Чтение онлайн

– Жак, расскажите мне о розах! Я слышала, у вас во Франции уже вывели целую тысячу сортов этого цветка, – мило прощебетала я и провела рукой по корзине с белыми голландскими розами.

– Ох, конечно, дорогая! Ну, хочу заметить, что этот цветок имеет свою историю... – начал Жак, пока я тайком поглядывала на Ника за его спиной.

Он разговаривал с моей мамой, так же бросая частые взгляды в мою сторону. А его спутница была так увлечена своим телефоном, что не сразу заметила виновницу сего торжества. Распинаясь перед моей мамой, она источала фальшивые и слишком "сладкие" улыбки. Мои пальцы невольно сжались в кулаки. Ярость разрасталась во мне, будто маленький пожар, возникший совершенно случайно, но уже грозивший спалить целый лес.

Ник переходил все границы. Я решила действовать.

– Жак... – резко оборвала я флориста. – Признаюсь, я вами просто очарована! Вы такой талантливый, – вкладывая в слова искреннее восхищение, добавила я и в нежном жесте опустила свою руку ему на плечо.

Казалось, мужчина расцвёл, подобно раскрывшемуся бутону цветка, о которых он мне рассказывал. Длинные пальцы француза ловко накрыли мои, а затем притянули мою руку к губам, вновь целуя её. После Жак выбрал самую красивую розу и, встав на одно колено, преподнёс её мне. Чёрт побери, я поступлю не как леди, если засмеюсь? Это было так театрально, что я еле удержалась от смешка, который так и норовил слететь с моих губ. Да, конечно, я очень любила романы, но, честно говоря, никогда не питала слабости к таким постановочным проявлениям симпатии. Я расплылась в вежливой улыбке и приняла розу, а затем не удержалась и сделала шутливый реверанс. Всё это казалось мне забавным, но остальным...

Как я и думала, сценка удалась! Ник властно притянул блондинку к себе, а его рука заскользила по её округлым бёдрам. На лице Алисии тут же появилась похотливая улыбка, и она придвинулась к нему ещё ближе. Я впилась пальцами в стебель розы, даже не замечая, как несколько шипов неприятно расцарапали кожу чуть ли не до крови. Я лишь ощутила, как удушливая волна ревности начала поглощать меня с головой. Видела только его руки, так свободно разгуливающие по изгибам её стройной фигуры. Комок в моём горле стал нарастать, а вместе с ним и мой гнев. Сейчас в моей голове крутились только два желания: переломать ему за эту вольность руки, а затем расцеловать каждый его палец. Мне стадо тошно от самой себя. Ладно, продолжим игру Беннет.

Будто бы невзначай, я откинула волосы назад, и тут же несколько прядей упали мне на лицо. Безусловно, Ник знал о том, насколько важно для меня личное пространство в процессе беседы с малознакомым мне человеком. Но сейчас, пылая от возмущения, я старалась не так рьяно реагировать на прикосновения француза. Жак, конечно же, заметил это и, нежно улыбнувшись, заправил выбившийся локон мне за ушко. Разыграв нежность момента, я ответила ему смущённой улыбкой и осторожно перевела взгляд на Ника. Вуаля! Ник уже был на пути к террасе, возле которой мы и расположились. Взяв Беннета под руку, Алисия гордо шагала следом. Пока они двигались в нашу сторону, я более пристально стала изучать её внешний вид: прямые осветлённые волосы, яркий макияж и розовый шёлк платья, который подчеркивал слишком глубокие вырезы там, где нужно. Признаться, я с трудом дышала. Мне казалось, что даже воздух вокруг наэлектризовался до крайней степени. В моей груди что-то кололо, а стук каблучков Алисии отдавался в моих висках. Вобрав в себя последние силы, что сдерживали меня от взрыва, я невинно вдохнула аромат свежей розы. Из-под полуопущенных ресниц я замечала, что они совсем уже близко. Ты же сильная девочка, Лив. Соберись. И в тот самый момент, когда за спиной Жака появилась эта парочка, француз вновь одарил меня комплиментом, сказав, что я гораздо прекрасней этой розы.

– Оливия! И ты здесь! – наигранно поприветствовал меня Ник. – На родном лице играли скулы, что всегда говорило о его взвинченности.

– Здравствуй, Ник, – расплылась я в фальшивой улыбке. – Вот уж сюрприз, не правда ли? Как я могу быть здесь – на генеральной репетиции свадьбы своей матери? – не скрывая в голосе сарказма, добавила я.

Ник нахмурился; между его бровей пролегла морщинка. Что, неужели не ожидал?

– Жак, познакомься, это мой друг детства – Николас Беннет и его... эмм, подруга. Ник, а это потрясающий гений в мире флористики – Жак Ришар.

Парни обменялись крепкими рукопожатиями. Мой француз, кажется, был рад абсолютно любому новому знакомству. О Нике, конечно же, такого сказать было нельзя: он, всё так же продолжая играть скулами, прошёлся надменным и оценивающим взглядом по стоящему рядом мужчине. Я ухмыльнулась.

– Я польщён знакомством с вами, Жак. Всегда мечтал составлять букетики из цветочков, это так... по-мужски, – с натянутой улыбкой процедил Ник.

Иностранец, видимо не осознавая издевательства со стороны Беннета, лишь вежливо кивнул и с мягким акцентом поблагодарил его. Я послала Нику убийственный взгляд. Обстановка становилась напряжённой.

– Оливия! Это ты?! Та самая подружка детства моего Ники? Вот уж не ожидала, что ты такая. Нет, я видела твои фотки, но... наверное, они слишком давние, – внезапно раздался голосок Алисии, что до этого держалась неприступно и отстранённо. Теперь же блондинка съедала меня глазами, а мне так и виделось, как в её зрачках мелькают индикаторы распознания марок одежды и её стоимости.

"Моим Ники"... Я слегка дёрнулась, будто меня кольнули тоненькой иголкой в самое сердце, но быстро взяла себя в руки, когда заметила ухмыляющиеся родные губы.

– Какая такая? – усмехнулась я и вскинула свои идеальные бровки.

Беннет неотрывно наблюдал за эмоциями, что отражались на моём лице, и, похоже, совсем забыл о своей спутнице. Моя злость забавляла его. А тон, каким я отвечала его подружке, и вовсе распылял в нём интерес к происходящему ещё больше. Чёртов придурок.

– Ну, я думала ты всё время за своими книжками сидишь! Да и вряд ли зубрилы носят Valentino, – продолжая сверлить меня своим удивлённым взглядом, ответила блондинка.

Признаться, мне было сложно сдержать улыбку. И Ник ещё называл Ребекку Барби?

Зубрила. И близко нет. Просто у некоторых "малышек" напрочь отсутствует духовное развитие. Отсюда и пошли эти предрассудки: за книжками – значит, зубрила; ну а если ты в модном платье – всё в порядке, ты "в тренде". Решив не спорить с этой ультракрасоткой, дабы не спутать последние извилины в её голове, я с улыбкой на губах ответила:

– Рада, что у меня по сей день выходит удивлять многочисленных подружек Ника. – Особенно подчеркнув слово "многочисленных", я как бы невзначай прильнула к французу.

В глазах Ника всколыхнул недобрый огонёк, а зрачки его расширились, когда Жак слегка приобнял меня за талию.

– Насколько вы близки с Лив, Жак? Неужели собираетесь увезти мою подругу к себе на родину? – с издёвкой произнес Ник.

– Мы только сегодня познакомились и... – начал было неумело оправдываться Жак, но я тут же перебила его:

– Так же как и ты забрал Алисию к себе в Нью-Йорк? О, мой дорогой Николас, это так романтично! Я очень рада, что ты наконец прекратил свои беспорядочные связи и теперь верен одной единственной! – ядовито бросила я в ответ.

Зрачки Ника потемнели ещё больше и теперь стали совершенно чёрными. Его играющие скулы вызывали во мне целую бурю страстей, но злость сейчас была превыше всего. На глазах Жака и Алисии разворачивалась целая схватка меж двух огней. Ревность застилала мне глаза. И в эту самую секунду я боялась лишь одного: сорваться и впиться в его губы. Весьма противоречивые чувства, знаю.