Чтение онлайн

– Главное, не бойтесь, моя мила, - ободряюще проворковала она.
– Вы обязательно родите замечательного ребеночка, только не волнуйтесь и постарайтесь не нервничать. А также пока тренировки стоит отложить, может, во втором триместре и займетесь специальными упражнениями, но сейчас не нужно, отдохните, расслабьтесь. Силы вам еще понадобятся. Дети это так здорово, но так выматывает, поверьте мне, у самой их трое.

И я верила ей. Она была такой реальной, такой надежной, такой искренней, такой убедительной. Значит, пока моя беременность развивается хорошо, ни мне, ни моему ребенку ничего не угрожает, я могу спать спокойно. А спать - это именно то, что сейчас получается у меня лучше всего. Боюсь, если Стивен проходил через это с Мартой и хоть иногда наблюдал за ней во время хотя бы одной ее беременности или слушал рассказы Люка, то он догадается обо всем. В последнее время я все чаще избегаю оставаться с ним на ночь, засыпаю на ходу, стала слегка заторможенной. Пока он списывает все на мою обиду из-за медсестры, которую, кстати, давно перевели, а также на усталость из-за всего объема моей работы. Но долго ли протянется его неведение? С другой стороны, он и сам был полностью поглощен проектом. Будем надеяться, что все останется, как есть, по крайней мере, еще пару недель, пока живота еще не видно. В конце концов, рассказать все придется. Скрывать от него ребенка это даже не совсем честно по отношению к нему как к отцу.

До моего дня рождения оставалось меньше двух недель. Не знаю, стоит ли что-то придумывать. Дата не круглая, да и сил и желания на празднование особо не оставалось. В этом году мой день рождения будет в субботу. Нам не нужно ехать в больницу, мы просто сможем остаться дома и устроить себе настоящий выходной. Как раз в четверг двадцать седьмого ноября доктор назначила мне очередное УЗИ. Думаю, стоит сообщить Стивену про ребенка в мой день рождения. Почему бы и нет? Все равно придется как-то объяснять, почему я не пью алкоголь, и выкручиваться, а врать мне совсем не хотелось. Я твердо решила для себя открыться ему при первой же возможности. Я улучу момент и признаюсь во всем, а там будь, что будет.

С каждым днем мне становилось все тяжелее. Физически все было практически в норме, если не считать того, что моя грудь прибавила как минимум полтора размера и на ней появились отчетливые растяжки, она ужасно болела и чесалась. В остальном я чувствовала себя замечательно, сонливость периодически отступала, и я была полна сил и энергии, готова была бегать марафоны. То, что я наблюдала в первые месяцы у Дженны, совершенно не коснулось меня и моего тела. А вот морально мне было тяжело и страшно. Я все больше боялась реакции Стивена на новость о ребенке. А если он наотрез откажется оставлять малыша? То, что с современными технологиями доказать его отцовства не составит труда, об этом и речи не шло. Да и я была совершенно уверена, что он даже не подумает о подобном. Вопрос стоял лишь в том, согласится ли он растить ребенка вместе со мной.

В четверг я была на приеме у врача даже раньше назначенного времени. Я ужасно волновалась, я хотела услышать, что все прекрасно, и я с уверенностью смогу сообщить Стивену о том, что скоро у нас будет ребенок.

– Милая, - улыбнулась мне доктор, - не трясись так. Все хорошо, просто небольшое обследование. По анализам у тебя все хорошо, но есть один небольшой момент, который меня смущает. Но все в пределах нормы, успокойся! Почему ты дрожишь, холодно?

– Нет, я очень волнуюсь и переживаю, - прошептала я, укладываясь на кушетку.
– Я собираюсь рассказать все его отцу, хочу сначала убедиться, что все хорошо.

– А он до сих пор не знает?
– удивилась она, очки ее сползли на кончик носа.
– Милая, ты на восьмой неделе, и до сих пор не сообщила ему? Прости, но тебе нужна поддержка, с этим нельзя справляться в одиночку.

– У меня есть вы, - попыталась улыбнуться я.

– Я чужой человек, - она пристально посмотрела на меня.
– Ты любишь его?

– Очень сильно люблю. И ребенка и его отца.

– Доверься своему сердцу, - оно замерла с датчиком на моем животе и замолчала. Я испугалась и почти схватила ее за руку.
– И скажи ему, что поддержка тебе ой как понадобиться. Анализы не врут. У вас двойня.

– Что?!
– вскрикнула я.
– У меня братья младшие двойняшки. Не может же быть так, что и у меня тоже. Это ошибка.

– Нет, дорогая, - она включила звук аппарата.
– Сердца два, я в этом совершенно уверена. Да и вижу все прекрасно. Это двойное счастье. Тем более, если в семе уже есть предрасположенность к этому.

Я была еще более шокирована. Как Стивен отреагирует на подобную новость? Ему врачи сообщили, что он не сможет больше иметь детей, а я сообщаю ему, что скоро у него будут еще двое!

– С тобой все хорошо, девочка моя?
– забеспокоилась доктор.
– Может, стоит все же сообщить отцу? Пусть побудет с тобой рядом, поможет, поддержит.

– Простите, лучше нет, я посижу немного в коридоре, успокоюсь и сама пойду к нему. Он сейчас на терапии.

– Ваш муж не может ходить?
– задала она нескромный вопрос.

– Нет, не может. И он мне не муж, - выдохнула я.

– О, второе поправимо, - бодро заверила она меня.
– Если вы любите друг друга, то все будет хорошо. А с шустрыми детками приспособитесь, я уверена.

Я очень надеюсь, что она права, и все у нас будет хорошо. Растить одного ребенка не так страшно, как сразу двоих. Я не была уверенна, что полностью готова к такому повороту в своей жизни. Теперь я чувствовала себя аквариумом с безумно редкими золотыми рыбками. Странно, если их там двое, почему меня не одолевают обычные недуги беременных с удвоенной силой? Или мои дети будут особенными? Что за вопрос? Конечно, они будут особенными. Это дети Стивена, они зародились вопреки всему на свете, когда все твердили, что их существование невозможно, они будут самыми невероятными, красивыми, умными и счастливыми. Я все для этого сделаю. Осталось только поставить в известность "счастливого" отца.

Вот и настал тот самый день. Сегодня мне исполнился тридцать один год, в моем животе росли два прекрасных малыша, а их ни о чем не подозревающий отец, наверное, спал где-то в своей комнате. Я поднялась с постели и прошла в ванную. Как всегда в последние дни я первым делом разделась и начала изучать свое тело в зеркале. Для женщины, в которой сейчас растут сразу два плода, я выглядела очень даже стройной. Живот еще был плоским, но уже не таким, как раньше, теперь я боялась втягивать его, опасаясь придавать детей. Глупо, конечно, но что ж поделаешь со страхами беременной? Грудь продолжала расти. Она когда-нибудь успокоиться? Потом же еще и молоко появится на двоих. Какой ужас! А мне всегда так нравилась ее форма и размер. Я тяжело вздохнула и забралась в душ.

Спустившись вниз, я направилась на кухню, заварила себе чай. От кофе я решила пока отказаться, хотя сонливость порядком раздражала меня. Я взяла чашку и подошла к стене, на которой снова был снимок с Кристианом. Насколько он был прав и не предвзят, когда описывал Стива в роли отца? Сможет ли он стать лучше ради моих детей, если он на самом деле любит меня? Я внимательно всматривалась в портрет еще совсем юного Криса. Очень надеюсь, что мои дети будут такими же, как он. Ведь этот парень взял все самое лучшее у своего отца.

Входная дверь открылась, и в дом вбежал Хантер. Я обернулась, и удивленно замерла. Стивен выходил на прогулку с собакой! Один! Такого не случалось так давно, то есть, этого вообще не было с момента аварии. Стив улыбнулся мне и подъехал почти вплотную ко мне, поставив на тормоз кресло у самого дивана. Я, не отрываясь, смотрела ему в глаза. Он молчал, и я не знала, с чего начать, как сказать ему про детей.

– С днем рождения, моя маленькая фея, - прошептал он.
– Я люблю тебя.

Эти слова были именно тем, что я так хотела от него услышать. Нежные и добрые, ласковые и милые. А его интонация была такой открытой и мягкой. Изменится ли это все после моего признания?