Чтение онлайн

— Ты не можешь диктовать мне, с кем встречаться. Я взрослая женщина, — ответила она резко отцу.

— Почему это черт возьми нет. Пока ты живешь в этом доме, ты будешь следовать моим правилам. — Его дробовик снова прицелился на мужчину.

Джаггер повернулся к Ингрид и увидел направленный на него дробовик. Она была не пути пули, если он спустит курок. Гнев пронесся сквозь него. Он хотел избить мужчину, поднять его, рвать его, кромсать его на куски, но он удержал это внутри, принуждая медведя оставаться в себе. Не здесь, не сейчас. Становилось все труднее, удержать его внутри…рычание рвалось изнутри него. Превратившись в рев, он взревел и зарычал на мужчину, но держался на расстоянии. Он знал, что тот не выстрелит. Его дочь была слишком близко.

Ингрид застыла, ее глаза стали такими большими. Голова ее поднялась вверх, чтобы посмотреть на него…это не было шуткой. Он действительно оборотень. Настоящий медведь. Джаггер отвернулся, когда увидел страх в ее глазах. Он глупец, что попытался быть социальным посредником и изменить девушку, которая боялась оборотней, и дать ей увидеть, что они могут быть кем…он чертов медведь. Он не мог изменить свою первобытную природу. Он не мог изменить свои родственные узы. Кто он такой, что бы пытаться принести понимание женщине, которую едва знал? Он покачал головой и сел в машину. Отъезжая, он полностью сосредоточился, чтобы оставаться в человеческой форме.

Подъезжая к дому, он вырвался из машины и бросился в лес. Ему нужно бегать, царапать дерево, издавать сотрясающий землю рев. Это нужно было ему, чтобы выразить все то разочарование, которое росло в нем. В этой форме, он мог владеть лесом, реветь в ночь со злобным оскалом, бить об землю и выпустить агрессию.

Последнее, что он ожидал увидеть, когда успокоился и направился домой, это была Ингрид, сидящая на его крыльце.

Она выглядела потрясенной. К счастью, он вернулся в свою человеческую форму, прежде чем покинуть лес. Это бы испугало ее. Он был рад, что сделал это. Иногда он не превращался обратно.

— Что ты здесь делаешь? — Джаггер если честно, не имел интереса к этому месту, но здесь была она.

— Доктор Квинн, я хотела извиниться за своего отца, — она опустила голову. — Так меня воспитывали. — Сказала она смущенно. — Я просто…я чувствовала себя гадко, от того, что он сделал.

— Возвращайся в свой собственный мир, Ингрид, — он был не в настроении.

— Я думала, ты пригласил меня на ужин.

— Действительно? — он покачал головой. — Ты действительно ожидаешь, что я пойду после всего этого? Мне не нужны такие драмы в жизни. Я исследователь. Я живу спокойной жизнью.

— Верно, — она встала, чтобы уйти. Ее внутренности содрогнулись, когда она устыдилась, того что было ранее. — Я не хотела этого, — она наконец-то пошла к машине. — Я просто не знаю другого.

Джаггер вздохнул.

— Не хочешь войти? И прекрати называть меня Доктор Квинн. Зови меня Джаггер, — она сделала усилие и пришла извиниться, ей не нужно было это. Это ее отец мудак разозлил его.

— Может, попробуем завтра заново, — предложила она.

— Завтра это будет не сильно умно. Красная луна, — начал он, я потом замолк.

— Красная луна?

— Я перестану быть собой, — только так он мог ответить.

— Ты будешь… — начала она вопрос, боясь услышать ответ.

— Да, — не было стыда, в мире Джаггера перевертыша.

— Когда ты превратишься, ты сделаешь мне больно? — любопытство росло в ней.

— Нет. Я по-прежнему буду мыслить человечески. Я просто более первобытный и… — он сделал паузу, — некоторые вещи, я меньше могу контролировать. Плотские позывы, — сказал он, глядя ей в глаза.

Ингрид сглотнула.

— Как… — прошептала она.

— Секс, — он отвел взгляд. — Мы становимся необузданными на красную луну. Несколько ночей, мы не можем себя контролировать. Инстинкты слишком сильны. И природа берет свое. Это не та ночь, когда человеку лучше быть здесь.

Она не могла отвести взгляд от него. Это было так бесстыдно, говорить открыто о сексе.

Он наблюдал за ее реакцией. Ее дыхание стало прерывистей. Он вдохнул ее запах, она была возбуждена. Это было не хорошо.

— Ты должна уйти, — сказал он. Его медведь хотел выйти. Он хотел… — Иди. Ты должна уйти.

— Но, — она почувствовала, что застряла. Часть ее боялась, а другая жаждала узнать больше об этом странной мужчине. Она тянулась к нему и не могла это объяснить.

— Ингрид, это не лучшее время, — Он сжал руки в кулаки, пытаясь сфокусироваться.

Ингрид посмотрела вниз, его член был твердым. Она с трудом сглотнула. Он был возбужден. Он не отсылал ее подальше, из-за того что зол. Он говорил ей уходить, потому что возбужден и боится, что не сможет контролировать себя. Ее мысли бегали слишком быстро. Она не могла угнаться за ними.

— Ингрид, пожалуйста, уходи, — потребовал он. Если она останется, это перевернет все внутри него, что сдерживает первобытную нужду. Ее изгибы, ее мягкое тело, ее великолепное лицо…его член пульсировал, налитый кровью и затвердевший.

Ингрид снова посмотрела вниз. Она увидела очертания самого большого члена, какой она, когда-либо видела раньше. Ее сердце громко билось в ушах, ее глаза были устремлены не него. Он знал, куда она смотрит. Смущенная, она хотела отвернуться, но не могла.

— Тебе не нужен медведь в своей жизни. Ты должна уйти, — он был благодарен, что до красной луны еще целая ночь. У него были бы проблемы, если бы она стояла перед ним в Красную луну.

— Ты не знаешь, что мне нужно, — ее слова вылетели, прежде чем она смогла остановиться. Ее щеки вспыхнули багровым цветом, от неловкости, что сказала это вслух.

— Мне не нужен человек в моей жизни, — сказал он, фиксируя проблему.

Она шагнула ближе.

— Ты пригласил меня на ужин, — откуда взялась эта смелость?

— Это была ошибка, — ей нужно уйти отсюда. Запах влажности между ее ног, ее возбуждение делало с ним такое, что он не будет способен удерживать контроль. Он хотел изнасиловать ее тело.

Неуверенно, она протянула руку и коснулась его руки.

— Ты не знаешь что делаешь, — предупредил он. Он наблюдал за ее движениями.

Любопытство Ингрид вскипело, вытеснив страх.

— Ты не сделаешь мне больно, не так ли?

Он покачал головой.

— Нет. Я не жестокий мужчина.

— Ты жестокий медведь? — сказав слово медведь, ее адреналин подскочил выше, понесся дальше по ее венам, в отличие от всего, что она, когда-либо чувствовала раньше.