Чтение онлайн

Штаб-квартира Юлиана находилась в городке под названием Лютеция (по имени местного племени). Полностью римское наименование звучало как Lutetia Parisiorum, поэтому иногда город называли также и Парижем. Как раз в то время, когда там жил Юлиан, последнее имя окончательно вошло в употребление и таким образом запечатлелось в истории, став со временем знаменитым.

Благодаря своим способностям и хорошему характеру Юлиан приобрел огромную популярность и, так как ничто не привлекает сердца лучше, чем успех, стал настоящим любимцем армии. Вдумчивый и мрачный Констанций издалека следил за ростом славы своего цезаря и злился, поскольку отлично понимал, что его постоянные неудачи в борьбе с Персией на фоне успехов его кузена выделяются особенно ярко. Рубежи Империи начали шататься, и в 359 г. крепость Амида, находившаяся в сотне миль от Нисибиса, пала после десятинедельной осады. Констанций воспользовался этим предлогом для того, чтобы ослабить армию Юлиана, вызвав часть солдат к себе на Восток. Тот возражал, зная, что в этих условиях варвары могут опять начать свои набеги на Галлию, но, увидев непреклонность императора, подчинился. Однако солдаты отказались покинуть своего командира и потребовали, чтобы он провозгласил себя императором. Юлиану не оставалось ничего другого, кроме как согласиться. Во главе своих войск он отправился на Восток, к Константинополю, а Констанций двинулся из Сирии ему навстречу, в то время как персидский царь Шапур потирал руки при мысли о гражданской войне, которая должна была неизбежно последовать за этими событиями. Однако этого не случилось: ещё до того, как обе армии встретились на поле боя, Констанций умер от болезни в Тарсе и в 361 г. (1114 г. AUC) Юлиан стал правителем всей Империи.

Юлиан был весьма необычным императором. Несмотря на то что его воспитывали в духе христианского вероучения, он его не принял. Констанций II, христианский император, убил его семью, а сам Юлиан все время жил в страхе за свою жизнь, так что не мог считать, что религия, допускающая жестокость и тиранство, может отличаться от других в лучшую сторону. Вместо этого он увлекся трудами языческих философов (в то время половина Империи была всё ещё населена язычниками). В этих книгах он нашел воспоминания о Древней Греции ученых и демократов, подернутые золотым сиянием семи прошедших столетий. Втайне Юлиан сам стал язычником и даже был посвящён в Элевсинские мистерии. Он мечтал вернуть прекрасные времена, когда Платон преподавал в своей Академии, обучая студентов и ведя диспуты с другими философами. Конечно же то время было не менее жестоким, но когда люди вспоминают о прошлом, то им обычно представляются самые светлые моменты, так уж устроена человеческая память.

После того как Константин умер и Юлиан был избран императором, он открыто провозгласил себя язычником и поэтому стал известен в истории как Юлиан Отступник (конечно, прежде никто не дал Константину такого прозвища за то, что он отверг свою веру и обратился в христианство. Все зависит от того, кто пишет исторические труды). Император не пытался преследовать христиан. Вместо этого он провозгласил свободу вероисповедания и постановил с одинаковой терпимостью относиться и к иудеям, и к язычникам, и к христианам. Более того, он официально разрешил желающим исповедовать любые ереси, возникшие внутри церкви, и вызвал из ссылки всех епископов, которых изгнали по этой причине. Совершенно ясно, что он считал репрессии по отношению к христианам ненужными и полагал, что если приверженцам ортодоксального христианства, донатизма и дюжины других «измов» драться друг с другом без поддержки государства, то вскоре христиане распадутся на множество слабых, враждующих сект и потеряют всякую власть. (Его оценка была совершенно правильной. В точности так и случилось во многих местах современного мира, но Юлиан царствовал слишком недолго, чтобы успеть воплотить свои планы в жизнь.)

Юлиан вёл высокоморальный образ жизни, старался править разумно, спокойно и справедливо, с уважением относился к сенату и, в общем и целом, был по сути более христианином, чем какой-либо император до или после него. Он даже пытался изменить язычество в сторону монотеизма и соблюдения христианской этики, однако это не сделало его более приятным для христиан того времени, скорее напротив. Для них добродетельный язычник был опаснее, чем злой, поскольку он выглядел более привлекательно.

После того как он утвердился на троне и создал основу религиозного порядка, который надеялся закрепить, Юлиан повел свои войска в Сирию, чтобы завершить давний спор с Персией. Здесь он надеялся продолжить войну в своем излюбленном стиле. Если в Галлии он играл роль Юлия Цезаря, то на Востоке хотел быть не менее чем Траяном. Император отправил свой флот по реке Евфрат, а сам во главе сильной армии отправился через Месопотамию, как и его предшественник. Таким образом, Юлиан достиг столицы Персии Ктесифона и перешёл Тигр, при каждом столкновении одерживая верх над противником. Однако после этого он допустил фатальную ошибку: военный успех в юности воодушевил его и он вообразил себя полководцем более великим, чем Траян, он вообразил себя Александром Великим. Посчитав слишком низким для себя осаждать Ктесифон, император решил просто преследовать персидскую армию, как когда-то сделал его кумир.

К несчастью для Юлиана, на свете жил всего лишь один Александр. У лукавого Шапура было достаточно места для отступления, поэтому он сумел сохранить свои войска нетронутыми и избежать прямого столкновения. Персы просто исчезли, и Юлиан напрасно доводил своих солдат до полного изнеможения. В результате ему пришлось возвращаться назад через жаркие, пустынные земли, на каждом шагу сражаясь с летучими отрядами противника.

Пока Юлиан был жив, римляне выходили победителями из любой битвы, но с каждым разом его армия слабела. Затем, 26 июля 383 г. (1116 г. AUC), Юлиан получил удар копьем, который нанёс неизвестный. Рассказывали, что это копье бросил перс, но в конечном счете вероятнее всего, что это сделал один из его собственных солдат-христиан. Как бы то ни было, Юлиан умер в возрасте тридцати двух лет, пробыв императором в течение двенадцати месяцев.

Согласно известной (но, скорее всего, фальшивой) легенде, последними словами Юлиана были: «Vicisti, Galileae» («Ты победил, галилеянин»). Даже если в действительности он и не говорил этого, то во всяком случае мог сказать; попытка восстановить язычество или хотя бы ввести религиозную терпимость с его смертью была обречена на неудачу. Никогда более язычник не занимал престол империи, и язычество постепенно умирало, хотя ещё полтора столетия в Афинах оставались философы-язычники.

С тех пор как в 293 г. Констанций Хлор стал одним из четырех правителей империи, прошло уже семьдесят лет, и за это время пятеро его наследников правили различными частями государства. Однако у Юлиана не было детей, и с его смертью род Констанция по мужской линии прекратился.

После смерти Юлиана армия тут же на месте провозгласила императором Флавия Клавдия Иовиана, полководца, единственным достоинством которого была принадлежность к христианской религии. Без сомнения, многие восприняли катастрофу, которой закончился поход, как возмездие за неверие Юлиана и могли почувствовать себя в безопасности, только поставив над собой императора-христианина.

Иовиан сделал две вещи: отказался от религиозной политики своего предшественника и вернулся к положению вещей, существовавшему при Константине (хотя и не пытался преследовать язычников), и отказался от военной политики обоих императоров, заключив мир с Шапуром на очень невыгодных условиях. Он оставил Армению и другие регионы, которые принадлежали Риму ещё со времен Диоклетиана, и, в качестве особого унижения, сам отдал персам крепость Нисибис, которую они так и не смогли взять в честном бою. Этот мир был заключен для того, чтобы Иовиан смог как можно скорее вернуться в Константинополь и полностью завладеть властью над Империей. Однако по пути назад он умер, и в 364 г. в столицу привезли только его тело.

Солдаты выбрали другого императора. На этот раз им стал способный офицер по имени Флавий Валентиниан, уроженец Паннонии. Он разделил бремя правления со своим братом, Валентом. Валентиниан был христианином, но спокойно относился к различным религиозным взглядам, в то время как его соправитель являлся ревностным поклонником арианства. Тем не менее, несмотря на разницу в темпераменте и воззрениях, братья прекрасно находили между собой общий язык. Валентиниан был самым способным из них двоих; он был плохо образован и не доверял высшим классам, но это привело только к попыткам улучшить положение большей части населения государства, нужды которой он понимал больше, чем кто бы то ни было. Природный ум возмещал ему недостаток учености и позволил бы стать превосходным правителем, если бы не помешали обстоятельства политической жизни. К сожалению, все ею усилия пропали даром: они были принесены в жертву военной необходимости.

Валент остался на Востоке, а Валентиниан занялся защитой Запада и сделал своей столицей Медиолан. После того как Юлиан ушел из Галлии, германцы снова осмелели до того, что начали пересекать Рейн, однако в Валентиниане они нашли достойного преемника покойного императора. Им снова пришлось отступать, и снова в отместку римские легионы пересекали Рейн в обратную сторону, не щадя захватчиков. После укрощения варваров Валентиниан направился на юг для того, чтобы навести порядок в верхнем течении Дуная, в то время как один из его способных полководцев, Феодосий, был занят тем же самым в Британии. Ему удалось прогнать с римских территорий пиктов и скоттов.

К сожалению, в 375 г. Валентиниан умер от инсульта во время переговоров с главой одного из варварских племен. Что же касается Феодосия, офицеры, которых он изобличил в коррупции, ложно обвинили его в измене и в том же году казнили.

Наследником Валентиниана стал его старший сын, Флавий Грациан, правивший вместе со своим братом по отцу Флавием Валентинианом II. Последнему в то время было всего лишь четыре года от роду, поэтому Грациан один владел Западом.

Тем временем на Востоке собирались мрачные тучи. Уже сто лет с четвертью в землях к северу от Дуная и Чёрного моря жили готы, более или менее постоянно воевавшие с римлянами, но раз за разом проигрывавшие, поскольку все это время государством правили способные правители. Теперь варвары встретились с куда более ужасным противником, и он пришел из-за границ Азии.