ним - форма полицейского. На поясе наручники, дубинка. Надевает фуражку. Я нажимаю кнопку "REC" и "мамонт" заходит в кадр. Идет к танцполу, подходит к ближайшему чернокожему. Тот его не замечает, продолжает дергаться под песню Распутин. Динамики орут:

"...Ra ra Rasputin

Lover of the Russian queen

There was a cat that really was gone..."

Леха хватает негра за руку, начинает ему что-то втолковывать, показывая рукой. Тот вырывает руку, пытается продолжить танцевать. Обкуренный что ли? Нельзя так с "нью-йорской полицией"! Негр закономерно получает боковой в голову. Падает. "Мамонт" выхватывает поролоновую дубинку и начинает делать вид, что избивает лежачего. В зале раздает визг, краем глаза вижу, как подскакивает на ноги компания в углу. В руках у людей появляются ножи и пистолеты. Это Гарлем детка. Тут все при стволах. Черт... Все идет не по сценарию. Выхватываю трофейный Кольт, стреляю в сторону компании, целясь выше. И одновременно делаю зум-наезд на разошедшегося Леху. Черт, тяжело одновременно палить и снимать. Компания падает на пол. Будут ли стрелять в ответ? Все-таки в зале темно, меня видно плохо - освещен только танцпол. Похоже, хватит уже. Жму "стоп", смахиваю аппаратуру в сумки. Леха заметив, что я сворачиваюсь, пинает напоследок танцора, спокойно идет в сторону выхода. Ну и нервы у парня!

– --

Мы сидим в ночном баре отеля, пьем виски. Даже Леха не стал сопротивляться моему детскому алкоголизму после похода в Гарлем. Молча, взял два стакана у бармена - с виски и колой, набулькал только виски. Все прошло гладко, если не считать разбитой камеры. Ударил сумку об угол стола, когда бежал к выходу. Впрочем, кассета, и это главное, цела, а камеру можно и починить. Или новую купить. Благо совсем скоро я буду официально долларовым миллионером.

– Вить, надо завязывать с этой партизанщиной!
– Леха после выпитого стакана стал категоричен

– Думаешь, я паршиво себя не чувствую? Но иногда, чтобы сделать что-то хорошее, приходится сделать что-то плохое.

– Я не про драку. Мы же засветились везде. Продавец магазина может нас опознать. Те негры в клубе... Фотографии наши у американцев есть - на визу сдавали. Описание внешности тоже легко получить. Кроме того, у того танцора из карманов пакетики с белым порошком высыпались. Похоже на наркотики. Полиция теперь землю рыть будет.

– Ты прав - я тяжело вздохнул, глотнул виски - Впрочем, опознать то нас может быть, опознают, а что толку? Мы уже в Союзе будем. Да и не до нас им сейчас будет. Что касается наркотиков... Может быть это и хорошо.

Насколько американцам не до нас стало ясно уже утром. Проснулся я от воя полицейских сирен. Спросонья вскочил рывком, бросился к окну. Думал, что полиция приехала за нами. От всех улик, включая форму и пистолет, мы избавились еще вчера ночью, но кассета!

Нет, кавалькада полицейских мчалась в сторону северного Манхеттена. Оттуда, из-за домов поднимались столбы черного дыма.

Быстро умылся, оделся. Включил телевизор. По каналу CBS, тому самому, что должен был снимать "Мы - мир", шло прямое включение из Гарлема. На фоне беснующейся толпы и горящих машин, явно испуганный корреспондент рассказывал о перестрелке, что случилась между полицией и афроамериканцами этой ночью. Далее шли кадры бесчинств, вялый комментарий представителя полиции ("мы ничего не знаем, но все выясним", "Гарлем - рассадник наркоторговли") и что важно - кусок пресс-конференции конгрессмена Магнуса, который буквально позавчера пророчески вещал о бедственном положении негритянского населения. Очень, очень в тему! Похоже мой должник набрал немало очков в американском истеблишменте.

После новостей идут репортаж с биржи. Она открылась резким падением, индекс Доу-Джонса летит вниз. А золото вверх! С начала торгов оно прибавило уже 5%! Мои унции подорожали на тридцать тысяч долларов! А то ли еще будет.

В номер заходит заспанный Леха. Пока я считаю прибыли, смотрит телевизор, щелкая пультом. Канал сменяется каналом, но картинка везде одинаковая. Негры переворачивают автомобили, жгут покрышки, полиция остужает самых ретивых гранатами со слезоточивым газом и резиновыми пулями.

– И что теперь делать?
– я вижу, что Леха растерян - Мы будем...

– Поздний час, половина первого - громко начал петь песню Сюткина я

Семь тысяч над землей,

Гул турбин обрывки сна.

За окном, облаками белыми

Лежит пейзаж ночной,

А над ним летит луна....

Надо было видеть лицо Лехи. Наверное, он подумал, что я окончательно рехнулся. Показываю пальцем в потолок, делаю вращательное движение. Вчера после возвращения с экскурсии по Гарлему, я заметил, что волосок, который был приклеен мной к двери номера - порван. Не сразу, но "мамонт" сообразил - нас тут слушают. Выходим в коридор, встаем на лестничном пролете.

– Думаешь нас...

– Уверен

– Кассету не подкидываем?

– Разумеется, подкидываем. Завтра на счет придет по договору первый миллион. Аванс. Заодно и биржа успеет успокоиться, котировки отскочат вверх. Вот тут мы их и приголубим в короткую.

– Что значит в короткую?

– Сыграем на понижение. Продадим индексы и акции. С плечом. И тут же подкинем кассету. Новая волна погромов, биржевая паника... Вполне полмиллиона можно сработать.

– Вить, а зачем нам столько денег?

– Как зачем? На президентскую кампанию Магнуса нужно? Нужно. Миллионов тридцать на это клади. Потом я хочу начать скупать акции компаний, которые занимаются компьютерами, связью и программным обеспечением. Чую за ними - большое будущее.

Эх... Как мне не хватает собственного дилинга. Сейчас бы сел, почитал аналитику, прикинул, во что лучше вложиться, чтобы СССР получил максимальную отдачу. Понятно, что микропроцессоры, производители компьютеров с любой периферией (привет IBM и японцам с корейцами), телекоммуникации, и наше все - Майкрософт с Эплом. Два монстра, на которых, собственно, и будет стоять вся софтверная индустрия мира. Но проблема с подобными инвестициями одна. А не отберут ли их? Понятно, что на Западе частная собственность священна. Но даже с этой святыней умелые джентльмены могут сделать массу каверз. Например, размыть акционерную долю. Или принять законы, ограничивающие права иностранных собственников. Сейчас американцы, кстати, таким образом борются с японцами. Последние набрали большую силу и скупают в США все подряд.

– На раз ты чуешь...
– протянул Леха - Давай подкинем кассету. Только как?

Действительно, как? Рисковать лично уже не хочется. Курьером? Тоже может сдать. Или через частного детектива? Если есть договор, то он обязан соблюдать конфиденциальность клиента. Черт! Проще "избить" негра поролоновой дубинкой, чем дать знать миру об этом.

– Надо обдумать - мы вернулись в номер и начал одеваться - Нам пора на репетицию, собирайся.

– --

По Мэдисон-сквер-гарден пришлось побродить. Комплекс размещается в многоэтажном здании на Восьмой авеню между 31-й и 33-й улицами, над Пенсильванским вокзалом. И сначала мы зашли с парадного входа. Тут толпился народ, висели огромные постеры домашних команд - "Нью-Йорк Рейнджерс" (НХЛ) и "Нью-Йорк Никс" (НБА). Я догадался расспросить билетеров, которые все поголовно слушали радио с новостями из Гарлема, и после небольшого блуждания между подъездами, мы, наконец, нашли студию. Большое помещение с гардеробом, "предбанником", аппаратной комнатой было заполнено... звездами мирового шоубизнеса!