Чтение онлайн

– Нет, – твердо сказала Зина, – не надо. Сама дойду, не маленькая. – Но потом все же не удержалась и съязвила: – Алька твоя ревновать будет.

– Никакая она не моя! – Ваня поднял с травы рубашку и зашагал прочь.

Зина пожала плечами – подумаешь, обиделся! Целыми днями возле Альки вьется, голову дурит, и теперь она, видите ли, «не его»! Зина медленно пошла домой, чтобы унять волнение после встречи с Ваней. Она сорвала травинку и начала ее жевать. «А он и правда, симпатичный, – вдруг подумала Зина. Эта мысль появилась против ее воли, и Зина разозлилась на себя. – Господи! Ну, какая же она дура! Два слова сказал ей, а она уже и растаяла. Подумаешь, проводить предложил! Да он тут поди каждую вторую до дома провожает. А что ему еще делать? Сессию в институте отец оплатит, даже утруждаться не надо. Вот и ходит, как телок, за девками. Там пошутит, тут поболтает… нет, не права баба Поля, Ванька этот ни с чем пирожок…»

Дома Зину уже поджидала Элла. Она яростно гремела кастрюлями, всем своим видом демонстрируя недовольство.

– И где ты была? – Элла грозно надвинулась на Зину. – Жрать кто готовить будет? Я уже полчаса тут маюсь! На пляже, что ли валялась?! – Элла схватила Зину за мокрую косу. – Бездельница!

Зина вырвалась и ответила, стараясь не смотреть на Эллу, чтобы не показывать свою неприязнь:

– Искупалась только. Жара на улице.

Элла выкатила глаза, которые от злости из бледно-голубых стали белыми, и заорала:

– Жара?! Смотрите, какая неженка! Жарко ей! А мы с Альбиночкой тут с голоду подыхать должны по твоей милости?! Или ждать тебя до вечера, пока ты изволишь там наплескаться? На стол собирай быстро, нам в город надо, платье мерить!

Зина надела фартук и принялась собирать на стол. Из спальни вышла заспанная Альбина. Она зевнула, потянулась и села на табуретку. Элла умильно смотрела на дочь. Альбина с аппетитом принялась есть оладьи, пожаренные Зиной, обильно поливая их сметаной.

– Вкусно! – пробасила она с набитым ртом. – Ты, Зинка, молодец!

– Стараюсь, – буркнула Зина.

– Старайся! – похвалила Альбина. – Не знаю прям, как без твоей стряпни буду обходиться, как замуж выйду?!

– Да зачем обходиться, доченька? – защебетала Элла. – У нас жить можно. Тут и условия, и уход! Ну куда вы пойдете? В доме места полно, всем хватит!

Зина чуть не ударила Эллу половником по голове. Вот что значит, она задумала, ведьма! Хочет, чтобы она, Зина, весь свой век у них в прислугах просидела! Ну, хотя бы до того времени, пока Элла в ящик не сыграет. Зина так разнервничалась, что смахнула со стола тарелку, которая разбилась на кусочки. Элла подняла крик, но Зина ее почти не слышала.

Мать осадила Альбина. Она примирительно сказала:

– Ну хватит орать, мать! В ушах звенит! Ты чего все орешь-то?! Подумаешь, тарелка разбилась! Не от сервиза же! Новую купим. Чего ты из-за пустяков надрываешься?

Элла осеклась, крик замер у нее на губах. Она бросила на Зину злобный взгляд, и прошипела:

– Убери тут все! А мы поехали. Платья, надеюсь, готовы?

Зина рассеянно кивнула.

Через час Элла с дочерью вышли из дома при полном параде. Элла взгромоздилась за руль новенького джипа, с трудом перекинув ногу через порог. Альбина устроилась на переднем сиденье. Зина вздохнула с облегчением.

Поздно вечером пришел отец. Зина поразилась, каким измученным он выглядит. Она обняла отца за плечи и прижалась к нему. Отец грустно улыбнулся, и погладил дочь по голове. Зина принялась собирать ужин, отец молча, как всегда, поел, уткнувшись в тарелку. Порой Зине казалось, что ему совершенно все равно, что есть. Спроси его, что он сейчас съел, он и не скажет. После дежурного «спасибо» отец удалился к себе в кабинет, а Зина начала убирать со стола.

Элла с Альбиной явились поздно вечером. Они оживленно болтали между собой, очевидно делясь впечатлениями от поездки. Элла заливисто хохотала, сотрясаясь всем телом.

– В городе новый клуб открылся, – сочла нужным пояснить Альбина, – зашли ради интереса… ничего так, весело. Потанцевали немного… развеялись. Не все же за учебниками сидеть! Жратва там, правда, позорная! И за что деньги дерут, спрашивается? – Альбина презрительно передернула плечами. – Так что есть мы будем. Тем более, что у тебя так вкусно пахнет! – Альбина потянула носом воздух.

Зина, вздохнув, опять принялась накрывать на стол. Трапеза закончилась далеко за полночь. Перед сном мачеха велела Зине с утра посадить картошку и лук. Зина, не имея сил возражать, кивнула и отправилась спать в свою крохотную комнатушку.

Едва рассвело, Зина отправилась сажать картошку. Элла и Альбина, плотно позавтракав, нежились в гамаках, натянутых между деревьями. Одни глазом Элла наблюдала за Зиной, чтобы не вздумала сбежать куда-нибудь.

За забором раздался звук подъезжающего автомобиля, и Альбина встрепенулась. Она опрометью выскочила из гамака и голосом, срывающимся от волнения, произнесла, обращаясь к матери:

– Мама! Ванька едет! Вдруг свататься? Вот из машины папаша выходит…

Элла тоже всполошилась. Она, кряхтя, вылезла из тесных объятий парусины и засуетилась, бормоча себе под нос:

– И что же не предупредил, паразит эдакий! Кто же так делает? Ну, молодежь! Все не как у людей… что хотят, то и делают!

Альбина бросилась в дом переодеваться, а Элле пришлось встречать гостей. Завидев Ваню, выходящего из машины, она расплылась в улыбке и засеменила к калитке.

Ваня приехал с отцом, матерью и другом Олегом. Элла распахнула калитку, пропуская вперед дорогих гостей.

– Что же вы, как снег на голову? – укорила она вошедших. – Мы и подготовиться не успели…

– Да чего там готовиться? – отец Вани, Егор Данилович, прошествовал вперед, за ним шел Ваня. – Когда неожиданно, всегда лучше! Экспромт называется! Слышала такое слово, хозяйка? – Егор Данилович расхохотался, довольный шуткой.

Элла спохватилась, натянуто улыбнулась и пригласила:

– Проходите, гости дорогие, в дом! Милости просим!

Егор Данилович, а за ним все остальные прошествовали в дом, где сели на диван, стоявший возле стены. Вышла Альбина, нарядившаяся по такому случаю в свое самое лучшее платье.

Егор Данилович прогудел:

– Вроде две дочки у тебя, хозяйка! Вторая-то где? Негоже молодую девицу от нас прятать!

Элла почувствовала неловкость, и укол совести – что люди подумают? Сироту совсем зашпыняла. Она вышла на крыльцо и позвала слащавым голосом:

– Зиночка! Что же ты, не видишь, гости у нас? Ну хватит там надрываться, успеется! Отдохни, да и нам на стол собери! Гостей дорогих уважить нужно!

– Это дело! – Егор Данилович положил руки на колени. – Мы подождем немного, нам не к спеху.

Ваня ни на кого не смотрел, предпочитая рассматривать пол. Его отец был настроен благодушно.

– А дочь-то у тебя, я смотрю работящая! Солнце палит, а она работает. А вторая, что ж, больна что ли?

Элла покраснела, не зная, что сказать. Она натянуто улыбнулась, и пролепетала: