Чтение онлайн

Камера открывается, и меня валят на пол, где на меня снова надевают наручники. Я улыбаюсь, когда они вытаскивают меня оттуда, ведя в одиночную камеру. Я здесь не для того, чтобы играть в соседей с Мэттом. Я здесь, чтобы выполнить работу и вернуться к Блейк.

БЛЕЙКЛИ

Раят пропал три дня назад. И каждый день, который проходит без каких-либо вестей от него, бесит меня еще больше.

Вот что подразумевают люди, когда говорят, что они были призраками? Я имею в виду, никто просто так не исчезает. Но это как пуф, он исчез. Как будто этого ублюдка никогда и не существовало. Я не сплю по ночам. Не могу сосредоточиться на уроках. Это не потому, что я скучаю по нему. Это потому, что я чертовски зла.

Каждую секунду дня думаю о том, что скажу ему, если когда-нибудь увижу его снова. И ни один из вариантов не является хорошим.

— Эй? — Сара входит в мою спальню.

Я перевела взгляд на нее, сидя на кровати. Я смотрю документальный фильм о серийных убийцах. Это дает мне идеи, что сделать с ним во сне, если он когда-нибудь вернется.

— Привет, — я не так часто с ней разговаривала. Они с Ганнером живут здесь, но я вижу их редко. Они слишком заняты, трахаясь большую часть времени в ее комнате. Я знаю это, потому что слышу их.

— Мы идем ужинать. Хочешь пойти с нами? — спрашивает она.

— Нет, спасибо, — я не в настроении что-либо есть.

Она вздыхает.

— Ганнер говорит, что это просто часть того, чтобы быть Лордом.

— Принято к сведению, — я отмахиваюсь от нее, глядя в свой телевизор.

— Блейкли…

— Я не пытаюсь быть грубой, но хочу, чтобы меня оставили в покое, — перебиваю я ее.

Кивнув, она поворачивается и закрывает дверь, выполняя мою просьбу. Опустившись еще дальше на кровать, беру свой мобильный телефон, лежащий рядом со мной. Нажимаю на его контакт и навожу курсор на номер. Внутренняя борьба между желанием сказать «иди на хуй» и «пожалуйста, поговори со мной» в равной степени занимает сейчас мои мысли.

И, конечно же, как тупая сука, я нажимаю вызов.

— Вы позвонили Раяту… — вешаю трубку и бросаю ее через всю комнату в тот момент, когда его голосовая почта отвечает, испуская крик. Очевидно, он не намерен вступать в какие-либо контакты с внешним миром, включая меня.

Перевернувшись на живот, утыкаюсь головой в подушку и снова кричу, на этот раз как можно громче. Я ненавижу, когда меня игнорируют. Это меня больше всего раздражает, и именно так Мэтт поступил бы в тот момент, когда я задала бы вопрос, на который он не захотел бы отвечать.

РАЯТ

Я никогда по-настоящему не заботился о людях, поэтому тот факт, что я нахожусь в одиночной камере, она же административная изоляция, уже пять дней, меня не очень беспокоит. Но что беспокоит, так это то, что я вдали от Блейк.

Я не могу лгать даже самому себе. Я привык быть рядом с ней все время. И секс, блядь, я жажду ее запаха, ее прикосновений и ее сладкого, блядь, тела.

Я нахожусь в бетонном блоке шесть на девять футов без окон двадцать три часа в сутки. У меня даже нет решетки на двери. Она стальная, со щелью, через которую мне выдают еду. Это единственный раз в моей жизни, когда я жалею, что я не из тех, кому нужно много спать, чтобы мог хотя бы проспать всю ночь. Но нет, я почти всю ночь на ногах.

Однажды мне сказали, что когда мужчины оказываются в таких ситуациях, как я, они пишут романы в своей голове. Или решают математические задачи, или поют песни, чтобы занять себя и скоротать время. У тех, кого держат здесь долгое время, могут начаться галлюцинации.

Я? Я провожу каждую секунду каждого дня, вспоминая свои выходные в хижине с Блейк.

— Смит!

Я сижу и смотрю, как открывается дверь. Входит охранник, которого я знаю по имени Генри. С его кулаков свисают кандалы.

— Пора в душ, — он ухмыляется мне.

БЛЕЙКЛИ

Я лежу в кровати, что, похоже, делаю постоянно. Если не на занятиях, то именно здесь я и нахожусь, смотря телевизор в одиночестве. Ганнер и Сара сегодня на вечеринке в доме Лордов. Она пригласила меня, но я сказала ей «нет, спасибо». Я лучше напьюсь в одиночестве в своей постели, одетая только в футболку. Вместо того чтобы сейчас наряжаться и притворяться, что мне нравятся люди.

Раят заставил меня возненавидеть весь мир. Прошло уже шесть дней с тех пор, как он уехал. И до сих пор ни одного гребаного контакта.

Но как бы то ни было, я говорю себе, что с этим покончено. В конце концов, я начну в это верить.

Слышу звук, доносящийся с другой стороны двери моей спальни, и выключаю телевизор.

— Сара? — зову я.

Быстрый взгляд на мобильник показывает, что еще нет и полуночи. Не может быть, чтобы они вернулись. Пожав плечами, я снова включаю звук, когда дверь открывается.

Я смотрю в изумрудные глаза, которые не видела почти неделю. Там стоит Раят, одетый в ту же одежду, в которой он был, когда я видела его в последний раз. У него порез над глазом, покрытый засохшей кровью. Нижняя губа треснута, а костяшки пальцев разбиты.

Мои глаза сужаются, когда мое сердце начинает бешено колотиться. Я ненавижу то, что меня волнует, как он выглядит. Тот факт, что он был в драке, вызывает у меня желание задать миллион вопросов, но я знаю, что он не ответит ни на один из них.

Войдя в мою комнату, он закрывает за собой дверь.

— Я приму душ, — объявляет он и заходит в мою ванную.

— Что за?.. — замолкаю и вскакиваю с кровати, врываясь в ванную.

Он наклоняется к душу и включает воду.

— Убирайся к черту из моей квартиры, — приказываю я.

Вместо того чтобы сделать то, что я сказала, Раят тянется вверх и снимает свою футболку, обнажая грудь. Мой взгляд падает на синяк над его ребрами. Похоже на гребаный ботинок. Господи, что он, блядь, делал?

Повернувшись ко мне спиной, он расстегивает джинсы и стягивает их с ног вместе с боксерами. У него еще больше синяков на ногах и спине. Я нервно сглатываю и собираюсь шагнуть к нему, но он снова открывает дверь в душ и заходит внутрь.

Зайдя под струю, он упирается руками в стену и опускает голову. Я смотрю, как втягивается его живот, когда он глубоко дышит, и ребра становятся более заметными. Он выглядит так, будто ему больно.

Решившись, зная, что потом, вероятно, пожалею об этом, я снимаю рубашку и нижнее белье и делаю шаг внутрь.

Я кладу руки ему на спину, и он напрягается от моего прикосновения.

— Ты в порядке? — тихо спрашиваю я, зная, что это глупый вопрос, но мне нужно, чтобы он заверил меня, что он в порядке.

Вместо этого он поворачивается ко мне лицом и натыкается на меня. Я ловлю его, но его колени подгибаются, и у меня не хватает сил удержать его. Я падаю вместе с ним на пол душевой, а он прислоняется головой к стене и закрывает глаза.