Чтение онлайн

До полудня мы работали усердно и молча. Наконец Вася утомился и пришел на берег завтракать, я успел уже расчистить довольно большое пространство от молодого орешника и оттащить обрубленные ветви. Завтракая, мы стали рассуждать о том, как доставить сено с топи на сухое место, и решили, что сделаем волокушу из двух молодых березок. Признаюсь, не без страха ступил я на шаткую почву болота, но веселость Васи ободрила и успокоила меня. Мы сгребали сено к волокам, накладывали на них небольшие копны и отвозили на берег, где я раскидывал траву тонким слоем, чтобы она могла просохнуть на солнце.

Так работали мы три дня. Затем оставалось только приходить поворачивать сено граблями, чтобы оно хорошо просохло. Наконец мы поставили очень порядочный стог. Чтобы сено не попортило дождем, и не растрепало ветром, мы накрыли его толстым слоем ветвей и придавили камнями.

Рассказывая о покосе, я забегаю вперед: это было в июле, а с весны до этого времени случилось много интересного.

Пока не видались дожди, Вася предложил заняться крышей. Лубы у нас были заготовлены в достаточном количестве и сушились под гнетом досок и камней. Когда мы сняли гнет, я взял один из лубков и совершенно машинально стал отдирать его нижний слой. Полоска легко сошла со всей длины луба — и каковы же были мои удивление и радость, когда у меня оказалась длинная, крепкая прядь мочалы.

— Вася, смотри! — сказал я дрожащим от радости голосом и повторил опыт.

— Вот счастье, так уж счастье! — в восторге крикнул он. — Если нам что недоставало, так это веревок, а теперь только знай — вей их какой захочешь толщины. Теперь мы можем и рыбу ловить, и лося впрячь, и через ров подъемный мост сделать. Даже чтобы вам не было скучно, я устрою вам качели!

Это добродушное предложение Васи, с одной стороны, рассмешило меня, с другой, заставило невесело призадуматься. Я был уже не так мал, чтобы качели могли особенно радовать и занимать меня: мне было уже пятнадцать.

Мне вспомнилась моя семья, и казалось, что я готов отдать половину жизни, чтобы хоть один раз взглянуть на родные, милые лица. Я прислонился к дереву и стоял, грустно опустив голову. Между тем Вася проворно драл мочалу.

— Сергей Александрович! Что ж вы задумались, помогайте. Крыша наша тоже не пропадет, — там останется слой луба, как раз годный для нее.

Я очнулся, сел возле него и тоже принялся за работу, а веселый Вася не переставал говорить и скоро разогнал мою печаль.

— Теперь она отдирается, — видите, какая толстая, но мы навяжем ее в пучки и спрячем в сарае, а когда будет свободное время, расщиплем и наплетем рогож, навьем веревок. А сейчас нужно, пока сухо, спешить с крышей. Я хочу выстлать потолок из досок, положить на него моху, а сверху насыпать побольше песку. Как вы думаете?

— Это было бы очень хорошо, Вася, только досок нет, а на потолок их нужно немало. Работы очень много: рубить деревья, обчищать их, раскалывать, стругать.

Но если Вася что-нибудь задумал, то отговорить его было очень трудно, особенно пугая работой.

— Много работы? — горячо заговорил он. — Ведь что нам осталось-то? Перекрыть крышу, пристроить сени, закончить ров и догородить частокол! Оно как будто и много. Но мы зиму, благодаря Бога, не даром прожили: кольев и лозы у нас на все хватит, ров тоже докопаем. Это мы дней за восемь сделаем. Из готового материала всякая постройка идет скоро. А для досок на потолок лес валить не нужно. Смотрите-ка, сколько белеет повсюду ободранных лип, расколоть их не долго. Пока они просыхают, будем собирать мох, чтобы он высох, вместе с ним ягод и грибов наберем. А стругать доски нужно с одной стороны. Липа дерево прямое, хорошее.

Мне очень не хотелось мерзнуть зимой, и потому я согласился на устройство потолка.

На другой же день мы принялись колоть липу и так как имели уже некоторый навык, дело шло довольно успешно. В день мы раскалывали четыре дерева трехсаженной длины. Разумеется, мы сделали бы больше, но мы не могли посвящать этому целый день: много времени отнимал огород и приготовление пищи. Тем не менее, за пять дней мы заготовили около шестидесяти досок. Но они были грубы и неровны, а потому часть дня шла на копанье рва, другая часть и вечер на обработку досок, а отдыхом считались обед и собирание мха.

Когда доски были заготовлены, мы выбрали очень ясный и теплый день и раскрыли крышу. Доски были отмерены и отпилены заранее, так что потолок был наложен в один день. На настилку мха и на таскание песка ушли еще сутки.

— Ну вот, вы все боялись, что не поспеем, а потолок уже и готов! — сказал Вася. — Теперь надо только пристроить сени; тогда и крышу выведем.

Сени мы сделали небольшие, поэтому окончили их быстро и потом принялись покрывать крышу лубьями. Этой работой я занимался почти один, потому что Вася спешил, нагнать смолы и ею сплошь вымазать крышу, чтобы она успела просохнуть и отвердеть на летнем солнце. И действительно, едва успел я покрыть две трети крыши, как он залез ко мне с котлом смолы и объявил, что у него уже заложена вторая яма смольника. Пока я приколачивал лубы, он обмазывал готовую часть крыши смолою, приговаривая, что теперь нас не проймет ни дождь, ни мороз.

Наконец ремонт дома закончился. Теперь предстояло завершить ров. Мы не забывали его, несмотря на другие работы, так что во второй половине лета он был готов. Нетронутым оставалось только небольшое пространство напротив входа в дом. Мы оставили его для въезда во двор, пока не окончили забора. Вместо ворот мы изобрели механизм, с помощью которого несколько крепко сколоченных досок могли служить нам и воротами и подъемным мостом. Устройство это потребовало больших трудов и приготовлений. Прежде всего мы сколотили ряд длинных досок и сделали его такой ширины, чтобы он точно входил между двумя толстыми столбами, заканчивавшими забор по обеим сторонам ворот. Между ними укрепили крепкую жердь с большим и толстым блоковым колесом посредине. Мы свили по вечерам очень толстую и крепкую веревку из мочалы, привязали ее к середине верхнего края ворот, перекинули через блок и прикрепили к вороту, поставленному внутри двора. Таким образом, в спокойное и безопасное время доски перекидывались через ров, но, при первой тревоге, мы могли вбежать во двор и воротом поднять мост, который обращался в ворота, а от всякого врага нас отделял глубокий и широкий ров. Блоки, ворот и ось мы тщательно смазали дегтем. Наконец мы выкопали и последние два аршина, соединявшие нас с лесом. Вася несколько раз пробовал механизм и каждый раз приходил от него в неописуемый восторг, так что я должен был ему заметить, что он только понапрасну утомляет себя и перетирает оси и веревку.

Весь остаток лета мы проработали над вымосткой рва и вколачиванием в дно невысоких острых колышков, чтобы обезопасить себя от медведей. Когда он был готов, мы натаскали самого сухого хворосту, перекинули через ров несколько тонких хрупких жердей и так искусно скрыли свою ловушку, что далее человек мог принять ее за кучу сухих ветвей.

Пришла осень, и мы принялись за огород. Семена удались превосходные. На урожай картофеля и всего остального мы тоже не могли пожаловаться, так что зима не страшила нас. Кроме овощей, у нас были порядочные запасы сушеных ягод и грибов. Вася, напуганный моей болезнью, настоял на том, чтобы собрать и насушить побольше липового цвета.

Довольно далеко от нашего жилья, на берегу озера росла целая купа молодых лип. Уступая непременному желанию Васи, я однажды пошел туда, влез на одно из деревьев и стал собирать цветки. И здесь я обнаружил очень много обыкновенных ульевых пчел.

— Верно, здесь близко есть соление, — подумалось мне, — пчелы оттуда и перелетели сюда, чтобы собирать мед.

Я с какой-то нервной поспешностью стал отрывать липовый цвет и как только набрал небольшую корзинку, опрометью побежал домой и рассказал Васе о своем открытии и предположении.

— Хорошо бы это было, — ответил он, — но только сдается мне, что вы ошибаетесь! Вряд ли кто ходил в этот лес дальше наших рабочих с кожевенного завода, а я ни от кого не слыхал про озеро. Да, наконец, ведь мы живем здесь второе лето. Если бы было здесь поблизости селение, то уж, наверно, к нам забрела бы какая-нибудь баба, охотница до грибов или ягод. А то, что нам следует подсмотреть, в которую сторону летят пчелы, когда наберут соку из цветов, так это верно. Если удастся разыскать улей, так мы заживем царями. Ведь у вашего папеньки за пчелами ходит огородник, мой дядя: у него и колоды поставлены в огороде. Теперь еще не поздно, пойдемте к липам.