Чтение онлайн

Возможно, вы подумаете, что нельзя так хотеть девушку, которую видишь от силы пятый раз. Хочу опровергнуть ваши теории. Можно. И чёрт возьми, как же она притягивает меня к себе. Желание закинуть на плечо и унести к себе домой с каждой минутой перестаёт казаться необдуманным и всё больше будоражит.

— Нет, такого мне ещё не говорили, — вспоминаю, что необходимо ответить, а то стою, как истукан, и пускаю слюни. — Эви, а тебе говорили, что ты чертовски красивая?

Джейсон

— Эви, а тебе говорили, что ты чертовски красивая?

Эвелин смеётся и отходит, увеличивая расстояние между нами. Теперь определённо легче дышать, сердце не так ударяет по рёбрам, и голова соображает более трезво. Хотя трезвость сегодня — не про меня. Не нужно было налегать на виски.

— Да, говорили, — мы вновь идём по пустынной аллее, окружённой высокими пальмами.

«Блядь, Джей, что за хрень ты несёшь?» — кричит моё сознание. Конечно, я не первый, кто отметил красоту Эви, и эта мысль бесит.

Такими темпами скоро придётся идти вновь к мозгоправу. Хотя, думаю, там по мне ещё не соскучились.

После смерти матери пришлось пройти курс терапии у психотерапевта. Мама была моей музой, моим миром. И после её кончины я не мог двигаться дальше, не видел смысла в каждом дне. Был готов покончить с собой, чтобы прервать поток серых и монотонных будней.

Майкл вытащил из этого состояния и силой отвёл в клинику. Так что он буквально спас мне жизнь. Теперь я должен доказать себе и всем, что способен двигаться дальше. А самое главное, что готов вновь кому-то довериться.

Недалеко одинокие машины нарушают тишину ночного города, а фонари своим мягким светом окутывают уютом и наполняют пространство романтикой. Именно это время суток подталкивает людей друг к другу, руша границы и стирая преграды. Когда, если не сейчас, поддаваться страсти?

— О чём ты мечтаешь? — пытаюсь переключиться на другие мысли. Надеюсь, получится.

— В данный момент не хочу думать о мечте всей жизни, — Эви хватает меня за руку и ускоряет шаг. — Слышишь?

Откуда-то издалека раздается нежная музыка, она спокойная и романтичная.

— Сейчас я хочу танцевать, Джей! — Эвелин отпивает из горла и, подняв бутылку, поворачивается вокруг своей оси, делая неполный круг, так, чтобы моя рука окольцевала её талию. Прижимается спиной к моей груди и запрокидывает голову. Выглядит очень забавно. Не могу сдержать улыбку. Эви такая живая, настоящая, с блеском в глазах. Она смотрит на меня и ждёт. — Потанцуешь со мной?

И в этот момент поднимается ветер, погода резко меняется, срывая с небес первые капли дождя.

— Пойдем под крышу, — пытаюсь потянуть её в сторону кафе.

Но Эвелин сопротивляется и не сходит с места.

— Ты что, испугался дождика? — её смех задорный и заразительный. — Не растаешь! Давай танцевать!

Лисичка ставит бутылку на асфальт, выпрямляется, подставляет лицо под прохладные капли и с наслаждением прикрывает глаза. Влага скользит по щекам, шее, до одури хочу провести по этим влажным дорожкам языком. Что ты творишь, Коллинз? Дождь усиливается, но она всё так же стоит и ждёт моего решения. Возобновляет зрительный контакт и сама подходит вплотную.

— Можешь больше не обманывать, я знаю, что ты хорошо танцуешь, — проводит ладонями по прессу вверх, к груди, и кладёт их на мои напряжённые плечи. — Ты же мне не откажешь?

— Конечно нет, — отвечаю и прижимаю маленькую манипуляторшу к себе.

Мелкий моросящий дождь усиливается, и наша одежда вмиг тяжелеет от влаги. Футболка липнет к телу, и мне не нравится это ощущение, но сейчас больше волнует то, что Эви в моих объятиях и мы вновь непозволительно близки. Веду в танце, не отпуская от себя ни на сантиметр. Капли барабанят по асфальту и полностью заглушают музыку. Приходится двигаться в ритме звуков природы и наших сердец. Лично моё готово вырваться из груди.

Позволяю себе провести ладонью по позвоночнику Эвелин и опустить на поясницу, но не перехожу пределы допустимого. А после подхватываю её и кружу, а она смеётся так звонко, что и сам не могу сдержаться. К чёрту непогоду, ливень, ветер и весь окружающий мир. Мне сейчас нереально круто, так, что готов кричать и молить, чтобы эта ночь никогда не заканчивалась.

И это связано не только с Эвелин, а ещё и с тем, что впервые за долгое время я чувствую себя свободным: от обязанностей, мнения окружающих и от чувства вины, которое на протяжении нескольких лет ежедневно раздирали мою душу на куски. А теперь я ощущаю лёгкость.

Прохладные капли стекают по коже. Они словно смывают остатки боли и прошлых разочарований. Ставлю Эви на асфальт, обхватываю ладонями лицо и касаюсь лбом её лба.

— Спасибо, — вроде одно короткое слово, но такое ёмкое, и не хочется объяснять, за что именно благодарю, просто кажется важным произнести его вслух.

Она кивает и улыбается.

— И тебе спасибо за волшебную ночь, — говорит, и я слышу её тяжёлое дыхание. — Вот теперь я точно устала и хочу под тёплое одеяло.

Лисичка вновь берёт меня за руку, и мы дальше бредём по мокрому асфальту. Вскоре дождь прекращается, одежда насквозь промокшая, но это не мешает наслаждаться моментом.

— Может, всё же вызвать такси? — не хочу, чтобы она заболела.

— Уже почти пришли. Да и нас таких мокрых никто не пустит, — Эви смеётся и пожимает плечами.

Стягиваю с себя холодную майку и закидываю на плечо — так определённо комфортнее. Ощущаю на себе заинтересованный взгляд зелёных радужек: Эвелин разглядывает татуировки на моей груди, и от этого уголки губ ползут вверх.

— Если хочешь, можешь потрогать, я не кусаюсь, — беру её ладонь и подношу к своей шее. Коллинз кончиком пальца проводит по чернильным узорам и спускается к груди. — Нравится?

Она продолжает заворожённо смотреть и рисовать замысловатый рисунок на моей коже.

— Да, нравится. Расскажешь их историю? — убирает руку и прячет за спину, словно секунду назад сделала что-то предосудительное. — У меня тоже есть небольшая.

— Когда-нибудь расскажу. А твоя где, если не секрет?

Лисичка показывает на правый бок в области рёбер.

— Маленькая бабочка, досталась от… неважно, — отводит взгляд и дальше идёт молча.

А вот это уже интересно. Возможно, у неё кто-то есть. Но тогда почему разрешает провожать и флиртовать? Мысли, как пираньи, набрасываются на моё уязвлённое самолюбие. Встряхиваю головой, пытаюсь прогнать их, отложить на потом и не испортить такой идеальный вечер.