Чтение онлайн

Секунду ничего не происходит. Все вокруг замирает в тоскливом ожидании. И даже капли дождя невероятным образом словно на миг останавливаются в воздухе, замирая вокруг меня, тоже висящего на языке питомца.

А потом разверзается кромешный Ад.

Стена ослепительно-белого огня резко взбухает аж до заразиного брюха. А мне остается лишь уповать на читерскую прозорливость и фантастическую реакцию слепого питомца, успевшего по какому-то наитию закинуть меня на спину аккурат перед таранным огненным ударом снизу. Бронированные брюхо и конечности самого пита выдерживают этот Армагеддон стоически, а вот здоровенным бычьим шарам достается конкретно, и в обиженном заразином реве на сей раз отчетливо проскальзывают непривычно высокие для брутального зверя нотки:

— Муууу!..

Не рискую прикалываться над «яичницей» пита. Самому тоже немногим легче. От контакта огня с водой все вокруг мгновенно затягивает обжигающим паром. И следующие пару секунд я вынужден сжаться в комок на широкой заразиной спине, зажимая ладонями лицо.

На очередном взмахе крыльев пита встречный восхитительно ледяной и дождливый ветер сносит обжигающий пар. Открываю тут же лицо и, чуть смещаясь вбок, заглядываю вниз.

Значительно опавший, но до сих пор бушующий, огненный шквал продолжал пожирать могильник Изнанки, выплеснувшись изрядно за пределы сгинувшей в гиене огненной пентаграммы.

Мои расчеты оказались верными на все сто. И вырвавшаяся на свободу энергия, не встретив на пути дополнительных ловушек-поглотителей — коими, на случай подобного форсмажора, должны были стать тушки пятерки ыыбжей (живые тушки разумеется) — раскатилась на сотни метров окрест, почище горящего напалма, мгновенно испепелив на могильнике всю многотысячную толпу зомбаков, вместе с «обслуживающим персоналом». О чем, кстати, с небольшим запозданием меня проинформировал очередной системный лог, приписав грандиозную победу нам всеми и вся мне, как нанесшему роковой удар пронзателем устроителю Армагеддона.

Внимание! За убийство 15783 зомби, 154 рыцарей-скелетов, 26 призраков и 1 альфы гончей мрака стадии Легенда, вам единовременно зачисляется 9457128 единиц живы.

Внимание! За успешное выполнение задания от сюзерена: уничтожение за 24 часа источника некротической энергии, влияющей на территорию безымянного баронства 4281/12/09, присоединенного к владениям графини Гуй Чи, вы награждаетесь 3000000 единиц живы, а так же дополнительно поощряетесь списанием всех текущих долгов перед сюзереном (графиней Гуй Чи).

Глава 31

— Муууу?.. — ревел неистово Зараза свозь дождь.

— Зашибись, блин! Взлететь — взлетел, а куда садиться теперь не видит он! — орал раздраженно в ответ я, тщетно пытаясь укрыться от сплошного потока встречных ледяных капель за насквозь мокрыми полами плаща.

— Муууу!..

— Хорош прибедняться, морда хитрожопая! Без глазок он. Слепенький. Сиротинушка. А когда там внизу у меня башню сорвало, ведь мигом на выручку примчался и, безо всяких подсказок, языком точно за руку меня прихватил.

— Муууу?..

И я, кстати, полностью с ним солидарен, — раздался вдруг, в параллель с укоризненным бычьим ревом, в голове злорадный голос насмешника Психа. — Зараза столько для тебя сделал, Денис. А ты, вместо заслуженной благодарности, только и можешь, что орать на верного помощника. К тому же еще и инвалида.

— Че сразу неблагодарный-то? — заспорил сразу на два фронта. — Так-то, за что обязан, всегда признаю… Вот и теперь ничуть не умоляю, бро, твой архиважный вклад в нашу общую победу…

— Муууу?..

— Да, награды системные достались мне в основном. Но, бро, мы ж команда с тобой!

— Муууу!..

Так его! Так паразита!

— Э-э! А вот сейчас прям обидно было слышать.

— Муууу!..

— То-то же… И это, дружище, давай уже, кроме шуток, спускайся вниз. Зараза, ну пожалуйста. А то я уже до нитки промок под этим ливнем ледяным, бесконечным.

— Муууу?..

— Ну опять — двадцать пять… Ладно, хрен с тобой. Побуду снова штурманом, — заворчал я, смещаясь на широкой спине к отвесному краю, и заглядывая туда, в дождливую бездонную пропасть. — Ну метров на сто мы уже точно от земли отдалились. Так что ныряй вниз, не бойся. Как только лужи на земле сверкнут, я тебя упрежу…

— Чего рассказывать-то? Сам же ж все видел, — ворчал я, развалившись, как на пляже, на изумрудном песке арены.

Хотя особой потребности в этой имитации отогрева продрогшего до костей органона не было от слова совсем. Потому как сразу, по возвращении в хранилище, я перво-наперво сменил с помощью Макса опостылившую личину погонщика-орка на куда как более привычную родную человеческую. Не продрогшую от ледяного дождя, а пребывающую в сухой и теплой одежде. Промокший же насквозь плащ, дабы не докучал, сделал невидимым и неосязаемым.

— Не, так не пойдет, — покачал головой душнила наставник. — Просто так бока отлеживать я тебе не позволю. Не желаешь отчитываться, давай тогда стоечку какую-нибудь сложную дополнительно потренируем.

— Да блин! Псих, ну дай хоть пять сек спокойно полежать. Я ж выжат, как лимон.

— Пока рассказывать будешь, лежи себе пожалуйста.

— Ладно, ладно, уговорил… Ну погнали, чё. После долгого и скучного перехода по дождливым пустошам Изнанки мы с питом приблизились наконец к месту, указанному на квестовой карте целью задания. Это оказался огромный могильник, сплошь усыпанный пустыми хитиновыми панцирями тварей изнанки. И в центральной его части мы обнаружили, значится, огромную толпу зомбаков, контролируемых…

— Можно ближе к сути, — проворчал вредный старик.

— Под прикрытием маски погонщика-орка, для нежити я сошел за своего. Нас приняли без скандала. Мы скоренько пробились сквозь толпу зомбаков и оказались внутри гигантской пентаграммы…

— Это все происходило на моих глазах. Дальше.

— Да блин! Так-то все там происходило на твоих глазах. Говорю ж: ничего нового от меня не услышишь.

— Расскажи: почему сразу не ударил пронзателем альфу? А сперва выкосил личей? И затем еще послал зеркальных двойников рубить ыыбжей?

— Потому что ыыбжи были типа дополнительными сосудами под некротическую энергию. Страховка, припасенная ушлым погонщиком-орком на случай неожиданной гибели альфы не ритуальным образом — то бишь не от удушения цепями. Я это осознал, когда с подобранным чужим пронзателем меня накрыло волной весьма реалистичных воспоминаний убитого погонщика-орка. Меня тогда так мощно торкнуло, что я даже на несколько жутких мгновений на все сто поверил, что по-настоящему стал погонщиком-орком. К счастью, остановивший вовремя меня Зараза касанием своего языка вернул мне собственное я. Вероятно, к тому времени пит уже переродился в мифического зверя…