Чтение онлайн

— Ну, хорошо, допустим, я соглашусь… — протянул я, чувствуя, как отвратительное настроение начинает рассеиваться. — И что я с этого буду иметь?

— Оу, — Джинни вскинула брови. — А ты еще что-то хочешь? Хм…. дай подумать. Как насчет поцелуя?

— Мыслишь в правильном направлении, но мелко, — хмыкнул я. Джин слегка зарделась.

— То есть, того что было полчаса назад, тебе мало? — уточнила она. Я фыркнул.

— Мне семнадцать лет — естественно, мало! — Я бесцеремонно пожал плечами, и она засмеялась, но глаза ее сияли. — Но я не об этом, — добавил я.

— Тогда о чем? — нахмурилась девушка.

— Ну, вообще-то я думал о свидании… — отозвался я. — То есть, о настоящем свидании, с цветами, конфетами, прогулками и романтикой. Что скажешь?

— Звучит заманчиво, — отозвалась она. — Но когда? Ты сам говорил, ты загружен по горло.

— Не волнуйся, время я найду, — хмыкнул я. — Главное, знать, что ты согласна. Это ведь… в некотором роде, придаст нашим отношениям официальный статус не только в среде наших друзей, но и во всей школе.

— Драко, мы стоим в обнимку посреди холла, — хихикнула Джинни. — Ты думаешь, после этого есть смысл прятаться?

— Думаю, что нет, — засмеялся я, касаясь ее губ быстрым поцелуем.

Ну и естественно, что мне оставалось делать после такого, кроме как согласиться? Джинни, видно, боясь, что я передумаю, даже не отпустила меня в подземелья, чтобы переодеться. Она безапелляционно заявила, что по ее мнению, я выгляжу сногсшибательно, а до того, что подумают остальные, мне не должно быть никакого дела. Хмыкнув, я снова согласился, сдавшись на ее милость.

Поход на гриффиндорскую вечеринку оказался неожиданно веселым. Да, праздновать в Гриффиндоре действительно умели, это вам не скучные посиделки, которые отмечали наши победы в Слизерине. Ну, правду сказать, поводов для них у нас было не так уж много. Мы выигрывали промежуточные матчи, но никогда — Кубок. Мы могли лидировать по очкам за Кубок Дома — но никогда не побеждали… Здесь же победу отмечали шумно, весело, и никого не смущало то, что это всего лишь первый матч Гриффиндора в этом сезоне, и впереди еще два.

Pov Блейз Забини

Вечеринка удалась на славу, это признавал даже Драко, но, увы — после нее снова потекли серые будни. Радовало только то, что у Малфоя с Джинни, вроде бы, стало налаживаться. По крайней мере, теперь они то и дело появлялись вместе, а по школе наконец-то поползли слухи, что эти двое встречаются. Правда, ради этого Дрей передал часть своих обязанностей старосты Райану Филстоуну с шестого курса, по крайней мере, тех, что касались организации дополнительных классов по ЗОТИ, а так же попросил меня подменять его время от времени на занятиях для первокурсников по Зельям. Гарри, правда, это не очень понравилось, однако узнав, что все ради Джинни, он сменил гнев на милость.

Где-то ближе к концу февраля я все-таки осуществила свою небольшую месть, и подмешала в бутылочку шампуня Дафны сразу порядка десяти капсул изменения внешности. Как и ожидалось, эффект был убойный. Этикетка баночки содержала предупреждение, что эстетический эффект снижается при применении более чем одной дозы за один раз. Дафне же досталось десять. По сравнению с тем, что теперь представляла собой ее «разношерстная» голова, сине-красные полосы Рона Уизли после достопамятной попытки Гермионы избавить его от заклятия, которым на дуэли наградил его Драко, выглядели просто-таки мило. Волосы Дафны напоминали боевой хохолок неизвестной птицы — они топорщились в разные стороны, не желая ложиться ни в какую прическу, как бы она ни пыталась их уложить. Мало того, каждая прядь была разного цвета, длины и фактуры — некоторые мелко кудрявились, другие завивались более крупными кольцами, третьи были, напротив, идеально прямыми. В отчаянии она пыталась заплести их в косу, собрать в пучок или сетку — ничего не помогало. Любая прическа держалась ровно три минуты, после чего заколки, резинки, ленты и шпильки буквально соскальзывали с волос, и пряди принимали прежнюю форму.

Но волосы — это было только полбеды. Вторая проблема была в глазах, хотя она на первый взгляд не казалась такой же серьезной. Радужка приобрела интересный лимонно-желтый оттенок с мелкой красной крапинкой, а белок, напротив, стал казаться голубоватым, как бывает у каких-то там народностей. Однако и это не казалось такой уж страшной проблемой, по сравнению с кожей. Разные оттенки смешались на ней причудливыми узорами, кое-где щедро украшенными веснушками. В общем и целом, вид был… просто жуткий. Сказать, что у вылезшей из душа Дафны был шок — значило ничего не сказать. Поначалу она еще как-то пыталась с этим справиться, но я сама имела возможность убедиться, что избавиться от действия капсулы можно только одним способом — дождаться, когда кончится время. Нет, конечно, Дрей или профессор Снейп могли изобрести зелье, отменявшее эффект — думаю, это было бы не так сложно, я и сама навскидку могла сказать, что примерно для этого потребуется. Но для этого их, как минимум, надо было попросить о помощи, и если декан в силу своих обязанностей не отказал бы, то на содействие Малфоя она точно могла не рассчитывать. В общем, безуспешно промучившись перед зеркалом около часа, и перепробовав все возможные косметические средства, чтобы хоть как-то замаскировать этот ужас, Дафна в конце концов отчаялась, забралась в постель, укрывшись одеялом с головой, и заявила, что не высунет носу оттуда до тех пор, пока все не закончится.

Тэсс Хэммонд, отношения с которой у Дафны разладились с начала года, когда Гринграсс начала встречаться с Малфоем, жалея бывшую подругу, предложила ей обратиться к мадам Помфри. Но для этого Дафне пришлось бы идти в таком виде через весь замок к Больничному Крылу, а этого она вынести не могла. Милли, тоже посочувствовав однокурснице, предложила позвать профессора Снейпа, и вот уж тут Дафне возразить было нечего, хотя она и пыталась воспротивиться.

Декан вскоре пришел, в сопровождении Пэнси Паркинсон, которая неодобрительно морщилась, окидывая неприязненным взглядом общую спальню, словно ей была неприятна сама мысль, что она и сама спала здесь до пятого курса. Снейп, подойдя к кровати Дафны, непререкаемым тоном велел ей опустить край одеяла, чтобы он мог уяснить суть проблемы. С недоумением оглядев дикую картину, которую она собой представляла, профессор некоторое время помолчал, а потом покачал головой.

— Вы можете припомнить, после чего это… хм, после чего это началось? — спросил он. Дафна поморщилась, обхватив себя руками.

— После душа, — буркнула она.

— Хм, вот как? — задумчиво проговорил Северус. — Вы пользовались какими-либо новыми средствами, которых не употребляли раньше?

— Нет, — все так же мрачно отозвалась Дафна.

— Странно… У вас наблюдалась когда-нибудь раньше похожая реакция?

— Нет.

— Ну что ж… возможно, это эффект накопления аллергической реакции… — заметил профессор. — Вот что, мисс Гринграсс, если вы хотите получить хоть какую-то помощь, будьте любезны, прекратите изображать смертельно больную, ступайте в ванную, и принесите мне абсолютно все, чем пользовались сегодня. Включая зубную пасту, щетку и полотенце. Нужно проверить все на наличие чар.

Дафна повиновалась не очень охотно — светиться в таком виде, пусть и только лишь перед профессором, ей не улыбалось, но оставаться и дальше в таком виде — а она-то не знала, сколько продлится действие «проклятия», — ей хотелось еще меньше. Волоча ноги, она поплелась в ванную, и вскоре вернулась, втащив свернутый из полотенца объемный узел с неимоверным количеством баночек, флакончиков и упаковок.

— Никто из вас не опаздывает на урок? — сурово спросил профессор, осмотрев столпившихся у кровати однокурсницы девчонок. Я поспешно подхватила сумку, и вместе с Тэсс и Милли, заторопилась на урок — первой парой сегодня стояла Защита от Темных Искусств, а потом на свободной паре нас ждал еще и факультатив по анимагии.

Честно говоря, Дафну, конечно, было немного жаль, но, вспоминая, что по ее вине я чуть не потеряла Гарри, и что эта хищница и сейчас точит зубы и строит планы, чтобы передать его в руки Темного Лорда, я начинала жалеть уже о том, что месть получилась слишком уж мягкой. Я не сомневалась, что Снейп в два счета сможет определить причину ее перевоплощения, и приготовит ей «противоядие». Да и потом, ну посидит она денек в спальне, попереживает чуть-чуть из-за своей внешности, но потом-то все пройдет, и следа не останется…