Ритм, аккорд и Малыхин
Шрифт:
— Легче не станет, поверь. Я гастролирую по шесть месяцев в году вот уже десять лет, и каждый раз одно и тоже. Хуже было лишь в первый год, когда мы ездили в автобусе без кондиционера. — Он вздрогнул с притворным ужасом.
Это было так мило, что я сомлела.
— Десять лет?
Он не выглядел на тридцать, лицо было гладким, единственные морщинки — мимические у рта от частого смеха.
«Сколько же ему?»
— Десять лет будет в августе, — уточнил Саша, повернулся и посмотрел на меня. — У тебя это первое турне?
Я хмыкнула, когда воспоминания о пяти годах в турах с «Призрачной Орхидеей» промелькнули в памяти.
— Нет, я уже ездила с Эли, но пару лет назад перестала — решила сосредоточится на учебе. Но я впервые гастролирую в автобусе. Раньше мы ездили в микроавтобусе.
Саша хитро улыбнулся.
— Я так и понял, когда ты не взяла обувь с собой в душ в первый день. — Он посмотрел на мои тенниски и приподнял брови. — Слышал, ты заработала грибок после этого.
Я даже не буду предполагать, кто растрепал про это. Любой мог.
«Придурки!»
Я пихнула Сашу плечом, и попала куда-то между его локтем и бицепсом.
— Не хочу говорить об этом.
Он широко улыбнулся и толкнул меня обратно.
— Пальчики чешутся? — спросил он, смеясь.
Стоило ему упомянуть об этом, как то самое место и правда зазудело и начало жечь. Я мазала ноги лечебным кремом и меняла носки дважды в день по инструкции Мейсона, но ни в одной рекламе не говорилось точно, когда грибок пойдет.
«Дерьмовей не придумаешь, в общем».
— Такое со всеми бывает, — добавил Саша, когда я не ответила.
— Помнится Мейсон говорил тоже самое насчет триппера, — фыркнула я.
Саша расхохотался так неожиданно и так громко, что я даже подпрыгнула, но потом и сама прыснула, уж очень заразительный у него был смех.
Перестав смеяться, он наклонился ко мне и спросил:
— Он ведь это в шутку сказал, да?
— Мейсон почти всегда говорит серьезно. Помню, как я ходила с ним в бесплатную клинику, когда он подцепил мандавошек от девчонки из группы поддержки.
Кстати, Мейсон тогда взял с меня слово, что я никому не проболтаюсь, а потом напился и сам всем растрезвонил.
Саша уставился на меня, открыв рот, а затем указал на витрину, мимо которой мы проходили.
— Ресторан здесь.
Он открыл стеклянную дверь и жестом пригласил меня войти. Внутри было уютно: бардовые стены, черные виниловые столы и стойка прямо около двери. Народу было мало, поэтому я неспешна рассматривала меню, написанное от руки на доске. Саша стоял рядом и тоже выбирал, что будет есть. Через пару минут из кухни вышла пожилая женщина в фартуке и приняла у нас заказ.
Я взяла воду, Саша чай, и мы уселись за свободный столик.
— Так значит ты давно знаешь Мейсона? — спросил он, делая глоток чая из прозрачной чашки.
— Я знаю его и Горди с пяти лет. Мы выросли вместе. Они как братья, которых я никогда не хотела.
Саша улыбнулся.
— Но Эли действительно твой брат?
— О, да. Он любит говорить, что отпихнул меня с дороги, чтобы появится на свет первым.
Он удивленно моргнул.
— Так вы действительно близнецы?
Я так и знала, что он нам не поверил. Хотя это не удивительно: Эли больше похож на близнеца снежного человека, чем на моего.
— Ага.
Судя по лицу, Саша все еще сомневался.
— Но он же втрое больше тебя…
Втрое? Я могла бы обнять его за то, что хорошо врет.
— Не сомневаюсь, что он объедал меня, пока мы были в утробе.
Саша снова расхохотался.
«До чего же он красив, когда смеется».
— Мне говорили, что ты прикольная, но я не верил.
Я подавила вздох. Сколько раз я попадала в ловушку «френд-зоны» из-за своих шуток? Дюжину, если не больше. А я ведь даже не пыталась кого-нибудь рассмешить, просто я росла с людьми, которые любили подшучивать друг над другом, и волей-неволей научилась приспосабливаться.
Я вытолкнула эти мысли из головы и улыбнулась Саше.
— Что насчет твоей группы? Как долго вы играете вместе?
— Мы с Исайей… Ты знаешь Исайя? — Я кивнула. — Мы с ним одноклассники. В старших классах начали играть вместе, делали кавер версии песен, а потом познакомились с Джулианом. Это такой высокий парень, — пояснил Саша, словно я не знаю имена тех, с кем две недели колешу по городам и весям, — когда нам было шестнадцать, мы втроем создали The Cloud Collision и постепенно добавились другие.
«Будет ли считаться флиртом, если я спрошу, сколько ему лет?»
— Так вы вместе уже…
— Одиннадцать лет.
«Значит Саше примерно двадцать семь. Что ж, похоже».
— Долго.
Он пожал плечами.
— Да, но ничем другим я не хочу заниматься в жизни.
Я улыбнулась.
Везет ему, а я до сих пор не знала, чего хочу. Но ведь именно для этого я и поехала в тур: чтобы разобраться в себе.
Официантка принесла наши заказы, и мы буквально набросились на еду. Мое карри и правда было вкусным, поэтому я пошла заказать такое же Картеру.
Когда я вернулась к столу, Саша уже допивал чай.
— Спасибо, что согласилась прийти сюда, — сказал он с улыбкой. — Обычно мне приходится платить за того из парней, кого удается уговорить пойти со мной.
— Почему? Они не любят тайскую еду?
Я, в основном, была всеядной. За исключением пиццы. Вегетарианский салат или жареный цыплёнок — я съем все.
— Они не любят острую еду, — ответил Саша, ставя пустую чашку на стол.
— Но здесь не все блюда острые.
Саша моргнул.
— Верно.
— Дети, — пробормотала я, не зная, как Саша отнесется к тому, что я так называю его друзей.
Он рассмеялся.
— Здоровенные такие детишки.
— Они понятия не имеют, что такое хорошая еда.
— Вот-вот! Будь их воля, мы питались бы одним фастфуд. Все, чего я прошу — хоть изредка буррито или тако.
— Буррито — клевая штука.
Саша поиграл плечами.
— Я — клевый парень.
Шутку, которая буквально рвалась у меня с языка, Саша мог неправильно понять, ведь мы с ним были почти незнакомы. Но я все же решила рискнуть. В конце концов, я пнула его под зад при первой встрече, и что, если не это придает дружбе ускорение?