Родная Чужбина
Шрифт:
— Постойте лье Борн, в заявках не было никакого второго, или запасного повелителя от вашего клана, — стал упрямиться распорядитель.
— Ну что вы, такого не может быть, ведь вы сами видите какая непростая ситуация! Не рассчитал наш юный друг своих сил, да свалился. Мы ведь предполагали такой ход развития событий и вы думаете, что мы не подстраховались? Да полно вам такие глупости говорить!
— Постойте…
— Не к чему нам сейчас про эти глупости говорить, лучше давайте поговорим о взаимовыгодном сотрудничестве с вами, — гном обхватил фэльфа за плечо своей огромной ладонью и развернул того в сторону трибун.
— Вы посмотрите, лье распорядитель, как довольны трибуны. Думаю, что следующий турнир, наш клан так же с удовольствие согласится спонсировать, если вы конечно понимаете о чём я говорю. Да и вам, уважаемый, три варама породистых пригодятся в хозяйстве.
Распорядитель смекнул к чему клонит гном и выражение на его лице сменилось с озадаченного на задумчивое. Ехидная улыбка проскользнула на лице фэльфа и тот тихо сказал.
— Лье Брон Грош, я думаю, что мне стоит сходить к директору и сообщить ему столь интересную новость, заодно и обсудить кое какие детали по поводу сегодняшнего турнира. И конечно же это лесное предложение о пяти варамах меня очень впечатлило. Вы просто порадовали меня такой щедростью души.
Гном прищурился и понял, что тут мелочиться не стоит, как того не требовала его душа. Борн было сначала решил поторговаться, но после, понял, что не стоит терять время, пусть всё будет как есть, то есть как пожелал этот гадкий фэльф. На кону стоит гораздо больше, нежели какой-то там скот в количестве пяти, или трёх голов.
— Конечно же, пять породистых варамов, — так же тихо как и распорядитель сказал гном.
Как только эти двое друг друга слышали было загадкой, трибуны поднимали рёв раз за разом, требуя нового чемпиона на арену. Распорядитель бегом умчался к директору, спросить разрешения на официальную огласку. Единственное, что смущало гнома, так это была неопределённость с повелителем огненного голема. Тот ещё не дал согласия, не показался, ровным счётом ничего, а Борн уже поставил ставку на него. Не в принципах гнома такое поведение, но ситуация довольно щекотливая, да и Борн ещё надеялся на слова фло Вилии, на её предсказание. Пока что всё шло так, как она сказала и не было повода хоть на минуту усомниться в её предсказании.
Со стороны дыры в нижнем ярусе трибуны послышались шаги, гном развернулся на шум и увидел челака в костюме ученика повелителя.
Что за ерунда, какой такой ученик? Меня пытаются надуть, как сопливого юнца? И рожа у этого челака больно знакома, где же я его видел? Да и гоблин как вышел на свет, тоже знаком. Что же это твориться, кто они, откуда я их знаю?!
— Ты смотри Варлох, кто к нам пожаловал, а ты говоришь непонятно кто пришёл! Да это же наш старый знакомый.
Борна насторожили слова челака, вышедшего. Память пока никак не давала подсказок, кто это, скорее всего от нервов.
— С чем на этот раз вы пожаловали, господин хороший?
Что за слово такое «господин»? Надеюсь, что этот челак не оскорбить меня пытался.
На лице гнома образовалась его дежурная, натянутая улыбка. Это можно было назвать рефлексом, если не особо точно вдаваться в детали.
— Вы уж простите, милейший, но могу я видеть того, кто повелевал огненным големом? — мягко заговорил Брон, оставив ненужные воспоминания на потом, а сейчас прежде всего дело.
— Вы его видите перед собой!
— То есть это вы? — гном задал уточняющий вопрос.
— Именно так, — спокойно ответил челак.
Тут у Борна в горле пересохло, он сглотнул слюну и продолжил.
— А… ваш костюм ученика, вы что, действительно ученик?
Челак удивленно поднял брови, затем посмотрел на свою одежду и словно в первый раз её увидел. Пауза, и челак причмокнув губами достал из кармана бумажную палочку, всунул её себе в рот, зажал между губ и поднёс к палочке огонь, что появился в его руках. Огонь перекинулся на бумажную круглую палочку и челак затянувшись выпустил дым.
Курит, что ли? Но почему таким странным образом? Любой уважаемый флек достанет курительную трубку, засыплет в неё своего табака и лишь потом запалит всё содержимое и выпустит дым. А это варварство какое-то, либо это ритуал, неизвестный такой, кто этих челаков знает.
— Это костюм, в который я облачен, последствие огненного голема, что пожаловал мне в гости.
Борн не понял, он открыл рот для вопроса, но челак опередил.
— Моё платье спалил ворвавшийся к нам огненный голем, пришлось надеть вот это, — челак указал руками на своё одеяние, — так что, пускай вас не вводит в заблуждение сие одеяние.
Гном принял объяснение челака, оно было правдоподобным и логичным.
— Как вас величать, лье…?
Челак ещё раз затянулся палочкой, выпустил дым и не спеша ответил.
— Зовите меня лэм Максимус первый.
Весьма странное имя ничуть не удивило гнома, он помнил, что Вилия говорила о чужаках, следственно имя тоже не должно было быть банальным у этого повелителя.
— Очень рад знакомству, лье Максимус.
— Лэм Максимус! — поправил Борна челак.
— Точно, лэм Максимус.
Челак довольно кивнул головой, подтверждая правильность сказанного гномом.
— Так вот, лэм Максимус, могу ли я узнать у вас, вы сегодня представляете интересы какого-то клана, гильдии, сообщества, братства?
Этот вопрос был очень важен, а точнее сказать, ответ на сей вопрос. Гном не мог сдержать волнения, он чувствовал, что его ладонь вспотела, холодный пот каплей пробежал по спине.
— Нет.
С гнома будто гора с плеч упала. Борн почувствовал небывалое облегчение, словно он похудел на десятки крамов.
— Вы не представились, и не сказали цель вашего визита, — из-за спины челака вышла эльфийка. Это стало неожиданностью для гнома.
Странная компания, гоблин, челак и эльфийка. Очень странная.
— Простите за мои дурной тон, конечно же, простите любезная фло, — лье Борн Грош, представляю клан Баршак.
— Вот как?! — это снова была эльфийка.
Гном удивлённо поднял брови, не зная что имела ввиду эльфийка.
— Бросьте, лье Борн, насколько я знаю, вы не последний гном в вашем клане.
— Весьма польщён такой осведомлённостью фло…
— Бель фло Ланежь.
Теперь настала очередь удивляться гному.
— Как, вы Бель фло Ланежь? Ну надо же, очень приятно, знаю вашего папиньку, любезнейшая. Но позвольте поинтересоваться, что вас сюда привело?
— Я сопровождаю лье Макса, то есть лэма Максимуса.
— Вот как!
— Да, именно так.
— Позвольте мне вмешаться в ваш разговор, — сердито обратил на себя внимание челак.
— Да, да, лэм Максимус, прошу прощения…