Чтение онлайн

– Который час, Ник? – встревоженно спросила я.

– Половина девятого. Крошка, что стряслось? – спросил парень, докуривая сигарету и быстро выдыхая тонкие струйки дыма.

Я резко подскочила с песка и суетливо начала собирать разбросанные ночью вещи.

– Ник, она меня убьёт! У мамы генеральная репетиция свадьбы сегодня. В десять утра!

Неторопливо поднявшись, парень помог мне найти мои вещи. Его нежный взгляд слегка усмирил мою начинающуюся истерику, но тревога за жуткое опоздание всё же оставалась.

– Сейчас ещё нет девяти, ты успеешь. Не паникуй.

– Отсюда добираться только около часа.

Я обошла практически весь кусок пляжа, на котором мы вчера "расположились", но свою сумочку так и не нашла. Кожу вновь обдало холодным ветром, который, как мне показалось, усилился. Я поёжилась. От Ника это не скрылось, поэтому он тут же поднял свой пиджак с песка и, отряхнув его, накинул мне на плечи. Парень вытащил из пиджака бумажник и сигареты и поцеловал меня в уголок губ.

– Лив, прекращай уже свои поиски! Видимо, ты забыла её вчера у нас дома или же просто потеряла. Пойдем, милая, я посажу тебя в такси.

Он взял меня за руку, сплетая наши пальцы, и потянул меня в сторону проезжей части. Слава Богу, долго ждать не пришлось, и через пару минут мы поймали такси. Поцеловав меня на прощание, Ник извинился, что не сможет меня проводить из–за неотложных дел, и скрылся, закрыв дверь такси. Только когда такси тронулось, я обнаружила, что на мне остался его пиджак. Но было уже поздно. Глядя в окно, я наблюдала за просыпающимся Нью-Йорком и нависающими тучами, которые темнели ещё больше с каждой секундой. Я с головой погрузилась в свои беспорядочные мысли. Его признание всё ещё эхом отдавалось в моём сознании. Неужели он не помнит, что вчера практически признался мне в любви? Или же помнит, но не придаёт этому значения? Мне стало так интересно, что же вообще творится у него в голове... Этот мужчина когда–нибудь сведёт меня с ума. А влюблена ли в него я? Я не любила вешать на чувства эти банальные ярлыки. Тем не менее, я точно знала, что того, что я чувствую к Нику, никогда прежде не чувствовала. Это было неведомое, но безумно приятное и острое ощущение. Словно я падаю со скалы с бешеной скоростью и кровь застывает в жилах от страха, но потом меня резко ловят сильные руки и прижимают к себе. Да, именно это я и чувствовала.

Я не хотела признаваться себе в том, что я окончательно потеряла своего лучшего друга. Я боялась. И решив больше не терзаться в сомнениях, я вновь устремила свой взгляд в окно. Но затем меня отвлёк смартфон Ника, который вибрировал в кармане его пиджака. Я интуитивно потянулась за мобильным. Вытащив его, я взглянула на дисплей. На экране высветилось "Алисия" и фото девушки. Блондинка с пухлыми губами, которые она вытянула в бантик, как обычно любят делать девушки, считая это... сексуальным? Я убрала телефон в карман, отгоняя от себя дурные мысли. Вокруг Ника всегда тёрлись такие смазливые девочки, но, как правило, за их красотой была пустота. Зная своего друга и вспоминая его рассказы о времяпровождении в колледже... они отлично подходили для удовлетворения мужских потребностей. Но несмотря на всё это, я чувствовала, как ревность немного жалит меня своими тонкими иголочками. Я немного успокоилась, когда звонок прекратился. Желая отвлечься, я стала планировать сегодняшний вечер. Может быть, мы устроим дома кинопоказ и будем смотреть всю ночь напролёт любимые фильмы. Ну, или же найдём более интересное занятие. Я слегка улыбнулась своим мыслям, как вдруг телефон снова завибрировал. На этот раз он издал более короткий сигнал, какой обычно бывает при СМС. Руки снова потянулись в карман. На дисплее высветилось одно новое сообщение от отправителя "Алисия", и опять эта кривляющаяся мордашка смотрит на меня с вызовом с экрана смартфона. Живот скрутило от плохого предчувствия. Признаюсь, мне не хотелось читать его сообщения и быть ревнивой сукой. К тому же, мне безумно хотелось верить Нику... Но любопытство, к сожалению, взяло надо мной верх. Дрожащими руками я открыла сообщение.

**Ники, сладенький! Ты не отвечал мне вчера на звонки. Ты же помнишь, что сегодня утром я уже буду в Нью-Йорке? Рейс 815. Целую, обнимаю и с нетерпением жду встречи.**

Лёгкие пропустили пару ударов. Я, словно рыба, открыла рот, стараясь ухватить как можно больше воздуха. Чувствуя плавно растущую боль, холодными пальцами я открыла историю сообщений. Сообщений было множество. "Котик", "сладенький", "малыш", "зая" и прочие милости. Ник отвечал ей кратко и незаинтересованно, но от этого мне легче не становилось. Я просмотрела даты сообщений, всё–таки надеясь на то, что Алисия – его навязчивое прошлое. Но вся переписка была свежей. Меня будто бы вывернули наизнанку. К горлу внезапно подкатил тошнотворный ком... Лицемер! Безусловно, к себе я испытывала не меньшее отвращение. Какой же нужно быть наивной дурой? Мне стоило дать хорошего пинка под зад и вразумить меня. Но никто этого не сделал. Ну как такой парень, как Ник, мог на меня повестись? Это же просто смешно. Моё подсознание просто в открытую смеялось надо мной, глядя, как разбиваются о холодный кафель мои розовые очки. Сказка вдруг закончилась, не успев толком и начаться. Просто игра. Просто секс. Просто очередное увлечение. Наверняка я была "экзотикой" для такого опытного игрока. Доступность надоела, вот ему и захотелось чего–то нового, запретного и неприступного.

Слёз не было, лишь пустота.

Из мысленных терзаний меня в который раз выдернул вибрирующий смартфон. Клянусь, я уже ненавидела этот хренов смартфон. Взглянув на дисплей, я увидела своё имя и фото. На нём я смеялась, и фото было очень живым и искренним. Именно такой, какой я была изображена на нём, я была не со всеми. Видимо, Ник уже добрался до дома и нашёл мою сумочку. Я безразлично провела пальцем по сенсору, отвечая на звонок, и приложила его к уху.

– Лив, крошка. Как я и говорил, телефон с сумочкой у нас. Где ты? Честно говоря, мне уже не хватает тебя. – Наперекор моему сознанию, тело тут же среагировало, услышав родной голос парня. Я крепко сжала в руках мобильный и с трудом проглотила застрявший посреди горла слёзный ком.

– Я ещё в пути. Отлично, я пришлю кого–нибудь, чтобы обменяли наши телефоны, – резко и отстранённо ответила я.

– Всё в порядке? Я думал, мы увидимся сегодня.

– Нет, Ник. У меня другие планы. Всё, мне пора, такси уже подъезжает к дому, – соврала я. – Кстати, рейс 815, ты помнишь? Прошу тебя, не забудь, – с наигранным спокойствием отчеканила я.

В трубке повисла угнетающая тишина, а затем тяжёлый выдох.

– Ты что, копалась в моём телефоне?

– Что?! – вспылила я. – Тебя интересует лишь то, копалась ли я в твоём телефоне или нет?! Знаешь что, Беннет? Иди ты к чёрту!

Меня душила обида, которая словно раздирала горло своими цепкими и холодными пальцами. В трубке послышались просьбы выслушать и моё имя, но я уже ничего не слышала. Всё происходило будто бы не со мной, а ведь утро так хорошо начиналось... Я отключила вызов, а потом и сам смартфон. Откинувшись спиной на сидение, я прикрыла глаза. В голове снова прозвучали его слова: "Моя Лив. Ты только моя, понимаешь? Иногда мне кажется, что я тобой одержим. И... знаешь, я ещё толком не разобрался в том, что мы с тобой натворили. Но кажется, я влюбляюсь в тебя".

И тут вся боль, что я чувствовала, вырвалась наружу. В глазах защипало, и я ощутила слёзную пелену, которая затуманивала мне взгляд. Словно внутри меня открыли краник и теперь этот слёзный поток было не остановить. Я прикрыла своей ладонью рот, дабы не заплакать в голос или не всхлипнуть. По щекам тут же потекли солёные влажные дорожки. Чёрт. Я не любила плакать. Слёзы – это удел слабых. Я была не из таких, но наш маленький мирок, который мы так старательно строили с Ником, просто разлетелся на части, стоило только на него подуть. Воздушные замки рухнули.

Такси остановилось около моего дома, и, расплатившись с удивлённым водителем, я пулей вылетела из машины. Что происходило дальше, я уже не совсем помнила. Перебирая свои ватные ноги, я кое-как добралась до лифта. Смутно помню, как я вошла в квартиру, но я сразу же рухнула бездыханным телом на ближайший диван. Я натянула на себя плед, даже не снимая одежду, и отдалась эмоциям, захлестнувшим меня с новой силой. После, наверное, трёхчасовых рыданий, я погрузилась в поверхностный и тревожный сон.