Чтение онлайн

Убитому было едва ли больше лет, чем самому Джеймсу. Круглое, пухлое лицо, с тоненькими усиками, завивающимися вверх, толстые губы, коротко подстриженные светлые волосы, квадратный, точно обрубленный подбородок. Но главным было не это: страшный, звериный оскал, застывший на белом, без единой кровинки лице, словно затылок сдавила огромная рука, стянувшая кожу. И еще были сузившиеся, почти превратившиеся в точку зрачки, окруженные какой-то мутноватой радужной оболочкой. В этих остановившихся, пустых глазах Джеймс почувствовал отражение того же звериного ужаса, безумия, ставшего посмертной маской несчастному.

Рядом с Джеймсом встал Стефан. В свою очередь посмотрел на мертвеца.

— С меня хреновый психолог, но я бы сказал, что он полностью рехнулся. Сбрендил, когда тут произошла катастрофа. Так что, если тебе будет легче, считай, что стрелял ты не в человека, а в дикого зверя. И учти, — назидательно сказал Стефан, — тебя бы он пристрелил, не моргнув и глазом. Или ты предпочел бы лежать на его месте, с дырой в груди?

— Нет, Кусака, — тихо сказал Джеймс. — Он действительно сошел с ума. Хотел бы я знать, кто он такой…

Стефан наклонился, совершенно спокойно отрывая нагрудную пластину, где обычно было имя и должность или звание. Джеймса передернуло, глядя на это.

— Так, что тут… — Стефан поднес пластину поближе, поворачивая в свете фонарей. — Инженер, имя — Томас, фамилия… фамилия…

— Что с фамилией?

— Не могу прочесть, — с досадой бросил Стефан. — Кровь присохла. Какой-то Гардил… Гардин… Что-то в таком роде. Ладно, сама пластина цела — разберутся.

Он наклонился, вложил пластину в руку мертвецу. Потом посмотрел на Джеймса.

— Теперь как, легче?

Прикрыв глаза, вслушиваясь в себя, Джеймс почувствовал, что напряжение, скрутившее в тугой узел нервы, когда его выстрелы нашли цель, исчезло. Прекратилась дрожь, окончательно успокоилось дыхание. В этот момент он снова казался себе крайне уставшим и безразличным ко всему, что тут произошло или могло произойти. Взглянул на «Иволгу», недовольно поморщился, перезарядил оружие и вместо ответа кивнул. Стефан в последний раз похлопал его по плечу, поворачиваясь к командному центру.

— Вот и молодец. Я так понимаю, осталось только посмотреть, что там внутри? — риторически пробормотал под нос Стефан. — Ну ладно, на это нам времени не потребуется много…

Он подошел к двери шлюза. Откинув панель, он надавил на шестиугольную пластину. Ничего не произошло.

Стефан недовольно буркнул что-то, снял с пояса пакет с инструментами. Около трех минут ушло, чтобы откинуть крышку панели: фонари высветили идущие рядом толстые жгуты проводов.

— У тебя четыре обоймы или две? — не оборачиваясь, спросил Стефан.

— Теперь — две.

— Хорошо. Доставай четвертую. Знаешь, как отсоединить энергоблок?

С этим заданием Джеймс справился быстро: здесь ничего сложного не было. С помощью собственного набора инструментов он в два счета разобрал обойму, аккуратно снял предохранитель и протянул Стефану энергоблок. В ответ получил такую же обойму и краткий приказ: «разбери».

Пока Джеймс возился с обоймой, Стефан тщательно изучал схему, поминутно сверяясь с данными визора. Энергоблок он закрепил его на панели пенкой для монтажных работ в вакууме, и принялся соединять провода с контактами. Повторно надавил на пластину. Зажглись три красных огонька в ряд.

— Что за… — закончить он не успел: дверь плавно вдавилась внутрь и отошла в сторону.

Джеймс вопросительно посмотрел на Стефана. Тот пожал плечами:

— Перепутал провода. Ладно, давай посмотрим, что тут…

За дверью оказалась шлюзовая камера: небольшое, овальной формы вытянутое помещение со скудной обстановкой: пару прикрученных к полу скамеек, пульт управления, закрытые ящики в углу. Стефан подошел ко второй двери отсека. Кратко изучив ее, он взглянул на стоящего у входа Джеймса.

— Давай второй энергоблок. И не забудь закрыть дверь за собой, — добавил он, когда Джеймс переступил порог. Получив батарею, он точно так же подсоединил ее к панели внутренней двери шлюза. Закончив с проводами, он схватился одной рукой за протянутый по периметру помещения прочный поручень, а другую занес над кнопкой. — Хватайся и держись крепче: толкнет сильно, может и об стенку размазать.

Джеймс послушно схватился за поручень. В шлюзе атмосферы не было, а в куполе она должна была быть под обычным давлением. Если открыть дверь, то масса воздуха рванется в пустое пространство… но, вместо ожидаемого свиста воздуха и толчка, услышал лишь проклятия Стефана.

— В чем дел… — он уставился на распахнутый проем. Стефан смотрел тусклым взглядом на него.

— Час от часу не легче, — процедил он сквозь зубы. Отрегулировал фонари на максимальную яркость, и нервно шагнул внутрь. Они прошли через хранилище сьютеров: широкую, длинную комнату с узкими шкафчиками вдоль стен, выход из которой вел их к кольцевому коридору, опоясывающему здание. — Купол разгерметизирован. Неужели никто не спасся? — вслух подумал и вдруг резко встал; шедший следом Джеймс едва не ткнулся стеклом шлема в спину капитана. Полный плохих предчувствий он обошел его… и замер, чувствуя, как стынет кровь в жилах: впереди, насколько хватало глаз, весь коридор был завален телами. Женщины, мужчины, дети — смерть уровняла всех, воплощая свое мрачное представление о демократии и равенстве.

Джеймс посмотрел в остекленевшие, покрытые пленкой инея глаза привалившейся к стене неподалеку от него женщины и подумал, что она, наверно, была красива в жизни: длинные светлые волосы, тонкие черты лица. Но сейчас это лицо, покрытое пленкой изморози, искаженное дикой гримасой, посиневшее, с вывалившимся языком и глазами, выскочившими из глазниц, вряд ли могло привлечь кого-то. Над собой, на вытянутых руках она держала труп девчушки лет восьми, покрытый инеем и тоненькой корочкой льда — одного взгляда на нее хватило Джеймсу, чтобы поспешно бросился прочь из здания, словно его стены могли рухнуть на него и погрести в братской могиле с несчастными поселенцами. Сейчас он не мог даже думать про это место, ибо каждая мысль вызывала в воображении ужасную картину: сотни людей бегут по узкому тоннелю в полной темноте, где-то в глубине здания слышен противный свист выходящего воздуха. Становится все труднее дышать, рот судорожно ловит остатки кислорода, но не находит его, легкие рвутся на куски от напряжения, в голове разливается свербящий огонь, а затем…

Застонав, Джеймс обхватил голову руками и рухнул на колени.

В таком положении его и нашел Стефан, вышедший через двадцать минут из командного центра. Казалось, все это не произвело на него особого впечатления, но Джеймс заметил в глазах Стефана отражение собственной боли и ужаса.

— Им уже не помочь. Из здания не выбрался никто, а этот… сумасшедший, очевидно, был снаружи в момент взрыва, — он посмотрел на бездонное, звездное небо. — Нам надо возвращаться: скоро уже закончиться кислород в баллонах, да и делать нам больше здесь нечего. Пошли, Джеймс, — на этот раз он назвал его по имени.