РО–1: «Новая Кузня»
Шрифт:
– Что делать с ним?
– Вызывает директор Елисеев, – послышалось из рации.
– Фрагмент захвачен. Осуществлена попытка наладить связь со… старшим лейтенантом Стариковым, – посмотрел учёный на именной шеврон. – Начинаю…
– Отставить. Приведите его ко мне.
С помощью учёных Стар дошел до лифта. Его сознание медленно приходило в норму, пока цифры показывали этажи ниже. Выйти из лифта Стар смог сам. Его игнорировали абсолютно все. Послушно передвигаясь по светлым коридорам, где за прочными стеклами можно было наблюдать за работой учёных, Стар не сводил глаз с короба, где была заключена Яна. По пути учёные разделились, оставив в сопровождении первого встречного солдата.
– Не дури, – требовал офицер.
На секунду Стар принял его за немого лейтенанта и сильно удивился первой, сказанной связке. Однако, попав в мало освещённый кабинет, он увидел немого лейтенанта около генерал-лейтенанта, который лично получал некую информацию. Вскоре в кабинете остались лишь генерал-лейтенант и Стар, всем видом требующий каких-нибудь ответов.
– Как самочувствие? Люди до тебя жаловались на боль в груди, головную боль, – спокойно говорил командир, подойдя к рабочему столу.
– Не жалуюсь.
Набрав в ноутбуке нужную команду, стена за спиной командира опустилась под пол. Ещё пара нажатий клавиш, и затемнённое стекло стало ярче. И Стар увидел: в соседнем помещении, перестроенном в лабораторию с белоснежными стенами, в центре на лабораторном столе лежала девушка, прикрытая в интимных зонах серым полотном. За неё дышал аппарат. Трубки и провода окружали всю голову. Учёные исследовали её внешне и внутри. На потолке висели мониторы с жизненными показателями девушки. Не смотря на тщательное вмешательство учёных в тело, показатели были в норме.
– Это… Яна? – пригляделся Стар, подойдя ближе к стеклу.
Генерал-лейтенант держался холодным камнем, глядя на дочь, которую спокойно изучают люди в химзащите. Казалось, его плечи широки настолько, чтобы выдерживать весь груз ответственности за дочь. И он, похоже, справлялся.
– С подобным НБИ приходится сталкиваться, Стар, – утверждал генерал-лейтенант. – Тайное и неизвестное может храниться не только в вещах, но и в одушевлённых предметах. Начиная с растений, заканчивая людьми.
– Как с ней это произошло?
– Родилась такой. Как научилась ходить, стала проявлять первые признаки. Я тогда не состоял в НБИ, даже не знал об их существовании. И, вот, результат, как видишь.
– А что с ней?
Стена вернулась на место. В кабинете стало значительно темнее. Генерал-лейтенант запустил видео через проектор, продолжая.
– В возрасте одиннадцати лет она перестала контролировать то, чем владела. Её случаю было дано название «ПР-1», индивидуальный случай. Прямой распад. Она буквально разделялась на точные копии себя. И чем больше копий становилось, тем ближе становилась к смерти сама она.
– Она просила помочь ей, – вслух вспоминал Стар, глядя на записи с камер боевых групп, которые захватывали очередной Фрагмент.
– Ты видел две её копии, – уточнил генерал-лейтенант. – Вспомни обе.
И правда. Вспоминая первую и вторую встречу с Яной, Стар заметил разницу. Первая Яна была игрива, слегка легкомысленна, пока вторая хотела простого общения и помощи.
– Чтоб ты понимал, это фрагмент её личности просит тебя о помощи. Попытаться спасти… её – значит, убить её, дав свободу остальным фрагментами.
Конец ознакомительного фрагмента.