Rock'n'Roll. Грязь и величие
Шрифт:
Барабаны Ludwig
Малый барабан 61/2 x 14"
Подвесной том 12 x 15"
Напольный том 16 x 16"
Напольный том 18 x 16"
Литавры 29"
Литавры 30"
Бас-барабан 26"
Тарелки Paiste
Табурин Ching Ring
Хай-хэт Sound Edge 15"
Средний крэш 18"
Средний крэш 20"
Средний райд 24"
Гонг 36"
Джинджер Бейкер
Cream, ок. 1968 года
Барабаны Ludwig
Малый барабан модели 1940-х гг. 5 x 14"
Подвесной том 8 x 12"
Подвесной том 9 x 13"
Напольный том 14 x 14"
Напольный том 16 x 16"
Два бас-барабана 22"
Тарелки Zildjian
Сплэш 8"
Хай-хэт 15"
Средний крэш 16"
Средний/тонкий крэш 17"
Средний/тонкий крэш 18"
Средний райд 19"
Средний райд 22"
Установка датируется годом распада группы Cream. Обратите внимание на характерные двойные бас-барабаны, впервые выведенные на сцену Дж. Б. (родился в 1939 г.) и Китом Муном.
Шейла Э
Prince, ок. 1989 года
Барабаны Yamaha
Подвесной том 8 x 8"
Малый медный барабан пикколо
Подвесной том 10 x 10"
Подвесной том 10 x 12"
Подвесной том 13 x 13"
Подвесной том 14 x 14"
Подвесной том 14 x 15"
Напольный том 16 x 16"
Напольный том 16 x 18"
Два бас-барабана 22"
Тарелки Paiste
Сплэш 8"
Хай-хэт 13"
Крэш 16"
Быстрый крэш 16"
Крэш 17"
Крэш 18"
Чайна 18"
Райд 20"
Чайна 20"
Эта установка использовалась женщиной, известной также как Шейла Эсковедо (р. в 1957) во время гастролей Prince с июля 1988 по февраль 1989 года. Она оставила группу из-за болезни легких, ее первый альбом, выпущенный соло, назывался – нет, серьезно! – Sex Cymbal.
Клайд Стаблфилд
Оркестр Джеймса Брауна/The JBs, ок. 1969 года
Урок прекрасной простоты. Стаблфилд (р. в 1943) играл с Брауном с 1965 по 1971 год – как соло, так и в тандеме с Джоном «Джебо» Старком – и создал самый сэмплируемый ритм в истории: Funky Drummer (1969 год – нужный отрывок начинается в 5:38). «Я считаю себя мастером», – заявил он позднее.
Барабаны Ludwig
Малый барабан 5 x 14"
Подвесной том 9 x 13"
Напольный том 16 x 16"
Бас-барабан 22"
Тарелки Zildjian
Хай-хэт 14"
Крэш 18"
Райд 20"
Кит Мун
The Who, ок. 1975 года
Барабаны Premier
Малый барабан 14 x 51/2"
Два тимбалеса
Односторонний том 10"
Односторонний том 12"
Односторонний том 13"
Односторонний том 14"
Два односторонних тома 15"
Подвесной том 12"
Подвесной том 13"
Подвесной том 14"
Два напольных тома 16 x 18"
Напольный том 18"
Два бас-барабана 22"
Литавры Premier 221/2"
Тарелки Paiste
Хай-хэт 14"
Сплэш 14"
Крэш 18"
Крэш 20"
Райд 22"
Гонг 36"
По базовой комплектации и общим размерам это был вариант масштабной установки, собранной Муном (1940–1978) в мае 1974 года. Потом он передал ее юному Заку Старки (сыну Ринго, игравшему впоследствии с возрожденной группой The Who и Oasis), который вспоминал: «Он [ Мун] при мне всегда был очень тихим».
«Я дам человеку оружие, которое ему нужно»
История усилителя Marshall
Песня 1992 года группы Andy Scott’s Sweet под названием Marshall Stackкак нельзя лучше передает магию усилителя с восемью динамиками и двойным кабинетом, который и по сей день остается символом длинных волос, излишне громкого звука и диких гримас при исполнении гитарных соло. Итак, начнем с начала: «В нем росту шесть футов, он три фута шириной, а когда его включат погромче, ты лучше отойди». О да!
История усилителя Marshall – это одновременно история Джима Маршалла, который родился в июле 1923 года в Саусхолле, западный Лондон. Одно время он был джазовым барабанщиком и преподавателем. В 1960 году начал изготавливать усилители в гараже, переделанном под мастерскую. Вскоре Маршалл открыл музыкальный магазин в Хэнвелле, близ аэропорта Хитроу, который быстро оброс клиентурой, включая Пита Таунсенда, одного из тех музыкантов, кто критиковал современные усилители как «слишком чистые» – и именно это подало Маршаллу мысль запихнуть в один кабинет четыре 12-дюймовых динамика.
В 1965 году Таунсенд и басист группы The Who Джон Энтуистл, которых раздражало то, что их не слышно за Китом Муном, стали идейными прародителями стэка Marshall: усилителя, соединенного с двумя кабинетами, каждый на четыре 12-дюймовых динамика, с выходом в 100 Ватт – сегодня это стандартное требование для любого гитариста, знающего свое дело, но в ту пору это было безумием. Как позднее вспоминал Таунсенд: «У Джима Маршалла вдруг зажглись глаза, и он заявил: «Я дам человеку оружие, которое ему нужно».