Чтение онлайн

Он вздохнул.

– Его Величество прибыл очень некстати. Лорд Кристин сразу же пообещал сделать такой же скайлер и для него, чтобы можно было Его Величеству со всем королевским двором…

– И что ответил король?

– Пока ничего, – сказал герцог. – Понимает, положение непростое. Но к лорду Кристину отнесся с повышенным вниманием. И всячески обласкал.

– Это нарушение равновесия, – вставил я. – И всех международных, в смысле, межземельных норм!

Он посмотрел на меня снова с удивлением.

– Очень точно.

– Лорд Кристин нарушает сложившийся порядок, – сказал я. – А это чревато боком. А также ведет к непредсказуемым и темным последствиям.

Герцог кивнул.

– Словом, Его Величество еще не выбрал, кого поддержать.

– Закон или выгода, – пробормотал я, – да, выбирать трудно как раз в полукоррумпированном обществе. Вот до или после – нет проблем!

– Гм…

Я отодвинул тарелку и отвесил короткий поклон, хотя из положения сидя это делать трудно. Лицо держу строгим и значительным, на герцога постарался смотреть преданным взглядом отважного и даже лихого искателя приключений.

– Ваша светлость, с вашего позволения не стану тратить времени на долгие сборы.

Его лицо посветлело, но только на миг, тут же тень набежала на мужественное лицо лорда и правителя.

– Погодите! Что вы собираетесь делать?

Я выпрямился и преданно посмотрел в глаза.

– Как что? Я же посланник мира и дружбы!.. Постараюсь убедить в необходимости сохранять и поддерживать равновесие в мире. Никакого опасного одностороннего вооружения!.. Это чревато экономическими и прочими гуманитарными акциями.

Он вздохнул с облегчением.

– Спасибо, эти слова я и хотел бы услышать, но… почему-то не надеялся. Простите, сэр Полосатый. Ваши слова полны мудрости.

А уж поступки так ваще, мелькнула мысль, но вслух сказал бодро:

– Это потому что в этом замке все пропитано вашей мудростью, благородный сэр Ульрих! Я вот потерся здесь, пропитался. Вы, как светоч, со всеми делитесь своим светом.

– Спасибо, сэр Полосатый, – сказал он растроганно. – Спасибо! Как только сочтете себя в состоянии, идите и поступайте в соответствии со своими словами.

Щас, ответил я мысленно, ребенок я, что ли, в соответствии со своими словами, во загнул, наивный, но вслух заверил со всей искренностью:

– Конечно, ваша светлость! Считайте, операция по принуждению к миру уже началась.

Я поднялся, поклонился сперва леди Жозефине, она вскинула брови и смотрит в высокомерном ожидании, безукоризненная, высеченное из мрамора олицетворение красоты благородной девушки из высшего круга.

Демонстративно подавив горестный вздох, я повернулся к герцогу и отвесил почтительный поклон.

– Ваша светлость…

Он спросил с беспокойством:

– Что, уже?

– Конечно, – ответил я. – Лучший пир для мужчины – кровавый бой, когда под крики убитых мертвецов идешь по колено в крови, врага поишь настоящим вином сражения и славы, спотыкаешься о срубленные головы и поскальзываешься на вывалившихся кишках, они всегда почему-то скользкие… Мое сердце берсерка тоскует о таких славных днях, когда бьешь других по голове и получаешь сам… разве это не высшее наслаждение?

Я говорил громко и с энтузиазмом, рыцари захлопали, потом поднялись с кубками в руках и заревели могучими голосами походную песню. Думаю, некоторые, судя по их лицам, уже сочли себя в полевом лагере, что готовится к битве.

Я раскланивался, прижимая руку к сердцу, вскидывал длани и потрясал в воздухе, леди Жозефине рискнул послать издали воздушный поцелуй, но снова, дура, не поняла, и я сказал громко, вздернув подбородок и не забыв его чуточку выпятить:

– До встречи в зале Славы!

Я проверил, как вытаскивается новый меч, мне подарили другой, получше, лук у меня свой, да никто и не рискнул предложить альтернативу, чувствуют его мощь, а тем временем из конюшни вывели великолепного коня.

– Ого, – сказал я, – это мне?

– Теперь это ваш, – ответили оба конюха, они повисали на удилах, стараясь удержать жеребца, но он вскидывал голову и поднимал их играючи. – Его светлость изволил повелеть…

– Передайте мою учтивейшую благодарность, – сказал я растроганным голосом. – У меня никогда такого коня не было. Никогда! Да и меч… чудо, а не меч!

Вообще-то я не всегда брешу по необходимости, а часто вот так, чтобы сделать человеку приятное. А с моей памятью брехать можно много и часто, ничего не забуду, не перепутаю и не попадусь.

Я красиво вскочил в седло, это одна из обязанностей рыцаря, чтоб все красиво и без видимых усилий. Это простолюдин может залезать на лошадь, пыхтя и охая, а мы просто обязаны врать во имя красоты и изящества.

Ворота заскрипели, простор открылся с голубым небом и зеленым лесом далеко впереди. Я вскинул руку в прощании, вдогонку закричали с пожеланиями доброй дороги и удачи, вот же простолюдины, не хотят заслуженного успеха, им халявную удачу подавай, сухая земля гремела под копытами, застоявшийся конь все набирал скорость, радуясь возможности размяться.

Вереница нагруженных телег тянется в замок, но некоторые торговцы везут поклажу во вьючных тюках, свисающих с обоих боков лошадей и мулов. Простые и бесхитростные люди, не нужно всегда выглядеть с достоинством, смотреть красиво и гордо, следить за манерами, они горбятся, чешутся, сопят, громко портят воздух и вытирают сопли об одежду, простому человеку все можно!

Я проехал по широкой дороге между полями со зреющей пшеницей, скоро жатва, впереди бугристая равнина, почти все холмы заняты либо виноградниками, либо пасется скот. Ундерленды заселены намного плотнее даже Брабанта, не говоря уже о всем Сен-Мари… За спиной послышался настигающий стук копыт. Насторожившись, я повернулся в седле, одновременно хватаясь за рукоять меча. Из-за поворота дороги выметнулся на храпящем коне сэр Готмар. Его жеребец на крутом повороте красиво закидывал ноги и красиво развевал гриву, а ноздри широко раздуваются от бешеной скачки.

Я придержал коня, Готмар натянул повод и остановился рядом со мной. Я холодно молчал, все ясно, требую объяснений, он засопел недовольно и вынужденно буркнул:

– Его светлость поручил мне сопровождать вас, сэр Полосатый.

– Поручил? – переспросил я.

– Да!

– Или это было ваше желание? – уточнил я.

Он зло оскалил зубы.

– Это было и мое желание, если вам так угодно, ибо не доверяю вам. Как и не доверял с самого начала! Герцог со мной все-таки согласился и позволил участвовать.