Риск
Шрифт:
Гэри обходит машину и берет меня за руку.
— Сюда.
Он начинает вести меня через двор. Мы подходим к железнодорожным путям, по которым в течение последних нескольких мучительных часов часто проносились поезда.
Он останавливается перед путями, смотрит в обе стороны, а затем тянет меня, чтобы перейти через них.
Мы прошли всего три метра, когда к нам на большой скорости подъехала машина Кейдена, поднимая гравий. Машина затормозила в двадцати метрах от нас. Затем он выскочил из машины с черным рюкзаком в руке и бросился к нам.
— Стой! — рявкнул Гэри, когда Кейден был уже в десяти метрах от нас.
Я вижу, как он сжимает челюсти, как напрягаются его руки, и почти слышу слова, которые он хочет сказать, но не говорит, потому что его отец направляет на меня пистолет. Его взгляд скользит по мне с головы до ног, ища следы ранений. Я пытаюсь глазами сказать ему, что в порядке. Но не думаю, что сейчас мои слова помогут.
— Деньги там? — Гэри указывает на рюкзак, висящий у Кейдена на руке.
— Да.
— Брось сюда.
— Отпусти ее. Когда она будет в безопасности со мной, я брошу сумку.
— Ты думаешь, я дурак, пацан? В сумке может быть что угодно. И что помешает тебе уйти, как только она будет у тебя?
— Пистолет в твоей руке.
— Ты думаешь, я не знаю, что у тебя есть оружие? Ты не мог прийти сюда без него. В конце концов, мы одной крови. Так что брось мне сумку и свой гребаный пистолет. Сейчас же.
— Я брошу тебе пистолет. А сумку — когда она будет со мной.
Гэри долго молчит.
— Согласен. Давай пистолет.
Кейден запускает руку за пояс и вытаскивает оттуда пистолет. Я даже не знала, что у него есть оружие.
Он бросает его через все расстояние. Пистолет падает к ногам Гэри.
Пистолет все еще упирается мне в ребра, Гэри наклоняется, не отрывая глаз от Кейдена, и поднимает его. Он засовывает его за пояс джинсов.
— Зарегистрирован? — спрашивает его Гэри.
— Нет, — отвечает Кейден.
Где, черт возьми, он взял незарегистрированный пистолет и когда именно? Думаю, этот вопрос можно оставить на потом, если он вообще возникнет.
— Хорошо. Ладно, иди, маленькая леди. Медленно подойди к Кейдену.
Он толкает меня, и я начинаю идти к Кейдену, не отрывая от него глаз. Я хочу бежать и броситься ему в объятия, но я также знаю, что на мою спину направлен заряженный пистолет.
Когда я дохожу до Кейдена, он обнимает меня, и все мое тело начинает дрожать от облегчения, что я снова с ним. Я не хотела об этом думать в последние ужасные часы, но я была в ужасе, что больше никогда его не увижу.
— Черт. Прости, красавица. Я больше никогда не упущу тебя из вида, — выдыхает он в мои волосы.
Я не могу говорить, зная, что начну плакать. И не хочу доставлять Гэри такого удовольствия, осознания, что именно он довел меня до слез. Такие мужчины, как он, получают от этого удовлетворение.
— Рюкзак сюда, пацан. И если она пустая, я вас обоих пристрелю, и глазом не моргнув.
Кейден прижимает меня к себе, крепко обнимая.
— Я и не ожидал ничего другого от такого ублюдка, как ты.
Он бросает рюкзак, и Гэри ловит его рукой, не держащей пистолет, направленный на нас.
Он открывает сумку и заглядывает внутрь. Возбуждение на его лице от того, что, как я предполагаю, является деньгами, которые он просил, вызывает отвращение.
Он запускает руку внутрь и вытаскивает пачку денег.
— Мне пересчитать?
— Там каждый гребаный цент, старик. Надеюсь, они принесут тебе только страдания.
Гэри смеется, запихивает пачку денег обратно в рюкзак и застегивает его.
— Эти деньги обеспечат мне ту жизнь, которую я должен был иметь после того, как убил твою суку-мать и освободился от нее, вместо того чтобы оказаться в этом аду, где я провел все свои годы. Гребаные годы! — Гэри отступает назад, все еще направляя на нас пистолет. — И это будет еще слаще, зная, что я трачу твои деньги. Ты, ублюдок, и я жалею, что ты появился на этот свет. Но если бы я кончил на живот твоей матери, вытер сперму туалетной бумагой и спустил в унитаз, у меня бы сейчас не было этого рюкзака с деньгами. Так что, наверное, ты все-таки для чего-то пригодился.
Кейден ничего не говорит, но я чувствую, как от него исходит ярость, словно это живое существо.
Гэри ухмыляется, продолжая отходить от нас, не убирая пистолета. Он получает какое-то больное удовольствие от того, что сказал Кейдену. Как будто давно хотел сказать все это сыну в лицо и теперь получает кайф от того, что наконец-то смог это сделать. Я всей душой ненавижу то, что Кейден вынужден его слушать.
— Она умоляла о пощаде, знаешь? Твоя сука мать. Эта шлюха трахалась со всеми в округе. Ей нужно было преподать урок. Она умоляла о пощаде и просила меня не трогать тебя. Гребаная тварь. — Он доходит до железнодорожных путей, останавливается, чтобы на секунду посмотреть на свои ноги, а затем делает шаг назад, переступая через металлические рельсы. — Лучшее, что я когда-либо сделал, — это избавил мир от ее уродливого лица...
Все происходит так быстро. Я слышу сильный гул поезда, и вот он уже здесь. Как будто время замедлилось, но в то же время ускорилось. Гэри как будто застыл на мгновение, а затем резко обернулся, чтобы посмотреть на поезд.
Прямо перед тем, как поезд его сбил.
Звук, который я никогда раньше не слышала и никогда не хочу слышать снова.
Рюкзак, который был в руках Гэри, летит через всю площадь и приземляется слева от меня, примерно в тридцати футах.
Я слышу визг тормозов поезда.
Я смотрю на Кейдена. Он выглядит ошеломленным, а затем, кажется, приходит в себя.
— Нам нужно убираться отсюда, — говорит он.
— А не стоит ли...
— Нет. Нам не нужно здесь оставаться.
— Но машинист...
— Скорее всего, он нас не видел. Я не хочу, чтобы ты в это ввязывалась. Ты и так достаточно пережила.
— Но мы ничего плохого не сделали. Если мы уйдем с места аварии, у нас могут быть неприятности.
— Не будет никаких неприятностей. Поверь мне, пожалуйста. Иди к машине, детка. Я возьму рюкзак. Я не хочу, чтобы здесь остались следы нашего пребывания.
Он крепко целует меня в губы и бежит к месту, где на гравии лежит рюкзак, покрытый пылью. Я молю Бога, чтобы на нем не было крови или чего-то еще человеческого.
Я поворачиваюсь и бегу к машине так быстро, как могу, и сажусь на пассажирское сиденье. Кейден возвращается в машину, когда я пристегиваюсь. Он бросает рюкзак на заднее сиденье и быстро уезжает.
В машине царит абсолютная тишина. Даже радио не включено.
Мы, наверное, проехали уже несколько миль, когда Кейден съехал на обочину и поставил машину в режим парковки.