Чтение онлайн

Что за чушь я несу? Моя мамочка была просто высший класс, следила за последними тенденциями в мире моды и всегда была "в тренде". Что совсем не скажешь про меня. Я относилась к одежде гораздо проще, но Ребекка в последние годы неплохо приукрасила мой гардероб, чему я была действительно очень рада. Но не настолько, конечно, насколько мама. Они с моей подругой были на одной волне; обе – стройные блондинки с отличным вкусом. Иногда я думала: может, я вообще не её дочь? Слишком мы были разными во всём.

– О, смотрите, тут ещё коробочка, но поменьше. Открывай, Лив, – в который раз спасала меня Бекс.

Я, тут же немного порывшись в посылке, нашла заветную красную коробочку и, открыв её, просто забыла, как дышать. Это был браслет из белого золота, на котором висели небольшие брелки. Я принялась разглядывать их: перо – как символ моей любви к литературе, первые буквы наших с Ником имен – Н и О, между которыми я увидела несколько закрученных линий, что символизировало океан и наш ночной заплыв, где мы отчаянно хотели быть ещё ближе друг к другу... Затем я разглядела маленькую машинку со значком такси, что напомнило мне о нашей поездке домой, когда мы сгорали от страсти и желания, наконец прикоснувшись друг к другу. Последняя фигурка была в виде телефона и наверняка означала, что именно этот чёртов мобильный был нашим спасителем на протяжении шести лет и продолжает им быть до сих пор. Я была безумно рада такому подарку. Ник всё продумал, зная, как мне понравятся все эти фигурки, обозначающие нашу с ним историю. Все подвески были украшены красивыми камнями, что, конечно, не могло утаиться от карих и внимательных маминых глаз.

– Оливия. Он просто прекрасен! Видимо, все эти маленькие брелки что-то для вас символизируют, – задумчиво произнесла мать, наблюдая за тем, как я надеваю браслет. – Но не слишком ли это? Это дорогой подарок, уж поверь мне.

Ребекка хитро улыбнулась мне и, попрощавшись с моей мамой, ускользнула к себе в спальню. Я проводила её взглядом, умоляющим не оставлять меня одну, но, наверное, даже Бекка была не в силах противостоять моей настойчивой матери. Когда дверь в её комнату закрылась, я медленно развернулась к маме.

– Нет, мама, нет. Даже не начинай! Ответь мне лучше, что тебя заставило посетить нас в такое раннее утро?

– Эм... лучше присядь, милая, – неожиданно мягким тоном ответила Айрин.

Когда она говорила таким сладким голосом, я всегда готовилась к худшему. Видимо, новость была действительно очень грандиозной, раз моя мать вот так просто забыла о нас с Ником. Сев рядом с ней, я попыталась немного успокоиться и не паниковать. Придвинув к себе кружку, я сделала глоток обжигающего и бодрящего кофе.

– Я выхожу замуж, Оливия, – без предисловий выпалила мама, и я тут же подавилась кофе.

Новость была более чем неожиданной, но я не могла сказать, что она была плохой. Я взглянула на маму. В её глазах стояли слёзы, но они всё же светились счастьем.

– О, мама! – воскликнула я и кинулась её крепко обнимать.

***

Я знала, как трудно маме приходилось одной. Она всю жизнь любила одного мужчину и, оказавшись без него, с трудом приспосабливалась к этой жизни. Сейчас мы с сестрой уже выросли, а ей было жизненно необходимо заботиться о ком-то. Даже несмотря на её красоту, мужчин после отца было всего двое. Но с ними, увы, не сложилось. Было много поклонников и воздыхателей, но Айрин чувствовала, что это всё не то. Она не готова была стать чьей-то любовницей или же просто картинкой, которой хвастались бы на светских приёмах. Её нужно было любить и, более того, боготворить. Ведь, признаться, в маме совершенно не было недостатков. Кроме одного единственного – гипер-опека надо мной, но это можно было понять. Поэтому, когда она сообщила мне о замужестве, я была больше чем уверена, что этот человек сделает её по-настоящему счастливой.

Его звали Ричард Кендалл. Он был преуспевающим бизнесменом в Нью-Йорке, и его имя было здесь на слуху. Высокий мужчина, с тёмно-русыми волосами и голубыми глазами, Ричард был старше моей мамы на три года.

Когда я увидела его в первые, он заметно нервничал, стараясь мне понравиться. Но это было лишним, так как стоило мне увидеть мамины горящие глаза – и я тут же прониклась к нему искренней симпатией. Они очень подходили друг другу и очень гармонично смотрелись вместе, словно пара, сошедшая со страниц модного журнала. Свадьбу решили сыграть в августе. И подготовка к ней уже шла вовсю. Я решила полностью помогать в организации этого мероприятия, дабы уверить маму, что всё будет на высшем уровне. Поэтому моя занятость в летние каникулы возросла до немыслимых высот, что определённо не могло не радовать. Ожидание приезда Ника проходило в свадебных заботах гораздо быстрее. Я только и успевала что возвращаться поздно ночью домой и засыпать под голос Ника в трубке. Кстати, футболки, которые он прислал, очень меня спасали. Ребекка же называла меня сумасшедшей маньячкой и грозилась съехать к Скотту. Впереди меня ожидало много событий: приезд Ника, свадьба моей мамы и публикация моего первого сборника. Я находилась в волнительном ожидании. Но несмотря на это, радовалась каждому дню, как и учил меня Ник. И наслаждалась, искренне и по-настоящему наслаждалась тем, что имею уже сейчас...

Глава 11. Гости из Франции.

К концу июня половина подготовки к свадьбе была позади. Но маме от этого легче не становилось. Оставался всего лишь месяц до даты свадьбы, а дел было ещё множество. Мы с Ребеккой ежедневно были в разъездах вместе с Айрин и присутствовали на всех примерках платья, сервировках стола и даже при выборе арки для выездной церемонии. А времени всё равно не хватало. И тогда я придумала, что было бы просто чудесно, если бы моя старшая сестра Валери приехала бы на месяц раньше. Она не очень любила шумный Нью-Йорк, но ради душевного успокоения мамы пообещала помочь нам с подготовкой.

Следующее утро было на удивление спокойным. Мама уехала без нас на последнюю примерку к своей швее, а я провалялась в кровати ещё добрых полчаса. Меня разбудил приглушённый сигнал смартфона, который оповещал о новых голосовых сообщениях. Ну вот мой заслуженный отдых и закончился на этом. Тяжело вздохнув, я всё-таки разлепила глаза и потянулась к нарушителю своего сна. Открыв первое сообщение, я поставила его на громкую связь и, поднявшись с постели, принялась застилать её.

"Тётя Виви! Приве-ет! А мы уже прилетели к тебе с мамой на самолете. Мне было совсем не страшно, ведь я взяла с собой своего кролика Дени. Мама говорит, чтобы ты собиралась и ехала к бабушке домой. Я так скучала по тебе, и мама тоже скучала! Ну всё, мы уже садимся в такси, и я буду смотреть в окошко на небосклёбы... Ой, то есть на небоскрёбы. Пока-а!"

Пока я заправляла свою постель покрывалом, с моего лица не сползала широкая улыбка. Я была безумно рада слышать звонкий голосок своей маленькой племянницы. Шарлотт была необычайно смышлёной девочкой. В свои четыре года она многое понимала и отлично разговаривала, словно взрослая. У малышки были русые прямые волосы и светло-голубые глазки, напоминающие мне бусинки. Просто ангел во плоти. Шарлотт была точной копией своей бабушки в детстве, унаследовав от неё не только внешние данные, но и доброту, и некую мудрость во взгляде, которой была наделена Айрин. Я не переставала улыбаться, вспоминая, как племяшка произносила моё имя. После того, как годовалая Шарлотт назвала меня "Виви", это настолько приелось ко мне, что вся их французская семейка уже, кажется, позабыла моё настоящее имя.

Совсем скоро я увижу своих девочек. И это просто не могло не греть душу в приятном предвкушении встречи. Наконец застелив постель, я отправилась в ванную, прихватив с собой мобильный, который уже открывал второе сообщение. Когда я начала чистить зубы, то сразу услышала голос Ника. Я затаила дыхание.

"Привет, моя пропащая малышка! Айрин совсем тебя загоняла, да? Я жутко скучаю по тебе и по твоему голосу, который слышу теперь значительно реже. Ты там не балуешься без меня? Смотри, а то я могу отшлёпать тебя по приезду, дорогуша. Эм, позвони мне, как сможешь, ладно? Передавай всем привет".

В горле сразу же стал нарастать ком. Как же я скучаю... Со всеми свадебными заботами я совсем редко остаюсь одна. Короткие переписки во время дороги в примерочную или на собеседование со священником совсем не спасали нас. Но я не могла оставить маму без помощи, и Ник, конечно же, понимал меня, поэтому никаких обид и не было. Или же были? Его голос звучал бодро и весело, но зная его, я понимала, что он вполне вероятно мог скрывать свои истинные чувства. Быть может, он и не обижался, но ему не хватало нашего общения, собственно, как и мне.