Чтение онлайн

Во время терапии я решила поговорить с доктором Крузом. Но в этот раз не о нашем случае. Я решила уточнить у него по поводу программ поддержки для детей с ограниченными возможностями. На что они могут рассчитывать в больнице и в жизни, какие фонды и организации поддерживают и спонсируют лечение и восстановление. Я мечтала помочь детям и их родителям. Я хотела собрать всю необходимую информацию, чтобы попытаться реализовать свою идею. В нашей компании был отдел, который занимался благотворительностью, поддерживал контакты с фондами помощи, но у меня созрел четкий план реорганизации и улучшения, который я готова была предоставить руководству концерна на рассмотрение. Ночью у меня даже родилась идея привлечения спонсоров со всего мира, хотя это уже слишком далеко идущие планы. Стоило хотя бы ограничиться парой больниц на территории одной страны, а там посмотрим.

Про завершение терапии Стивена возвестили громкие крики и споры. Дверь кабинета с грохотом открылась, Стивен и Кристиан спорили и кричали друг на друга. Я попыталась подойти к ним и узнать, что произошло, но оба отмахнулись от меня как от назойливой мухи. Я перевела взгляд на терапевта, тот был расстроен и слегка зол, терпение его тоже было не безгранично. Он тихо объяснил мне, что настроение Стивена снова вернулось на прежний уровень. Он впал в уныние и совсем потерял надежду. Прошло уже два месяца, а никаких подвижек так и не намечалось, а это лишь подтверждало то, что он уже не сможет восстановиться и ходить, то есть все тело ниже пояса так и не восстановит свои функции и чувствительность. Это не только расстраивало его, но и было жутко унизительным. Может, все-таки стоит показать ему, как с таким справляются дети? Хотя в этом состоянии он скорее напугает их, чем что-то сможет понять и сделать для себя выводы. 

Мы вернулись домой вдвоем. Не знаю, когда вернется Кристиан, я еще не сталкивалась с такими ссорами отца и сына, чтобы понять, насколько они оба отходчивые, да и не знала толком, что между ними произошло. За столом я пыталась разговорить Стивена. Мы впервые остались с ним наедине за долгое время, но разговор он поддерживать не хотел. Он всем своим видом пытался показать, что его ничего не интересует и не нужно от меня. 

– Стивен, прошу тебя, - почти взмолилась я, - откройся мне, не загораживайся от меня. Мне важно знать, что ты чувствуешь. 

– Что я чувствую, Меган?!
– взорвался он.
– В том-то и проблема, что я ничего не чувствую, ровным счетом ничего! Я не могу управлять своим телом, контролировать себя, знаешь ли насколько это все унизительно?! Ты тут вся такая из себя порхаешь, строишь глазки моему сыну. Обнимаешься с ним у всех на глазах, пока я там пытаюсь что-то из себя вылепить и вернуться к нормальной жизни. Он как идиот влюблен в тебя по уши, готов жрать у тебя из рук, как ручной песик. 

– Стивен, мы это уже обсуждали!
– прервала я его жестко.
– Твой сын и я просто пытаемся помочь тебе, между нами ничего нет! 

Он швырнул в меня тарелку. Она пролетела, слегка задев мою руку, и разбилась о стойку. 

– Не строй из себя дурочку! Я знаю своего сына и вижу, что он чувствует! Он залезет тебе в трусы при первой же возможности, поверь мне, а если ты еще и продолжишь щеголять перед ним полуголая, то это случиться в ближайшие же дни! У тебя нет ни мозга, ни инстинкта самосохранения, ни совести! 

Он развернулся, заехал на платформу лифта и поднялся наверх, я попыталась побежать за ним. 

– Стивен, ты опять расстроен, это нормально. Но то, что тебе кажется, что Крис чувствует ко мне, это лишь благодарность за мою помощь тебе!
– я попыталась взять его за руку, мы уже стояли на верхней площадке. 

– Значит, ты еще более безмозглая и слепая, чем я о тебе думал, - гаркнул он и оттолкнул мою руку с неожиданной для меня силой. Он быстро скрылся у себя в спальне, а я пытаясь устоять и сохранить равновесие ухватилась за какую-то деталь подъемника, но она опустилась под моими руками и я рухнула с лестницы вниз, разрезав плечо об угол платформы. Я кубарем, чувствуя под своим телом каждую ступеньку, скатилась на холодный каменный пол первого этажа. Я попыталась подняться, но тело меня не слушалось, мне было жутко больно, из раны на пол текла кровь, а помощи ждать было не откуда. Я прижалась лбом к плитке пола и тихонько заплакала. Мне было так больно и страшно. Вдруг я услышала у двери в сад скуление пса, он барабанил лапами по стеклу и пытался забраться в дом.

– Хантер, мальчик мой, - слабым голосом, полагаясь лишь на превосходный собачий слух, проговорила я.
– Приведи Люка. 

Хоть боль и начала отпускать меня, но двигаться еще было очень тяжело. Я была уверена, что ничего не сломала, пара ушибов, синяков и рана на плече. Это не страшно, вот только мне точно нужна чья-то помощь. Я услышала за дверью голос Люка и обрадовалась, значит, он был дома.

– Мегги, ты где, что...
– он заметил меня на полу, - Господи, что случилось?! 

– Я споткнулась о подъемник и упала. Я такая неуклюжая, - соврала я ему. Хотя с другой стороны эта была правда, Стив же не собирался нарочно скидывать меня вниз.

– Девочка моя, тебе нужно в больницу! Вдруг ты что-то сломала или того хуже!

– Позвони Кристиану, - прервала его я.
– Попроси, чтобы он привез свои медицинские инструменты, скорее всего, понадобится зашить рану. Но в больницу я не поеду. Стива нельзя оставлять дома одного.

Я схватила Хантера за ошейник и попыталась встать. Люк помог мне, довел меня до стула у стола, усадил, нашел чистое полотенце, смочил холодной водой и прижал к моей ране. Он набрал Криса и попросил того срочно приезжать домой, а параллельно с разговором пытался промыть мою рану и остановить кровь.

Кристиан приехал даже быстрее, чем мы рассчитывали, видимо, он гнал на мотоцикле на полной скорости. 

– Крис, не говори мне, что ты превышал скорость и нарушал правила, чтобы приехать сюда, - упрекала я его.
– Неужели, нам недостаточно уже одной аварии на мотоцикле? 

– Только со мной все в порядке, - парировал он, - а ты ужасно выглядишь! Дай посмотрю.
– Он внимательно изучил мою рану и шишку на голове.
– Тебе нужно в больницу. 

– Я не могу, ты же понимаешь, - я была непреклонна.
– Ты можешь сделать что-то с моей рукой?

– Мег, тебе нужно зашить рану. Я не могу делать это по живому. Нужно обезболивающее. 

– Не важно, я вытерплю. Делай, что нужно, но никакой больницы. Завтра во время терапии я зайду к врачу, но не сейчас. 

Люк поддерживал позицию своего крестника, но им было не переспорить меня, тем более, что первый испуг и боль прошли, я снова смогла нормально двигаться. Оставалось только сделать что-то с раной на руке.

– Крис, не думаю, что это будет больнее, чем уже есть сейчас или чем проколоть уши или сделать татуировку.

Нет, это было больнее, намного больнее. Хоть в аптечке Криса и оказалась обезболивающая мазь, которая, как мне сначала показалось, очень помогла, но сложнее всего было при этом не дергаться и сидеть смирно. Его пальцы работали ловко и умело, он закончил все довольно быстро. 

– Из тебя получится отличный хирург, - прошептала я ему и попыталась улыбнуться. 

– Ты слишком сильная, Мег, - нежно проговорил он.
– Позволь себе хоть раз побыть слабой. Дай себе волю. Иначе ты сломаешься как фарфоровая статуэтка.