Чтение онлайн

– Ну и кто спонсирует эту прелесть?

– Между прочим, тут масса желающих. Знаешь, сколько в Англии миллионеров?

– Немного. Согласно последним данным.

– Да? У меня сложилось иное представление. Куда ни плюнь – везде миллионеры. Как там тетя Соня?

– Нормально. Обострение язвы. Как обычно.

– Она всегда была язвительной. А дядя Фима?

– Нормально. Геморрой. Перхоть. Икота. Как обычно.

– Он всегда был многоплановым. А рыбки?

– Ты по-прежнему уверен, что они золотые?

– Конечно.

– А, по-моему, это подвид пираний. Жрут. Кусаются.

– Они всегда были как ты. Эфа, послушай меня. Понимаю, что я поступил с тобой как последняя свинья. Ты потратила на меня два года своей жизни.

– Заметь, два лучших года.

– Правильно, лучших. Знаешь, я только теперь понял, что мир не будет совершенным, пока мы не выплатим долги ближним своим. Так что вчера перевел деньги на твое имя.

– Сколько?

– Немного. Миллион.

– Что, тоже долларов?

– Почему тоже? Фунтов стерлингов. Понимаю, это мало за все горе, которое я тебе причинил, но пока у меня больше нет. Только об одном прошу, не покупай шубу из натурального меха. Пожалуйста…

Ну и кто сошел с ума: они или я? Надо бы завтра навестить свой банк. Вдруг все-таки это они претендуют на лучшую палату в лучшей психиатрической клинике.

А потом зазвонил телефон.

– Хэлло, Долли! Это я, твой больной зуб.

– Больнее некуда. Привет, Иванов. Откуда?

– Из Канады. Воздух тут обалдеть. Жратва – супер. Только бабы подкачали. Страшные и занудливые, чуть что: сразу в 911 звонят. Скучаю по тебе, змеюка подколодная.

– А я нет.

– Так и думал. Как бабушка?

– Нормально. Освоила Интернет. Теперь активно общается с поклонниками садо-мазо.

– Она всегда была коммуникабельной. А дедушка?

– Нормально. Вчера отпустили.

– Откуда? Из больницы?

– Из милиции. Драку устроил в ресторане.

– Он всегда был смелым. Крошка, угадай с трех раз, зачем я тебе звоню?

– Денег хочешь дать.

– Умница! За что ценю. Ты потратила на меня…

– Лучшие годы своей жизни. Знаю-знаю… И во сколько ты их оцениваешь?

– Пока не очень дорого. Понимаешь, устроился работать хакером. Работа сложная, опасная. Короче, три миллиона тебя устроят на первое время?

– На первое – да. В долларах или в евро?

– А ты как предпочитаешь?

– По курсу не понять. Давай пятьдесят на пятьдесят.

– Заметано. Сейчас переведу. И вот еще что…

– Что?

– Купи себе норковую шубу. Как бы от меня в подарок. Лады?

…Теперь мы все вместе проживаем в элитном поселке Колымяги, ни в чем себе не отказывая. Бывшие мужья по мере своих возможностей присылают новые финансовые весточки. Я выгодно вкладываю их деньги в движимое и недвижимое имущество и по-прежнему проклинаю тот день, когда поперлась на вечеринку лучших друзей и встретила Ваньку Иванова.

– Эфа, ты опять заснула?! Хочу кофе! – Ольга капризно протянула чашку.

– Сама и налей. Руки не отвалятся! – рявкнула я уже из коридора. Сунула ногу в новые итальянские сапожки, рванула молнию. Клац! Сапожок приказал долго жить. Золотой замочек остался в пальцах. Ладно, в машине как-нибудь доеду. А там куплю новые и переобуюсь.

– Господь тебя покарал, – удовлетворенно каркнула жена моего третьего мужа, выглянув из кухни. – Как ты с людьми поступаешь, та и они с тобой (при чем тут мои сапоги?).

– Какой господь в сатанинский день? – авторитетно вступила в разговор тетя Соня. – Сегодня вечером все ведьмы слетятся на шабаш.

– Во сколько? – рассеянно пропыхтела я, пытаясь решить проблему с обувью.

– Что? – обе гарпии растерянно уставились на меня.

– В котором часу нам ждать гостей?

– Издеваешься! Фима! Она издевается над твоей женой!

– Дети! Она издевается над вашей матерью!

– Не смей трогать нашу маму!

– Не смей трогать мою жену!

Поистине, когда бог хотел наказать человека, он придумал ему родственников. Причем чужих.

Марафет я наводила уже на ступеньках дома.

– Приветствую прекрасную даму!

От неожиданности я уронила пудреницу. Зеркало разбилось на мраморных ступеньках.

– Теперь семь лет несчастья… – притворно вздохнул наш единственный сосед. – Но я готов их с тобой разделить, Стефания. Согласна?

Этого-то как занесло в наш огород?! Из-за твоей, Эфа, непроходимой глупости. Тупица! Внимательнее надо читать условия договора купли-продажи. Либо в крайнем случае юриста знакомого пригласить. Но нет, постеснялась, решила, что родня заклюет, если узнает. Будто они что-то понимают в сделках с недвижимостью. А ведь, когда покупала этот дом, все казалось идеальным. Район престижный и тихий, именно о таком мечтает каждый второй россиянин, выйдя на пенсию. Вокруг кусты акации, жасмина и шиповника. Зимой, правда, они погоды не делают, зато летом… Цена порадовала бы даже Гобсека, окажись он в нашей стране в столь суетное и непростое время. И, наконец, удобства: два этажа, две телефонные линии, одна джакузи и несколько ванных комнат. Дом просторный, красивый. Архитектура необычная. Гараж рядом. Живи и радуйся. Ну-ну! Надо же такому случиться – хозяин взял и влюбился. Добро бы в Ольгу, я была бы просто счастлива спихнуть этот взбалмошный колобок со своей истертой чужими проблемами шеи. Так нет, втрескался он в меня. Влюбившись, он мигом пересмотрел условия договора. Был там один симпатичный пунктик, дающий хозяину в случае форс-мажорных обстоятельств остаться владельцем половины дома. Любовь этот доморощенный Ромео посчитал как раз тем самым форс-мажорным обстоятельством. Юристы, как это модно сейчас говорить, синхронно развели руками и покачали головами. Мол, раньше, девушка, надо было думать. Плохое зрение – купите очки. Засор в мозгах – закажите интеллектуальный вантуз. Дура – так это не лечится. С последним утверждением согласна. Дура – это не диагноз, а стиль жизни.

Теперь мы с ним совладельцы. Между нами стена. Общее – палисадник, система канализации, плюс электричество, которое он вкупе с водой отключает каждый раз, когда получает отказ поужинать, прогуляться или заняться чем-нибудь иным, не менее приятным. За последние три месяца я ему столько раз отказывала, что давно уже сбилась со счета. Но все же Алекс не теряет надежды сводить меня под венец. Если бы его фамилия была Александров, я бы еще подумала, а так… не судьба. Люблю гармонию во всем, особенно в именах и фамилиях своих мужей. Фамилия у Алекса – Романов. Да и сам он, если признаться, как осетрина второй свежести. На голодный желудок польстишься, после намучаешься. Я же мучаюсь, даже и не попробовав.

Когда Алекс не в духе, родня принимается за меня. Мол, если бы не я, то они были бы сейчас в полном шоколаде. А теперь вынуждены сидеть при свечах, поджав ноги, и ругать мою несговорчивость. Им действительно не позавидуешь: наш крокодил терпеть не может темноту. Не животное, а сплошная аномалия. Как только в доме становится темно, Гена вылезает из джакузи и ползает по дому в поисках новой жертвы. Еще и кусается, зараза.

– Больно же! – я отпрыгнула от Алекса, который попытался меня ущипнуть за щеку. – С ума сошел?

– Да! От любви! Эфа, выходи за меня замуж!

Пятница, 13-е. И за что мне такое наказание?

– Романов, миленький, ну зачем я тебе сдалась, а? Фигура не ахти, личико не первой свежести, а без макияжа и вовсе страшное, волосы – крашеные, ногти и ресницы – накладные, ум и тот не свой, из книжек. Зато амбиций хоть отбавляй. Что ты с такой бабой будешь делать?!

– Любить.

– Меня нельзя любить. Лучше найди себе какую-нибудь хорошую девчушку, молодую, симпатичную, веселую, и женись себе на здоровье, сколько душе угодно.