Чтение онлайн

Военная зона

Гражданские и военные, сельские жители и городские, иными словами, все население было привлечено выгодами «границы». П.Солвей137 изучил это явление в рамках Британии; другие ученые для других регионов применяли аэрофотосъемку, как, например, отец А.Пуадебар138 в Сирии, или полковник Ж.Барадез139 для Алжира. М.Эзенна в Марокко и Р.Ребюффа141 состоит в том, чтобы измерить размах этих трансформаций, здесь мы сталкиваемся со сложностями, касающимися всей демографии, когда речь идет об античности. Это проблема ценности источников и их нехватки. Давно известно, что документация очень скудна. Но она существует, и многочисленные эпитафии, которыми мы располагаем, должны дать сведения о смертности. В первое время исследователи использовали надписи без разбора. Затем, отдав себе отчет в их легковесности, они отказались от поспешных выводов: они заметили, например, ненормальную частоту возраста смерти, кратного 10-ти или на 5-ти. Логично было бы взять цифры, которые нам предложены, но учитывать, что они не точны и представляют собой лишь округленные данные. Впрочем, мы обладаем некоторыми сведениями, которые никто всерьез не может подвергнуть сомнению: военная служба длится около двадцати пяти лет и затрагивает примерно триста тысяч человек, которые распределены главным образом по границе Империи (другие мы увидим далее). За неимением «количественной» демографии, остается возможность заниматься «качественной». Скажем, мы можем констатировать такие явления, как рост населения в районах размещения войск, не имея возможности точно измерить его.

Брачность, рождаемость и смертность

Данный вопрос имеет свои особенности, так как солдаты — это, по определению, взрослые люди мужского пола. Это чрезвычайно важно при определении роли данной части населения в главных традиционных сферах демографии. Так, о числе браков: выше мы видели, что всякий брачный союз был запрещен от Августа до Клавдия, терпим от Клавдия до Септимия Севера, что затем сожительство было разрешено. Для III Августова легиона в Нумидии142 можно констатировать, что из 354 эпитафий II в. 206 (или 58%) упоминают существование «супруги». Реальный уровень брачности на самом деле был выше, и можно предположить, что некоторые женщины предоставили друзьям или другим родственникам заботу о погребении своих мужей, а сами оказались преданными забвению, не фигурируя в надписях. То же происходит с рождаемостью у жен солдат, которые служили в этом войсковом соединении: общий показатель установлен на уровне только 1,48 против 2,25 для Африки и 2,40 для ветеранов. По Ж.М.Лассеру143 — 46 случаев — один ребенок; на 20 случаев > 1 ребенка; 9 случаев — 2 ребенка; на 3 случая — 3 ребенка; на 1 случай — 4 ребенка. Но и тут более вероятно, что потомство военных было более многочисленным, чем донесли до нас документы эпиграфики. Проблема смертности144 возвращает нас от солдат к гражданским лицам. В действительности средний возраст погребенных равен приблизительно 47 годам: 45 — в Ламбезисе и 46—47 — в Африке. А.Р.Берн145 думает, однако, что смертность у военных африканцев в возрасте до 42 лет была выше, чем у гражданских, и что эта ситуация затем менялась на противоположную; он наблюдал аналогичную ситуацию в войсках, расположенных по Дунаю, однако с некоторой разницей — изменения относились к возрасту не 42 года, а к тридцатилетнему. Последствия «профессиональных травм», потерь в бою мало влияли в случае III Августова легиона. Известны только шесть солдат и один центурион, которые пали от врагов; но есть вероятность, что смертность по этой причине была выше для других провинций, имевших воинские контингента.

Длительность службы: демографические аспекты

Самый «профессиональный» вопрос о длительности службы еще не был изучен удовлетворительным образом146. Так как мы касались его выше (с. 92—93), достаточно просто вернуться к этому разделу. Напомним только, что время службы изменялось в обратной зависимости от престижа воинского соединения — преторианцы служили меньшее время, чем легионеры, которые, в свою очередь, служили меньше, чем вспомогательные войска; тогда как моряки оставались последними в этом списке, а легионеры служили во II в. двадцать пять или двадцать шесть лет.

Миграции и урбанизация

Выше мы видели, как военная зона, которая окружала Империю, становилась также зоной городского строительства, ориентированного на нужды армии. К несчастью, не представляется возможным привести здесь какие-либо цифры.

Некоторые миграционные потоки лучше изучены и представляют большую историческую ценность, так как подчеркивают существование связей между провинциями, тогда как историки Древнего Рима обращали большее внимание на связи столицы с периферийными областями. Воинский набор, как мы убедились, производился чаще всего вне области расположения армии в начале Империи, потом внутри самой зоны, затем при самом лагере. Таким образом, существовал значительный миграционный поток, который постепенно ослабевал вплоть до своего полного исчезновения в III в. Количественные характеристики процесса, о котором идет речь, можно приблизительно вычислить: для легиона в 5 тыс. солдат, служивших 25 лет, надо было, чтобы каждый год 250 новоприбывших компенсировали 250 выбывших. Для всей римской армии ежегодная потребность составляла приблизительно от 10 тыс. до 15 тыс. новобранцев. Для такой большой территории эта цифра была ничтожна, и армия испытывала кризис воинского набора только в особо трудные периоды — после поражения Вара, например, или во время войн III в. Но настоящая проблема заключалась не в количестве, а в качестве: легче находили просто солдат, чем хороших солдат. Несомненно, этот фактор, среди прочих мотивов, побудил Траяна создать учреждение, цель которого заключалась в том, чтобы содержать сирот, рожденных в Италии (речь идет об alimenta)147. И, поскольку речь идет о миграционных потоках, связанных с присутствием армии, не следует забывать многочисленных гражданских лиц, о которых упоминалось выше, привлеченных миром и процветанием «военной зоны», но их мы тоже не имеем возможности сосчитать.

Заключение

В регионах, где размещались гарнизоны, соединения римской армии прямым или косвенным образом играли важнейшую материальную роль. Различные источники доходов солдат, в первую очередь их жалованье, создавали зону, которая характеризовалась экономическим процветанием и демографическим динамизмом благодаря поддержанию мира. Там можно было встретить лагеря, города, дороги, и разные люди жили там за счет разнообразных занятий.

Но мир в этой зоне был очень хрупок. Она была открыта для нападений варваров и чаще всего представляла собой лишь тонкий занавес, в котором светилось много прорех. И, конечно, богатство этой зоны сильно зависело от процветания Империи.

[1] Gage J. Les classes sociales dans l’Empire romain. 1971, 2C ed. P. 133-138, 249-272.

[2] Juv. XVI. 1-2.

[3] Salway P. The Frontier People of Roman Britain. 1965.

[4] Выражение, использованное в: Sen. De clem. I. 4. 2. (см. De provid. IV. 14); ту же мысль можно найти в: Тас. Agr. XXX. 7 (мир и господство).

[5] Petron. Sat.: действие сюжета происходит частично в среде бродяг; Apul. Met. IV. 1-27; Dio Cass. LXXV. 2; CIL. III. № 3385, VI. № 234; VIII. № 2728 = 18122, 13-17; XI. № 6107; Gage J. Op. cit. P. 143-152; Mac Mullen R. Enemies of the Roman Order. 1966. P. 255-266 (см. с. 234-235).

[6] CIL. VIII. № 17626; Lieb H. Britain and Rome. 1965. P. 139-144.

[7] Cary M., Warmington E.H. Les explorateurs de l’Antiquite. 1932, в части. С. 11 и 109.

[8] Strab. XVI. 4; XVII. 54; Plin. H.N. VI. 35; Bernand E. Inscr. Philae. II. 1969. № 128; Desanges J. Les Mediterraneens aux confins de l’Afrique. 1978. P. 307-321.

[9] Sen. Nat. Quaest. VI. 8. 3-5; Plin. H.N. VI. 35; Desanges J. Op. cit. P. 323 et suiv.

[10] Daniels Ch.-M. The Garamantes of Southern Libya. 1970. P. 24-25.

[11] CIL. VIII. № 2728 = 18122; Gsell S. Monuments antiques de l’Algerie. 1901. I. P. 249 et suiv.

[12] Пер.: Martin J.-P. Le siecle des Antonins. 1977. P. 90-91; Fevrier P.-A. // Les dossiers de l’archeologie. № 38. 1979. P. 88-89.

[13] Tac. Ann. I. 17. 6; Dio. Cass. LIX. 15 (центурионы).

[14] Иерусалимский Талмуд. V. 1; Baba Mecia’. II. 5; Aboda Zara. I. 2.

[15] Arr. Peripl. VI. 1-2; X. 3.

[16] Davies R.W. // Historia. 1967. XVI. P. 115-118.

[17] 1-я часть, глава II, с. 66.

[18] Тас. Ann. I. 17. 6.

[19] Suet. Dom. VII. 5; XII. 1.

[20] Herod. III. 8. 5; SHA: Sev. XVII. 1.

[21] Le Bohec Y. La IIIе Legion Auguste. 1989. P. 534-535.

[22] Herod. IV. 4. 7.

[23] Duncan-Jones R. // Chiron. 1978. VIII. P. 541-560.

[24] SHA: Claud. XIV (трибун) и XV (вождь); но эти поздние пассажи, скорее всего, являются лишь выдумкой.

[25] Christol M. // Armees et fiscalite. 1977. P. 235-277.

[26] Watson G.R. // Historia. 1959. VIII. P. 372 et suiv.

[27] Johnson A.C. Roman Egypt. 1936. P. 670 et suiv.; Passerini A. Acme. 1948. I. P. 366; Brunt A. // Papers Brit. School Rome. 1950. XVIII. P. 264-265.

[28] Speidel M. // Journal Rom. St. 1973. LXIII. P. 141-147, начиная с нового прочтения Pap. Gen. Lat. 1.

[29] Marichal R. // Mel. I. Levy. 1955. P. 399-421, используя Pap. Gen. Lat. 1, 4; Pap. Berl. 6866; Domaszewski A. von (см. след. примеч.).

[30] Domaszewski A. von. Neue Heidelb. Jhb. 1900. X. P. 218. Надпись № 661 в Annee epigraphique. 1969—1970, подтверждает догадку A. von Domaszewski (см. след. примеч.).

[31] Sander E. // Historia. 1957. VI. P. 365-366.

[32] CIL. XIII. № 3162. I. 13-16; Pflaum H.-G. Le marbre de Thorigny. 1948. P. 26.

[33] Dobson B. // Anc. Soc. 1972. III. P. 193-207; Aufstieg u. Niederg. rom. Welt. II. 1. 1974. P. 408.

[34] Pelaum H.-G. Abrege des procurateurs equestres (адапт. N.Duval и S.Ducrous). 1974. P. 17-18.

[35] SHA: Marc. XVII. 4-5.

[36] Dio. Cass. LXXVIII. 36. 3 (см. примеч. 5 на с. 320).

[37] Gai. Inst. IV. 27.

[38] Тас. Hist. III. 50. 6; Suet. Vesp. VIII. 5.