Чтение онлайн

В 1849 г. француз Бланки почти теми же словами описывал состояние Лилля, где три тысячи семей жили в душных и грязных подвалах.

Только общегосударственная система здравоохранения была в силах улучшить санитарное состояние городов. Для ее создания требовалось привлечь, обучить и оплатить труд врачей, инженеров, санитарных инспекторов, дворников, ассенизаторов. В Англии горожане получили чистую водопроводную воду только в самое последнее время (в домах бедняков и поныне нередко один кран, а сельские жители до сих пор берут воду из неглубоких и загрязненных колодцев). Но большинство городских районов в наши дни снабжается достаточным количеством воды, за качеством которой наблюдают бактериологические службы. Необходимым дополнением к водоснабжению является эффективная система канализации. В середине прошлого века в Англии все отбросы попадали в выгребные ямы (в одном только Виндзорском замке их было 250), а человеческие экскременты собирались для продажи на удобрения, но крайне нерегулярно. В домах для рабочих было мало воздуха, плохое освещение, располагались они скученно. (Не лишне напомнить, что некоторые живут в таких домах и в наше время.)

На протяжении целого столетия санитарное состояние городов оставляло желать лучшего. На несколько десятилетий задержали прогресс богатые налогоплательщики, не желавшие тратить деньги на развитие водоснабжения и санитарии. Все же энергичное вмешательство санитарных врачей позволило резко снизить в начале XX в. смертность и заболеваемость некоторыми тяжелыми болезнями во многих странах Западной Европы и в США. Этот прогресс можно проиллюстрировать, рассмотрев основные эпидемические заболевания человеческих популяций.

Наиболее тяжелые заболевания, передающиеся через воду, — это холера, брюшной тиф и различные формы дизентерии. В наши дни холеру называют «болезнью тропиков», но в прошлом столетии Западная Европа пережила четыре большие вспышки холеры. Почти всегда эпидемии вызывались заражением питьевой воды. Широко известен случай заражения колодца неподалеку от площади Пиккадилли, что привело к гибели 485 человек в течение десяти дней. В Западной Европе уже давно не отмечалось случаев холеры; сейчас, когда пишутся эти строки, пришли сообщения о серьезной эпидемии в ОАР. По-прежнему то и дело холера вспыхивает в густонаселенных районах тропиков.

Рис. 67. Ежегодная смертность в Англии и Уэльсе от восьми болезней (на 100 000 человек).

Такие болезни, как оспа, сыпной и брюшной тиф, почти полностью побеждены; корь, коклюш и дифтерия стали уже не такими опасными болезнями. Зато борьба с гриппом и менингитом, которые получили в текущем столетии особое распространение, только начинается.

Примерно такая же картина наблюдается и в отношении эпидемий кишечных заболеваний (в том числе самого тяжелого из них — брюшного тифа). Одна из самых губительных эпидемий отмечалась в американском городке Плимуте (штат Пенсильвания). Весной 1885 г. там переболело брюшным тифом 1200 человек (из общего населения 8000 жителей), и каждый десятый умер. Оказалось, что рядом с канавой, сообщавшейся с городским водопроводом, жил больной брюшным тифом. По ночам жена больного выбрасывала его экскременты на мерзлую землю. Весной, во время половодья, инфекция попала в канаву, а из нее — в водопровод. Причину последней серьезной эпидемии в Великобритании (в Кройдоне в 1937 г.) тоже удалось выяснить; разносчиком оказался человек, работавший на нехлорированном колодце, — он имел обыкновение оправляться неподалеку. В свое время этот рабочий перенес брюшной тиф и с тех пор был бациллоносителем. По его вине заболело 311 человек, 42 из них умерли. Хотя сто лет назад этот случай не привлек бы особого внимания, он многих обеспокоил и стал предметом официального разбирательства. Вина органов здравоохранения была очевидна.

Источником инфекции нередко является и пища. Существует несколько типов пищевых отравлений, вызванных бактериями или другими болезнетворными организмами. В целом все они получили название желудочно-кишечных заболеваний. Заболевания этого типа представляют особую опасность для детей, и в первую очередь для грудных младенцев. Основные предупредительные меры: чистота во всем, что имеет отношение к пище, изолирование бациллоносителей на пищевых предприятиях, действенные методы консервации продуктов. Как правило, пищевые инфекции реже бывают причинами эпидемий, чем инфекции, которые передаются через воду. Это не относится к молоку — для некоторых видов бактерий оно служит такой же хорошей пищей, как и для человека. Инфицированное молоко может вызывать эпидемии брюшного тифа, дизентерии, тонзиллитов, ку-лихорадки и бруцеллеза, а также быть источником одного из видов туберкулеза. Действенным средством борьбы с этими инфекциями является пастеризация — обработка молока нагреванием, обязательная сейчас в ряде передовых стран.

Заражает пищу не только человек, но и различные животные и насекомые. Самые известные из них — мухи, которые до сих пор представляют опасность для населения западных стран: ведь мухи переносят возбудителей кишечных заболеваний и пищевых отравлений. Однако в настоящее время против мух с успехом применяют многие инсектициды, из которых наиболее известен ДДТ. Можно надеяться, что, применяя эти средства в достаточно широких масштабах, человек справится с этими переносчиками заразы.

Но все-таки первое место среди животных и насекомых — переносчиков заболеваний по праву занимают блохи, вши и комары: все они заражают человека непосредственно, а не через пищу или воду. Микробы чумы, этой «черной смерти», как ее называли в средние века, поражали в основном различных диких грызунов — сусликов, сурков, песчанок. У этих животных редко бывают эпизоотии с высокой смертностью. Переносчиками бацилл от одной особи к другой являются блохи, которые, напившись крови больного животного, становятся заразными. В популяциях крыс тоже может поддерживаться скрытая форма чумы. Человек заражается там, где много больных крыс. Очаги чумы в наши дни регистрируются на территории Индии, в Китае, а также в Африке и Северной Америке. Таким образом, чума — «побочный продукт» заболевания грызунов. Известны три мировые эпидемии чумы, или так называемые пандемии. Пандемии начинались внезапно и за несколько лет широко распространялись. На этой стадии чумой заболевало до 10 % населения, причем смертность колебалась от 50 до 100 %. Наивысшая смертность отмечалась в тот момент, когда бубонная форма сменялась легочной, при которой поражаются легкие и микробы с мелкими брызгами слюны при кашле попадают в воздух. Первая достоверная пандемия, известная как «Юстинианова чума», относится к VI в., но подробных сведений о ней нет. Вторая пандемия, или «Черная смерть», началась в XIV в., в 1349 г. она достигла Франции и Англии. В Западной Европе это был период экономической разрухи и сокращения численности населения, вызванного в основном чумой. В Англии последняя вспышка была в 1664 г. Она получила название «Великой лондонской чумы». Третья пандемия продолжается и в наше время. Началась она в Китае, вероятно, в 70-х годах прошлого столетия, быстро проникла в Индию, а затем в основные районы Африки и Малой Азии. Европу она почти не затронула, если не считать того, что в 1910–1912 гг. в Англии было зарегистрировано несколько случаев чумы, кроме того, были заражены грызуны в Восточной Англии.

Чума — далеко не простая проблема для здравоохранения, и тот факт, что в Европе очагов нет, нельзя объяснить только мерами санитарии и профилактики в портовых городах, хотя, несомненно, они сыграли свою положительную роль. Для успешной борьбы с чумой очень важны предупредительные меры — уничтожение крыс и их блох и прежде всего действенная борьба с грязью, а также проведение противочумных прививок. Ученым еще предстоит выяснить до конца сложные взаимоотношения между грызунами — разносчиками чумы, их блохами и человеком.

В то время как вспышки чумы связаны с наличием крыс, то есть с чистотой наших жилищ, сыпной тиф переносится накожными паразитами человека — вшами — и, следовательно, зависит от личной гигиены. Эпидемии сыпного тифа уничтожали армии и во многом влияли на ход войн. Раньше сыпной тиф называли «тюремной» или «больничной» лихорадкой. Огромное значение для предотвращения вспышек этого тяжелейшего заболевания имеет личная гигиена. Еще в середине прошлого столетия этому вопросу не придавали такого значения. Об этом свидетельствует ответ одного ланкаширского шахтера. На вопрос, часто ли моются шахтеры после работы, он заявил:

Еще оптимистичнее запись в дневнике Сэмюэля Паписа, первого лорда Адмиралтейства, о том, что в один из вечеров он обнаружил в голове десятка два вшей — «больше, чем за весь день. Итак, со спокойной душой — спать!»

Чуму и сыпной тиф в Англии принято называть «тропическими заболеваниями», так как в умеренном климате они в основном побеждены. Но, пожалуй, с большим основанием «тропическими» можно назвать передаваемые комарами заболевания, так как они действительно чаще всего встречаются в тропиках и субтропиках. Правда, возможность появления больных малярией, скажем, в Архангельске, не исключена, а одна из форм малярии регулярно наблюдалась в лондонских больницах и даже на юге Шотландии почти до 60-х годов прошлого столетия. Но на севере она никогда не была таким бедствием, как в странах жаркого климата. И хотя малярия распространена в странах с наибольшей плотностью населения, во всем мире ее причисляют к самым опасным заболеваниям. По самым приблизительным подсчетам, ею заражена четверть населения земли. В Индии, например, от малярии ежегодно лечится до десяти миллионов человек, но это, разумеется, только небольшая часть всех больных. От острых заболеваний (таких, как чума и сыпной тиф) малярия отличается тем, что она чаще всего носит хронический характер. При острых заболеваниях человек, как правило, либо гибнет в течение нескольких дней, либо выздоравливает; что же касается хронического заболевания, то оно может длиться годами, а то и всю жизнь. Больные хронической формой малярии обычно ослаблены и страдают малокровием, что позволяет не знакомым с этой болезнью европейцам утверждать, будто туземцы ленивы по натуре. Как мы уже отмечали, к такому же ошибочному заключению они приходили, сталкиваясь с хроническим недоеданием жителей жарких стран.

Чтобы победить эндемическую малярию, следует в первую очередь уничтожить комаров рода Anopheles. Задача не из легких; для успешного ее разрешения требуется целая армия обученных людей. Прежде всего необходимо осушить болота и ручьи, где размножаются комары, обработать соответствующим образом воду и развести растения и рыб, которые препятствуют размножению комаров. При этом важно исходить из особенностей биологии рода Anopheles. Совокупность всех этих мер помогла достигнуть значительных успехов в таких разных по климату странах, как Индия, Италия, Панама, Бразилия. В Центральной и Южной Америке, а также в Западной Африке жители ведут борьбу с комаром Аёdes aegypti, переносчиком возбудителя желтой лихорадки. Отметим, что успешное строительство Панамского канала стало возможным только после уничтожения комаров рода Anopheles и Aёdes. В наше время эпидемии желтой лихорадки с тяжелыми последствиями для жителей американского континента ликвидированы, но эндемии ее остались, ибо появление желтой лихорадки, как и чумы, зависит от сложных связей среди животных, включая комаров (не принадлежащих к роду Aёdes) и различные виды обезьян. Поэтому она по-прежнему остается потенциальной угрозой для населения тропической Африки и Южной Америки. В наши дни против желтой лихорадки довольно успешно применяют методы иммунизации.