Чтение онлайн

Классичность республиканской формы правления в Риме определялась значительной развитостью структуры государственного строя.

Высшим государственным органом считались народные собрания (куриатные, центуриатные, трибутные). Наибольшими полномочиями обладали центуриантные собрания. Они принимали законы, избирали высших магистратов (консулов, преторов, цензоров), объявляли войну, были высшей судебной инстанцией, рассматривали жалобы на приговоры к смертной казни. Народные собрания созывались магистратом, он же и председательствовал в собрании. Решения принимались открытым (в поздней республике тайным) голосованием.

Значительные полномочия принадлежали сенату. В него зачислялись наиболее богатые и знатные граждане, бывшие ранее магистратами. Сенат участвовал в законодательной деятельности и избрании магистратов. Он утверждал или отвергал проекты законов и кандидатуры магистратов. Сенат ведал финансами и обладал широкими полномочиями в определении внешней политики Рима.

Исполнительная власть осуществлялась преимущественно магистратами. Должности магистратов были выборными и срочными (на один год), коллегиальными (единоличные решения магистрата мог отменить его коллега или вышестоящий магистрат), безвозмездными. Высшие магистраты (консулы, преторы) наделялись властью (imperium), включавшей в себя высшую военную власть, право созывать и сенат, и народные собрания, председательствовать в них, предлагать законопроекты и издавать приказы; обладали судебными полномочиями. Консулы возглавляли систему магистратур, командовали войском. Преторы первоначально были помощниками консулов. В последующем к ним переходит управление городом. Особое значение для развития римского права имело их полномочие издавать общеобязательные постановления и руководство судопроизводством. Цензоры, обладая общей властью (potestas), распределяли граждан по имущественным разрядам, формировали сенат, следили за нравственностью. Чрезвычайным магистратом, назначаемым в случаях особой опасности, был диктатор. Он имел «высочайший империум» (summum imperium) и обладал неограниченной властью. Его приговоры к смертной казни не подлежали обжалованию. Срок полномочий диктатора ограничивался шестью месяцами.

В период расцвета Римской республики особое значение приобрела должность плебейского (народного) трибуна. Трибуны могли запрещать исполнение приказов магистратов (кроме диктатора), накладывать вето на постановления народных собраний, арестовывать и подвергать публичному допросу как рядовых граждан, так и магистратов, даже консулов. Плутарх писал, что «власть и сила трибунов в том, чтобы препятствовать злоупотреблениям властью и силой магистратов». Народные трибуны председательствовали в плебейских сходках (consilia plebis), участвовали в заседаниях сената. Любой гражданин мог обратиться к трибуну за помощью, поэтому двери его дома были открыты и днем и ночью [25] , а сам он не должен был покидать пределы города. Исключительность этой магистратуры подчеркивалась тем, что всякое посягательство на личность трибуна считалось не только государственным, но и религиозным преступлением. Полномочия трибуна ограничивались, однако, городской чертой.

Полибий (210–128 гг. до н. э.), в какой-то мере идеализировавший государственный строй Римской республики, полагал, что в лице консулов, сената и народа имелось сочетание власти царей, власти «лучших граждан» и власти народа:

Такое «смешанное» правление Полибий, вслед за Платоном и Аристотелем, считал наилучшим, поскольку в нем осуществлялось взаимное сдерживание и равновесие властей, а государственный строй приобретал устойчивость.

Демократические аспекты государственно-правовой жизни Римской республики нашли отражение в учении Цицерона (106-43 гг. до н. э.) о государстве и праве. Вслед за Полибием он защищал «смешанную» форму правления. В его трактовке государство – это не только выражение «общего интереса» членов сообщества, но также их согласованное правовое общежитие. Государство, по Цицерону, с необходимостью предполагает правовую организацию «общего дела». Исходя из учения о естественном праве, он выделял в позитивном, действующем праве аспект справедливости (aequitas) и требовал соответствия писаного закона принципу справедливости:

Цицерон выразил передовые устремления своего времени. Однако в практике Римской республики они были реализованы лишь частично, а восхваляемое Цицероном «смешанное» правление уже при его жизни уходит в прошлое.

В поздний период существования Римской республики (II–I вв. до н. э.) Рим, подчинив своему владычеству многие народы, превращается в мировую державу. При этом мелкое и среднее крестьянство – опора римской республиканской государственности, – отрываемое бесчисленными войнами от земли, разорялось. Труд становился рабским занятием. Значительная часть населения Рима превращается в люмпенов, не занятых производительным трудом и живших на подачки патронов и государства. Также и несметные богатства, награбленные в войнах, способствовали развращению римского общества. Римляне не выдержали испытаний, пришедших с военными победами, досугом и богатством. О переживаемом кризисе писал римский историк I в. до н. э. Гай Саллюстий Крипс. Жажда денег и жажда власти – «обе стали как бы общим корнем всех бедствий». «Зараза расползлась, точно чума, народ переменился в целом, и римская власть из самой справедливой и самой лучшей превратилась в жестокую и нестерпимую». Корыстолюбие сгубило верность, честность и остальные добрые качества. Вместо них «оно выучило высокомерию и жестокости, выучило презирать богов и все полагать продажным». Особенно сильно разложение отразилось на молодежи. «На юность напали роскошь и алчность, а с ними и наглость: хватают, расточают, свое не ставят ни во что, жаждут чужого, стыд и скромность, человеческое и божественное – все нипочем, их ничто не смутит и ничто не остановит».

Кризис привел к нарушению республиканских институтов. Умаляется роль народных собраний, а затем и сената, ограничивается значение института магистратуры. Путем сосредоточения ряда магистратур в руках отдельных лиц осуществлялось «преодоление» коллегиального, республиканского характера этого института. Теперь не избрание на высшую должность давало возможность командовать армией, а, наоборот, реальная власть в армии, платежеспособность и популярность среди солдат имели следствием наделение командующего высшими магистратскими титулами.

В политической жизни Рима резко возрастает роль армии, а фактическая власть в стране сосредоточивается в руках командующих армиями. Как переходное состояние от республики к империи возникают военные диктатуры Мария, Суллы, Цезаря. Главным звеном в государственном механизме становятся армия и ее командующий. Со времени реформы Гая Мария (107 г. до н. э.) в нее стали зачисляться и обедневшие граждане и рабы. Создание регулярной профессиональной в своей основе армии вело к совершенствованию ее организации и тактики ведения военных действий. Но армия становится и послушным орудием военачальников.

Государственное право в Риме на третьем этапе своего развития закрепляло установление Империи. Первые три века ее принято именовать принципатом. Позднюю Империю называют доминатом. С переходом к Империи в правовых нормах, касавшихся вопросов государственного строя, наблюдаются лишь незначительные изменения.

При принципате мы наблюдаем крайнюю неразвитость норм писаного права, определявших государственный строй. Это, на первый взгляд, более чем странное положение (если учесть одновременное существование классической формы римского частного права) получает в литературе достаточно убедительное объединение. Э. Гримм, например, считает, что «власть, желавшая быть и боявшаяся показаться монархической, основанная на фактической силе и прикрывавшая свою деспотическую сущность республиканскими формами и целым рядом юридических неточностей и конституционных недомолвок, не могла допустить строгого рассмотрения своих основ юристами» [27] .

Переход к империи означал резкое возрастание централизации власти, позволившее преодолеть раздиравшие общество противоречия. Государственный механизм Империи оказался более пригодным для управления территориально необычайно разросшимся государством. В юридико-техническом отношении ряд сторон государственного механизма получил дальнейшее развитие, стал совершеннее [28] .

В постклассическом государственном праве Древнего Рима мы наблюдаем действие реакционной тенденции, проявившейся прежде всего в крушении республиканских институтов. Империя насаждала единовластие при бюрократической централизации и нерассуждающей покорности исполнителей. Весьма примечательно в этом отношении широкое использование в государственном управлении рабов императора. Наблюдалась милитаризация государства. Реакционная тенденция в развитии государственного права вела к усилению в нем ряда сторон, типичных для государственного строя восточной деспотии (например, обожествление личности императора). Трудности, стоявшие перед Империей, заставляли изыскивать все новые и новые возможности усиления государственной машины, ее технического совершенствования. Создается централизованная военно-бюрократическая машина.

Государственный строй Римской империи характеризовался прежде всего сосредоточением верховной государственной власти в руках единоличного главы государства – императора. Установленного законом порядка замещения престола не существовало, однако реальная власть давала императору возможность еще при жизни назначать себе преемника. Нередко новый император занимал престол в результате очередного военного или дворцового переворота. Захват власти оформлялся сенатом.